Пекло

Карвер Кэролайн

По подозрительному, настороженному выражению Ли она поняла, что ему не терпится что-нибудь от нее услышать.

— Красивые часы, — беззаботно произнесла Джорджия. — Можно купить такие в беспошлинном магазине?

— Сомневаюсь, что с вашим годовым доходом вам это по карману, — холодно откликнулся Ли.

Джорджия чуть было не сказала ему о пасхальном бонусе, но вмешался Бри, пожелавший узнать, на каких самолетах летал Ли — профессиональная солидарность, — и почти сразу он занялся мотором. Потом, в грохоте, и вовсе было не до разговоров. Бри пробежал пальцами по

приборной доске, постучал по каждой важной кнопке, и Джорджия, откинувшись на спинку кресла, постаралась забыть о недружелюбном Ли и стала молиться о том, чтобы пореже попадать в воздушные ямы.

В окошко она видела маленький «судзуки», который поставила под масличной пальмой. Эви наверняка выскажется насчет свежей вмятины на своей машине. Надо будет сразу же позвонить ей из Сиднея и оплатить ремонт. Но она вряд ли возьмет деньги. Местный этикет требует одалживать приятелю или соседу цепную пилу и газонокосилку, лодку и машину, если он попал в передрягу, и ни в коем случае не брать у него плату за повреждения. В общем, что ни делается, все к лучшему. Вот только надо обязательно пойти в паб и порадовать всех хорошей историей. Устроить представление.

Бри прокатил свой «Пайпер» по размытой взлетной полосе. Вдалеке, на крыльце конторы, Джорджия увидела высокого человека, смотревшего в их сторону. Он показался ей знакомым, однако она не могла вспомнить, где видела его прежде. Наверное, это был кто-то из местных, кого она знала в детстве.

— Все пристегнулись? — спросил Бри.

Пассажиры промолчали, и Джорджия ответила за всех:

— Пристегнулись.

Шум мотора стал еще громче, когда Бри прибавил скорость, «Пайпер» затрясло. От окна отделилась резиновая лента и упала Джорджии на колени. Она попыталась было вернуть ленту на место, но из этого ничего не вышло, и она сунула резинку в карман на кресле, надеясь, что самолет не развалится, прежде чем приземлится в пункте назначения.

Когда они поднялись в небо, Джорджия вспомнила о мертвом казуаре. Она словно воочию видела его синюю голову под дождем, сильные ноги с длинными острыми когтями, рудиментарные крылья, покрытые блестящими, но редкими и запачканными грязью перьями.

Будь тут мать Джорджии, они бы ни за что не поднялись в воздух, потому что она восприняла бы гибель большой птицы как проклятие, как жуткое предостережение.

Казуары не умеют летать.

4

Джорджия смотрела на татуировку Ли, когда они в очередной раз провалились в воздушную яму, которую она почти не заметила. Бри все время попадал в ямы.

Они летели уже около часа, и Ли снял промокшую от пота куртку, оставшись в прилипшей к телу серой рубашке с закатанными рукавами. На гладкой мускулистой руке татуировка смотрелась отлично. Синий китайский дракон выставил напоказ свои мускулы, раскрыл крылья, пуская изо рта пламя. Джорджия вспомнила, что тоже хотела сделать себе татуировку сразу после первого нападения на городских. Мама разрешила изобразить розу или сердце, однако категорически запретила дочери украсить себя змеей, обвившейся вокруг кинжала.

Джорджия

все еще смотрела на дракона, когда Ли подался вперед и постучал по показателю топлива:

— Гляди.

— Ничего, — зевнув, отозвался Бри. — Обойдется.

Джорджия перевела взгляд вниз, на реку, которая бежала к Коралловому морю и была похожа на змею на зеленом ковре. Похоже, Блумфилд. Кажется, где-то здесь должен быть роскошный отель с бассейнами и барами на воде. Хорошо бы прилететь в Квинсленд на отдых с массажем и пятизвездочным обслуживанием, а не на похороны.

Печально, что Том умер. Не то чтобы они проводили вместе много времени с тех пор, как она подалась в Сидней, однако для нее он был как утес, к которому она всегда могла прибиться. К тому же, несмотря на все ее протесты, он каждый месяц присылал ей чек, чтобы помочь с квартирной платой.

Если бы не Том, она бы не выбралась из Налгарры и теперь работала бы в супермаркете или на одном из рыболовных судов. Это он заставил ее мыслить шире, увез в Сидней, нашел дом и, только когда она подыскала себе приличную работу, вернулся в свое любимое убежище в тропическом лесу. Джорджия мысленно послала ему воздушный поцелуй. Я люблю тебя, Том. Спасибо тебе.

— Давление падает, — чуть позже произнес Ли.

— Какого черта?..

В это время зачихал мотор.

— Не может быть…

Бри принялся проверять все, что было под рукой, и Ли присоединился к нему.

Мотор чихнул в последний раз и затих. Джорджия затаила дыхание.

— Боже мой… — прошептала она.

Вздрогнув, мотор как будто заработал снова, однако до того неуверенно, что казалось, еще минута — и он опять остановится. Боже мой, Боже мой, мысленно повторяла Джорджия. Пожалуйста, пусть он работает.

Однако мотор словно бился в конвульсиях. Неожиданно послышался громкий хлопок, и самолет дернулся в сторону. Джорджия приглушенно застонала. Она так сжала подлокотники, что у нее побелели пальцы. Тем временем Бри и Ли продолжали тихо, отрывисто переговариваться.

— Можно тут сесть? — спросил Ли.

— Посмотрим. У нас есть еще минут десять.

Джорджия повернула голову, чтобы взглянуть на бескрайний зеленый простор внизу, на котором кое-где между деревьями выступали островерхие горы. Ей казалось, что тут нет места для посадки. Не было видно ни дорог, ни даже лесной тропы.

Мотор еще пару раз чихнул и заглох. Джорджия слышала лишь, как ветер бьется о фюзеляж и пищит стартер. Ли показал на переднее стекло, на котором появилась полоска топлива, и в то же мгновение Джорджия уловила слабый запах дыма.

— Что-то горит, — сказала Джорджия, удивленная собственным спокойствием. На самом деле ей хотелось кричать.

Ли сказал что-то по-китайски Сьюзи, но та не ответила. Лицо у нее сделалось мраморно-белым и застыло от ужаса. Наверное, и я такая же с виду, подумала Джорджия, покрываясь холодным потом и чувствуя, что у нее пересохло во рту.

— Вон там, — сказал Ли, тыча в стекло. — Там лужайка.

Бри приподнялся в кресле:

— Она же маленькая.

— Направление?

— Северо-северо-запад.