Пазлы Создателя

Любимова Ксения

– Да, Антон у нас. А как вы об этом узнали?

– Сосед сказал. Он видел, как его увозили.

– А где в это время были вы?

– Я пошла в магазин… за хлебом, – добавила она и покраснела.

– Водка сейчас называется хлебом? – усмехнулся Голубев.

– Нет… То есть да. А что здесь такого? – вдруг с вызовом ответила она. – Водка свободно продается в магазинах. Каждый может ее купить.

– Так я и не возражаю, – почти весело ответил следователь. – Продолжайте.

– Я пошла в магазин, а когда вернулась, сосед сказал,

что Антона увезли. Одного полицейского он знал и сообщил мне, в каком отделе тот работает. Вот я к вам и пришла.

– Долго шли. Ваш молодой человек торчит у нас уже несколько часов.

– Я знаю, просто мне нужно было набраться смелости.

– И выпить для храбрости. Так?

– Нет, я не пила. Я вообще одна не пью.

– Антона нам придется задержать. Так что в ближайшие дни вам придется вести здоровый образ жизни, – хохотнул Голубев.

– А за что его задержали? – испуганно спросила она. – Антон ничего плохого не сделал.

– Вы в курсе, что его отец убит?

– Убит?! А мы думали, что он сам умер.

– Кто это «мы»? – насторожился следователь.

– Мы с Антоном. В тот день я не хотела, чтобы он ехал на дачу. Говорила, что не нужно лезть на рожон. Отец все равно ничего не даст. Но Антон настоял. Сказал, все равно нужно попробовать. Денег-то нет.

– И вы поехали вдвоем?

– Конечно, мы почти все время проводим вместе.

– Так, рассказывайте дальше. Я вас внимательно слушаю.

– В общем, у нас кончились деньги. Антон позвонил отцу, но тот не брал трубку. Тогда он позвонил в офис, и ему сказали, что отца нет, но вечером он собирается на дачу. Вот Антон и решил съездить туда.

– А почему он думал, что отец даст ему денег?

– На даче его отец становился другим. Может, сказывались прошлые воспоминания? Его супруга – мать Антона – очень любила эту дачу. И Юрий Семенович становился здесь мягче, что ли. Во всяком случае, в прошлый раз он отдал мне эту шубейку, а Антону дал тысячу.

– Хорошо, вы приехали. Дальше что?

– Я хотела посидеть в машине, но Антон заупрямился. Сказал, что боится оставаться с отцом наедине. А ко мне Юрий Семенович относился более-менее нормально. Хотя я сама не понимаю почему. – Она застенчиво улыбнулась и продолжила: – Антон постучал в дверь, потом позвонил, затем обошел вокруг дома и снова начал стучать.

– А зачем Антон ходил вокруг дома? – поинтересовался Голубев.

– Посмотреть, горит ли свет. Машина стояла на своем месте, а дверь никто не открывал. Вот Антон и подумал, что отец мог пойти прогуляться. Но раз свет горел, значит, он был в доме.

– Долго отсутствовал ваш молодой человек?

– Нет, минуты две-три.

– Жаль, – сник Голубев. Очевидно, он решил, что Антон мог убить отца в то время, пока ходил вокруг дома.

– Ну а потом он нажал на ручку, и дверь открылась. Антон испугался. Он сказал, что его отец никогда не оставлял дверь открытой. Опасался грабителей. Мы вошли в дом, обошли

первый этаж, затем прошли в кабинет. Там он и сидел. Мертвый.

– Откуда вы это знаете?

– Что он мертвый?

– Да.

– Антон сказал.

– Странно… – протянул Голубев. – Почему же Антон не сообщил нам, что вы были с ним?

– Он не хотел втягивать меня в это дело.

– Какой благородный!

– Да! Антон благородный! – вступилась за него девушка. – Он учителем хотел быть, а отец ему не разрешил.

– А мне отец не разрешал идти в милицию, – насмешливо ответил Голубев. – Говорил, что это очень опасная работа. Лучше стать слесарем или электриком. Но я все равно пошел. Потому что очень хотел.

– Значит, у вас есть сила воли, – серьезно ответила она. – А у Антоши ее почти нет. Если бы не я, он бы давно спился.

Мариша снова захлопала глазами. Интересно, а чем сейчас занимается Антон? Не этим ли самым?

– Вы весь день провели с Антоном? – печально спросил Голубев.

– Да. Мы почти никогда не расстаемся. Антоша считает, что у нас настоящая любовь.

– А вы как считаете? – неожиданно подал голос Эрик.

Девушка покосилась на сыщика и поплотнее закуталась в шубу.

– И я так же.

– Скажите, а вот эти вещи вы когда видели в последний раз? – он дотянулся до ящика и вытащил драгоценности.

Оля недоуменно посмотрела на украшения.

– Никогда. А что, должна была?

– Наверное, раз они хранились у Антона.

– У Антоши никогда не было ничего подобного! – возмутилась она. – Да и откуда бы этому добру взяться?

– Из отцовского сейфа.

– Да вы что! Он никогда не брал чужого!

– Да? А как же деньги?

– Деньги – это совершенно другое. Для кого Юрий Семенович их зарабатывал? Для сына. Значит, Антон имел на них право.

– Интересная логика, – хмыкнул сыщик. – Значит, драгоценностей вы не видели.

– Не видела.

Эрик долго сверлил ее взглядом, потом сказал:

– Напишите все, что вы сейчас рассказали.

– Написать? – Оля растерялась.

– Да, записать. Или вы забыли, как это делается? – ехидно спросил Голубев.

– Почему? Помню. Я в школе хорошо училась.

«Кто бы мог подумать…» – хмыкнула про себя Мариша.

– Только написать не могу. Рука болит.

Лишь сейчас Мариша обратила внимание, что правой рукой Ольга владеет совсем плохо. Может, потянула или стукнулась.

– А что у вас с рукой? – поинтересовался Голубев.

– Упала, – она снова покраснела. – Неудачно.

– А синяк – это тоже результат неудачного падения?

– Как вы догадались?

– Включил логику, – хохотнул Голубев. – Я же все-таки полицейский.

Эрик тихонько хмыкнул, но следователь, похоже, не обратил на это никакого внимания.

– Вы отпустите Антона? – тихо спросила Оля. – Мне без него очень плохо.

– Выпить не с кем?

– Не смешно, – обиделась она.