Пекло
Шрифт:
Стараясь не упасть, Джорджия цепко держалась за Джона, пока они ехали мимо грузовиков к воротам. Выглянув из-за головы Джона, Джорджия увидела лежащего у будки охранника, то ли мертвого, то ли без сознания. Ворота оказались распахнутыми настежь. Возле них стояли двое мужчин, застигнутые врасплох несущимся на них мотоциклом. Мелькнули их растерянные лица. Они кричали друг на друга, пытались прицелиться, но Джон направил мотоцикл прямо на них. Он действовал решительно. Шел напролом.
В последнюю минуту бандиты, все еще что-то крича, метнулись в разные стороны, и мотоцикл вырвался на свободу. Снизив скорость, чтобы
Один из бандитов выстрелил им вслед. Джорджия услышала визг металла, потом крик Джона:
— Держись!
И крепко держа руль, он на предельной скорости помчался дальше. Джорджия готова была поклясться, что ему еще не приходилось выжимать из мотоцикла такую скорость, но более подходящий случай придумать было трудно. Сначала у него не очень получалось, но потом мотоцикл полетел вперед, как выпущенный из пращи камень.
Грохот стоял оглушительный, словно это был не мотоцикл, а реактивный самолет. Здания проносились мимо как в тумане, шум мотора эхом отражался от кирпичных стен, и Джорджия ждала, что вот-вот они преодолеют звуковой барьер. Скрип, визг, скрежет заглушали все другие звуки.
В конце улицы они пролетели на красный свет, увернулись от автобуса и желтого седана, вильнули вправо, чтобы объехать такси, прибавили газу, обгоняя медлительный грузовик, едва не столкнулись с мотороллером и помчались дальше, сопровождаемые оглушительными гудками.
Потом они услышали сирену. Еще одну. И еще. Мимо проехали три полицейские машины в сопровождении двух пожарных машин. Замыкал колонну полицейский фургон. Все двигались в сторону «Квантум Ресёрч».
Они ехали на довольно большой скорости, маневрируя между автобусами и едва не задевая несчастные мотороллеры. Вслед им гудели клаксоны, водители грубо жестикулировали и выкрикивали ругательства. Тут завыла еще одна сирена. Ее вой нарастал, и Джорджия поняла, что кто-то преследует их.
Они уже приближались к центру города, где движение было намного интенсивнее, здесь хватало и велосипедистов и прохожих. Джорджия видела высокие сверкающие дома и ряды пальм, людей, которые жевали сэндвичи и пили из высоких стаканов. Стайка школьниц в синих плиссированных юбках и идеально белых носочках окружила мороженщика.
Мотоцикл едва не полз, задержанный потоком машин впереди и красными сигналами светофора. Тогда Джон свернул на тротуар и поехал, лавируя между прохожими. По пути он разнес газетный киоск, раскидав газеты и журналы.
Люди кричали, клаксоны гудели. Мотоцикл тряхнуло, Джон опять съехал на мостовую и вырвался вперед.
Джорджия оглянулась. Полицейского фургона нигде не видно, зато слышно, и с каждой минутой все отчетливее. Джон вновь снизил скорость, но, свернув на длинную темную улицу, тотчас прибавил ее. В конце улицы они вырвались на свет и немедля пересекли шоссе.
Две машины резко затормозили, но справа, гудя что есть мочи, к ним стремительно приближался грузовик фирмы «Братья Грейс». Джон как будто его не видел. Повернув, он углубился в другую темную улицу.
Грузовик был так близко, что Джорджия
Джорджия видела, как закачалось лобовое стекло у ближайшего автомобиля, как потом грузовик смял его в лепешку. Полетели искры. В воздухе стоял грохот сминаемого металла, пока грузовик в конце концов не въехал в витрину магазина и, немного повибрировав, не остановился.
Джорджия оглохла от шума и повернула голову, чтобы посмотреть на разрушения, отчасти в восторге от содеянного, отчасти в ужасе при мысли, что они сами едва не погибли. А что с шофером? Что с людьми на парковке? А прохожие? Времени на раздумья и сожаления не было, оставалось лишь ехать дальше и молиться.
Когда они оказались на темной улице по другую сторону шоссе, Джон сразу же стал сбрасывать скорость, так как шины не были приспособлены для быстрой езды, потом свернул направо на широкую улицу.
Они проезжали мимо людей, которые тащили ящики с салатом и помидорами, пивом и бараниной из рефрижераторов. Джорджия увидела женщину с подносом, на котором лежали разные сыры, и другую, волочившую двух лососей. Голодный пес стоял на тротуаре, принюхиваясь к колбасам. В следующую минуту воздух наполнился ароматами тайских специй — кориандра, красного перца, чеснока.
Поворот налево. Шоссе, ведущее на север. Джорджия увидела указатель «Аэропорт», потом еще один. Теперь Джон ехал осторожнее, не желая привлекать к себе внимания. Возле аэропорта они обогнали открытую «мазду», в которой на пассажирском месте сидела женщина, вдруг яростно хлопнувшая себя по голове ладонью. Сначала Джорджия подумала, что она говорит, мол, они сумасшедшие, а потом поняла — ни у нее, ни у Джона не было шлема. Они нарушали правила дорожного движения.
Джон поехал еще медленнее, развернулся в сторону выходов и мягко, очень мягко остановил мотоцикл. Проведя рукой по волосам, он заглушил двигатель.
Тишина оглушила обоих. Джорджия продолжала сидеть, думая о том, сможет ли она пошевелиться. Она ощущала себя контуженной и ног под собой не чуяла, словно едва народившийся жеребенок.
Джон повернул голову.
— Отлично справилась, если ты новичок, — сказал он.
Тут только Джорджия осознала, что все еще держится за него, и торопливо разняла руки. Когда она слезла с мотоцикла, у нее подгибались колени и ей пришлось ухватиться за выступающую железку, чтобы не упасть. На Джона сумасшедшая езда как будто никак не повлияла. Он стоял, уперев руки в боки, переводя взгляд с мотоцикла на Джорджию:
— Вот это кайф!
— Ты молодчина!
Джон усмехнулся, и вот тут-то Джорджия разглядела в нем нечто от Сьюзи. Такие же, как у нее, смеющиеся миндалевидные глаза, такой же изгиб губ.
— И ты была ничего. Неужели ты это впервые?
— Да, впервые.
— Вот уж не подумал бы, — с восхищением проговорил Джон. — Ты как будто родилась на мотоцикле!
Пока Джон из будки звонил какому-то коллеге, Джорджия купила ему кофе и себе — двойной виски. Ее все еще била дрожь, но, отпив пару глотков, она почти успокоилась. Они были на волосок от смерти. Не будь у Джона его мотоцикла…