Печаль палача

Лейбер Фриц

Потом, обвив ее ноги своими, чтобы она не смогла ударить коленом в пах, и удерживая кусающуюся и плюющуюся головку согнутой левой рукой за ухо — после тщетных попыток схватить за волосы, — наконец совладав правой рукой с ее вооруженными острыми когтями цепкими пальцами, он продолжил свои бесцельные

попытки овладеть ею. Наконец, перестав сопротивляться, она затихла, ее груди оказались маленькими, но вдвойне очаровательными.

Фхард, вернувшись с крыши и тяжело дыша, вытаращил глаза от изумления. Откуда, черт побери, Мышатник умудрился добыть такой лакомый кусочек? Ну ладно, это не его дело… С вежливым «простите, не хочу вам мешать» он захлопнул за собой дверь и занялся избавлением честных людей от трупа берсеркера. Он легко взвалил его на плечи и сбросил с четвертого этажа на огромную кучу мусора, которая перегораживала почти всю Призрачную Аллею. Потом Фхард подобрал зазубренную симиту, вырвал ее из сжимавшей ее ладони и швырнул руку вслед за трупом.

Затем, нахмурившись, осмотрел окровавленное оружие, которое намеревался оставить себе в качестве сувенира, и задумался: «Чья же это кровь?»

Избавиться от Исафем оказалось довольно трудно, — здесь нельзя было просто умыть руки. Спасибо за то, что она почти совсем избавилась от своего безумия и, частично, от мужененавистничества, научилась бегло говорить по-ланкмарски и в конце концов полностью удовлетворилась, получив маленькую кузницу в Медницком ряду за Серебряной улицей, где она создавала прекрасные украшения и продавала из-под прилавка всяческие безделушки, вроде очаровательных колючек с отравленными шипами, известными на весь Невон.

Тем временем Смерть, для которой время двигалось совсем не так,

как для людей, поняла, что для полной квоты ей остается два удара. Та чрезвычайно слабая дрожь от волнения, которое она испытывала при виде двух любимых героев, разрушивших ее гениальную импровизацию, и допуская, что здесь вмешались неизвестные и превосходящие даже ее силы, сменилась жестокой ненавистью из-за сознания того, что не осталось больше времени на изощренные выдумки и что ей придется взяться за дело — что она в глубине души ненавидела.

Стоит ли ей отсюда пытаться уничтожить Фхарда и Серого Мышатника? Нет, конечно, они бы как-нибудь ее перехитрили, что при любом правосудии, если оно существует, дало бы им отсрочку. Кроме того, это породило бы только обиду и негодование. Да и, несмотря на свои манеры и злобу, на свое постоянное неизбежное лукавство, Смерть была по натуре настоящим спортсменом.

Со слабым усталым вздохом Смерть перенеслась в Королевскую Гауптвахту, в Великий Золотой Дворец Харборриксина, где двумя быстрыми, едва уловимыми ударами лишила жизни двух благородных и невинных героев, едва виденных ею раньше, но отмеченных ее безбрежной и непогрешимой памятью, двух братьев, присягнувших на вечное безбрачие и никогда не нашедших покоя. И вот теперь они ушли от всех превратностей судьбы, а Смерть возвратилась в свой скромный замок в Стране Теней, чтобы печально восседать на своем низком троне, ожидая новой миссии.

Прозвучал двадцатый удар.