Печать мастера
Шрифт:
Два дня спустя
Остров знаний, Открытый павильон
Занятие по этикету
В аудитории было тихо. Пахло цветами, морским ветром и… молниями. Так пахнут разряды плетений. Свежо, остро и… больно. От запаха разряженного воздуха кружилась голова.
«Шшу-у-ух».
Разряд прошил воздух, и Пятерка непроизвольно вздрогнул, вспомнив, как это больно. И не он один –
На круглой сцене внизу стоял Коста, со всем вниманием наблюдая за действиями Наставника, и пытаясь повторять.
– Поклон номер семь. Используется, когда нужно оказать уважение Младшего – Старшему, но вы не связаны родственными, клановыми узами или узами клятвы. При этом отношения верхней линии Старших – дружественные. В отличие от поклона номер шесть, когда Старшие находятся в позиции конфликтующих сторон, но при этом необходимо продемонстрировать должную степень уважения, здесь мы наклоняем голову чуть ниже – на два пальца, при этом линия спины скругляется плавнее… Чтобы можно было легко, не потеряв равновесия, перевести поклон в восьмую стойку благодарности… Выражение лица должно соответствовать внутреннему состоянию, руки открыты, чтобы подчеркнуть безопасность, тело движется мягко и естественно… мягко и естественно я сказал!
«Шух. Шух. Шух».
Сразу три последовательных разряда молнии прошили тело Косты, и он выпрямился – морщась.
– Кто назовет, какие три ошибки совершил Шестнадцатый номер при выполнении поклона номер семь? Ммм?
Аудитория молчала, боясь шелохнуться. Пятерка, да и все остальные отводили и опускали глаза, чтобы не встретиться взглядом с Шестым Наставником. Ладонь вверх поднял только Второй ученик.
– Второй.
– Неправильный угол наклона. Неправильная позиция ног. Неправильная линия спины – мышцы слишком зажаты.
– Верно, – поощрительно улыбнулся Шестой Наставник. – Поэтому ученик попробует ещё раз. Занять исходную позицию.
Коста сделал четыре шага назад и развернулся.
– Начали. Поклон номер один… номер два… номер три…
«Шу-у-у-х!»
– Я не могу больше на это смотреть, – шепнул Семи тихо, поежившись. – Он издевается над ним третье занятие подряд.
Пятерка посопел в ответ.
– Он вызвался сам…
– Вот и дурак, что вызвался…
– …учиться хотел…
– Вот и дурак, что хотел учиться!
– Потому что это позволит выучить все поклоны быстро…
– Да кому нужна эта быстрота! – Семи схватился за жетон на шее и вздрогнул одновременно с Шестнадцатым, как будто его тоже прошил очередной разряд. – Он идиот… зачем он попросил это сам…
– Хочет учиться быстро, сказал же, – пробормотал Пятерка. – Ты не можешь отрицать, что это эффективно, видит Великий…
«Шу-у-ух!»
– Поклон номер шесть – две ошибки. Ученик – занять исходную позицию.
Пятый наблюдал, как Коста сделал четыре шага назад, развернулся и снова начал сначала.
Все занятия по этикету – сдвоенные
Занятие за занятием. Занятие за занятием. Шагал вниз к сцене и терпеливо ждал, когда настроят ограничивающие плетения на жетон – и Пятый готов был поклясться Великим, что Наставник по какой-то причине специально использует предельную мощность разрядов. Готов был поставить, но доказать не мог – для этого нужно было оказаться на месте Шестнадцатого.
Занятие за занятием. Шестнадцатый пытался выполнить серии и связки поклонов. Ошибался, его прошивало разрядом молнии от жетона, в воздухе разливался свежий запах плетений.
Дрожал. Шагал назад и – начинал сначала.
«Шух! Шух! Шух!»
– Поклон номер девять. Неправильно. Занять исходную позицию.
«Шух! Шух!»
– Номер два – это очень простой поклон, уже здесь две ошибки. Занять исходную позицию.
«Шух!»
«Шух!»
«Шух!»
Пятерка дрогнул, когда в очередной раз Шестнадцатый не удержался на ногах и упал на колени, содрогаясь.
– Занять исходную позицию, ученик.
Выровнялся, сделал четыре шага назад, поклонился Учителю и снова начал выполнять серию последовательно с первого поклона.
«Шух!»
Удар. Разряд. Жетон вспыхивает – Шестнадцатый дрожит, и снова с усилием возвращается на исходную позицию.
Рядом рвано вздохнул Семи, снова крепко схватившись за жетон, и потеребил. Пятый прекрасно помнил, что Семнадцатого так же приучали, используя плетения. Учили говорить чисто, чтобы отсеять из речи приютские «словечки», когда уже ничего не работало. Тот получал разряд каждый раз, когда произносил «слово» из запрещенного списка, утвержденного Шрамом лично.
«Шух!»
– Новая ставка? – обернулся к ним Девятый ученик со второго ряда, пока Шестой Наставник отвлекся. – Что он свалится на этом повторении?
Но никто из ряда ставку не поддержал. Пятерка и сам ставил, что Шестнадцатый выдержит всего три раза – и проиграл, потом ставили на пятый раз, седьмой… но ни один из них не ставил на то, что можно продержаться целое занятие и… второе, и… третье. Просто потому что ни разу никому из учеников не приходило в голову, что можно хотеть учиться настолько сильно.
«Шух!»
– Занять исходную позицию, ученик.
Семи снова потеребил жетон и отрицательно мотнул головой Девятому ученику. Эту ставку он поддерживать не будет. Третий член их тройки совершенно на всю голову отмороженный или сумасшедший.
«Ш-шу-ух!»
Косте казалось прошло не два или три занятия, а зима. Бесконечная, длинная, бескрайняя. Когда сезон сменяется сезоном. Боль притупилась к концу первого занятия. К концу второго – стал хуже видеть, все как будто подернулось дымкой перед глазами. К концу третьего притупились все ощущения вообще. Ему казалось, что вся его жизнь превратилась в череду ошибок. Сплошную череду, где за каждую ошибку сразу следует наказание.