Пекло. Дилогия
Шрифт:
Усевшись на каменный пол, и переведя дух, я по привычке присосался к бутылочке.
Хм, какой необычный вкус, как клубничное суфле, и консистенция творожистая…
Твою мать! Да это же мозговая жидкость…
Первым порывом было все вытошнить. Но рассудив здраво, я решил не пороть горячку. Задание в любом случае висит, да и на вкус неплохо. Лишь бы не вызывало галлюцинации как хамаон, а так, нормально.
Сделав несколько глубоких вдохов и окончательно успокоившись, я на миг забылся, и сам не заметил, как выпил оставшееся содержимое бутылочки.
Ну что, остается только дождаться побочных
***
Не знаю сколько я просидел без движения. Может пару минут, а может и дней… недель… месяцев.
Вот я, весьма довольный тем, что насобирал столько ценных ресурсов, сижу, жду когда проявятся последствия поедания сырых мозгов. И вот я уже растворяюсь в пространстве, превращаясь в энергию.
У меня еще сохранилась возможность трезво соображать, и готов с уверенностью заверить, Беары, штырят гораздо мощнее хамаонов. Рекомендую.
Вокруг меня начинает распространяться свечение. Оно зародилось где-то в животе, затем поглотило все тело. Дальше стало распространяться на пол, поглотило скелет матки Беаров, каменные стены и свод потолка. Я чувствовал каждый камешек, каждый тоннель. Я сам был этой пещерой. Камни отвечали мне, вернее не камни, что-то было в толще скалы. Что-то теплое, резонирующее с моим сознанием.
Я маленькая частичка, часть огромного организма. Я нахожусь в самом центре сознания огромного великана, который умирает. Он остался один, его мозг, сердце и душу, сначала убили, затем распотрошили и растащили на куски. По бесконечным тоннелям, все еще циркулируют тысячи маленьких осколков сознания. Они способны поддерживать жизнь, но этого слишком мало, нужна Мать.
Все это я чувствовал, я ощущал скорбь и боль скалы.
Я обещаю, больше никогда, вот правда, никогда не съем ничего сомнительного. Только, пожалуйста, пускай это прекратится.
Удар моего сердца, и по телу великана пронесся импульс. Я чувствую. Здесь, прямо подомной, есть огромный источник жизни. И для того чтобы этот источник использовался по назначению, нужен проводник. Я не знаю как это назвать, мать, жрица, или менеджер. Но он необходим.
Тонкие лучики месторождений протянулись через всю скалу. Это как кровеносная, или скорее нервная система. А по венам и артериям, циркулируют целые группки Беаров, распространяя волю мозга, который уже второй день мертв. Вода в озере, что находилось в соседней пещере в тридцати метрах от меня, покрылась рябью. Затем еще сотня подземных озер в радиусе нескольких километров от меня.
Похоже скала и правда живая. Матка Беаров, это не самостоятельное существо, а часть огромного организма. Вернее его сознание.
Интересно, когда меня отпустит, я так же буду считать?
Энергия все чаще стала пульсировать сквозь мое тело, распространяясь повсюду. Но ее слишком мало и она чужеродная. Я будто алюминиевый провод, которым пытаются нарастить золотой кабель. Как вирусная клетка, которую игнорирует перегруженный иммунитет. И я, как и полагается идеальному вирусу, бью по самым важным системам. Вернее не я, Хельга, крохотная частичка по сравнению с реальным Беаром, проникла в его тело, и парой выстрелов своего смертоносного
Я пульсирую все чаще в разных частотах. Будто я сонар ищущий нечто важное и это важное совсем рядом. Я снова стал ощущать свое тело, и смог обернуться. Один из камней, за моей спиной, засветился изнутри ярким красным светом.
Он боится, камень боится. Да что же это за бред-то такой?
Стоп. Не бред.
От него расходятся волны страха, паники и угрозы. Он чувствует что что-то случилось, и защищается как, умеет. Он распространяет волны ужаса и паники вокруг, отваживая всех кто пожелает к нему сунуться. На уровне инстинктов, ни одно живое существо не решилось бы приблизиться сюда, ну кроме меня конечно же. Отвага и слабоумие, вот девиз людей толкающих прогресс вперед.
Повернувшись к камню, я стал медленно приближаться.
Новая волна страха и паники. Затем узнавание. Камень меня знает, хороший камушек. Он знает меня, или кого-то похожего на меня. Паника сменилась облегчением.
Подойдя в плотную к камню, я коснулся его. От моей ладони, остался яркий светящийся след.
В ответ, волна недоумения, радость вперемешку со страхом неизведанного. От следа моей ладони зазмеились трещины.
Твою мать! Да это же яйцо! Яйцо матки Беаров! Что я нахрен натворил?!
Трещины змеились и расширялись с пугающей скоростью, будто тот кто там притаился, давно устал ждать, и спешил выбраться на свободу.
Один кусок скорлупы, другой, и на меня уставились два огромных глаза богомола. Можно подумать что это должно быть неприятное зрелище. Но существо оказалось даже милым. Ну, до тех пор пока не плюнула мне чем-то прямо в лицо.
Меня сразу отпустило от духовного созерцания, прекрасного величия местных пещер. Я снова стал старым добрым отмороженным Андором. В моем лбу торчал какой-то шип, который резко стал менять консистенцию, и впитываться в мою голову.
Я заорал. Больше от ужаса чем от боли, хоть она и была неимоверной.
Мое лицо стало распухать, раздувая веки, губы и щеки. Я упал на землю дергаясь в конвульсиях. Через тридцать секунд, не смотря на отек, я как-то умудрился открыть глаза, и увидел склоненную надо мной жуткую мордашку адской твари. Я почувствовал волну, чего-то похожего на разочарование, а затем меня поглотила чернота и пустота.
Я висел в пространстве, без какой-либо возможности пошевелиться. Время давно остановилось. Слишком давно, сотни или тысячи лет назад. Я уже и не помню кто я и как очутился здесь. Все что я знаю, это огромные, черные глаза. Я не помню значения слова фасеточные, но кажется ни должны быть такими.
Кто я? Зачем я здесь? Для чего я?
Я помню что можно умереть, и я стану снова свободным. И я уже несколько тысячелетий мечтаю подохнуть. Но глаза меня не отпускают, выворачивая на изнанку мое сознание. Прося и требуя, расстраиваясь и радуясь. Я чувствовал, что меня осталось совсем мало. Еще чуть-чуть и я растаю в этих глазах навсегда.
А где-то на планете Пекло, которую местные любя называют МиниАд, оживет мое пустое тело.