Пендервики

Бёрдселл Джинн

— Внизу сидят миссис Тифтон и мистер Дюпри. Они потеряли Джеффри. Надеюсь, он не улетел куда-нибудь на воздушном шаре, а, Джейн?

— Что ты, пап. Конечно, нет, — честно ответила Джейн.

— Так, для начала уже хорошо. Идём дальше. А кто-нибудь может мне сказать, где он сейчас? — Все молчали. — Розалинда?

— Нет, папа. Мы не можем этого сказать, — ответила Розалинда. Ах, зачем она уговорила Джеффри остаться! Ушёл бы он вчера, как собирался, — сейчас был бы уже далеко.

— Тогда поставим вопрос по-другому, — продолжил

мистер Пендервик, внимательно вглядываясь в лица дочерей. — Джеффри в безопасности?

— Да, он в безопасности, — сказала Розалинда.

— Он в надёжном месте?

— Да.

— В комнате у Бетти?

Повисла ужасная пауза, все опустили головы.

— Ах, дочки, — мистер Пендервик покачал головой.

— Если бы ты всё знал, ты бы понял, — сказала Скай.

— Пожалуйста, не говори миссис Тифтон, что он здесь, — попросила Джейн.

— Но я должен ей что-то сказать. Бедная женщина с ума сходит от беспокойства. — Он поразмышлял минутку. — Хорошо. Я скажу ей, что он в безопасности и это пока всё, что мне удалось выяснить. Скажу, что позже, как только выпытаю правду из своих дочерей, я ей позвоню. И кстати, если кто-нибудь из вас случайно встретит Джеффри, — он подошёл ближе к двери, под которой всё ещё лежал Пёс, и заговорил громче, — передайте ему, что он в этой истории не один. И, значит, всё не так страшно.

Дверь медленно отворилась, и из комнаты Бетти вышел Джеффри, взъерошенный и с тёмными кругами под глазами.

— Доброе утро, мистер Пендервик. Простите, что доставляю вам столько хлопот.

Всё в порядке, сынок, — сказал мистер Пендервик. — Если хочешь, я могу сказать твоей маме, что ты у нас.

— Спасибо, но я сам должен к ней спуститься.

— Джеффри, нет! — воскликнула Скай. — Пусть лучше папа.

Джеффри покачал головой.

— Раз они уже здесь, я должен разговаривать с ними сам. И потом, Розалинда же считает, что мне надо попробовать ещё раз объяснить маме всё про себя и про Пенси? Вот как раз удобная возможность попробовать ещё раз.

— А вдруг я не права, вдруг я ошибаюсь? — Розалинда неуверенно тронула отца за локоть. Сейчас Джеффри спустится вниз, думала она, — и всё, они опять увезут его в Пенсильванию.

— Нет, дочка. Ты не ошибаешься, — сказал мистер Пендервик. — Джеффри, хочешь, я спущусь вместе с тобой?

— Да, так будет лучше. — Джеффри расправил плечи. — Спасибо вам.

— А давайте мы спустимся все вместе? — предложила Розалинда.

— Нет. Пусть идёт только Джейн. — Скай пришлось совершить над собой героическое усилие, чтобы сказать такое вслух. — Она, кажется, единственная из всех нас, кого миссис Тифтон не слишком сильно презирает. Но, Джеффри, если понадобится кого-то поколотить, ты знаешь: мы все тут

рядом, только свистни… Шучу, пап.

— Гхгмм. — Пряча улыбку, мистер Пендервик отступил в сторону, чтобы Джеффри мог пройти.

Вниз спускались медленно и торжественно: впереди Джеффри, за ним мистер Пендервик, а за ним Джейн, замыкающая. Она очень гордилась тем, что её, единственную из сестёр Пендервик, включили в состав почётного караула Джеффри. Но, честно говоря, она предпочла бы никогда больше не встречаться с Декстером. Вон он, расселся за столом, как у себя дома, сонно подперев щёку рукой, — смотреть противно! И плевать ему на Джеффри и на то, как сложится всё его будущее.

Зато миссис Тифтон при виде их вскочила и бросилась к сыну.

— Джеффри! Маленький мой!..

Она долго-долго прижимала его к себе, бормоча что-то неразборчивое, но полное нежности и материнской любви. Глаза Джейн тут же наполнились слезами, и она мучительно пыталась вспомнить, за что именно она терпеть не может эту женщину. Но поток нежности в конце концов иссяк, и миссис Тифтон заговорила знакомым недовольным голосом.

— Как же ты мог? Как ты мог так со мной поступить?

— Прости, я не хотел тебя огорчать…

— Не хотел огорчать! Ты думал, — крепко держа сына за плечи, она отстранила его от себя, — думал, меня не огорчит, если мой единственный сын сбежит из дому?

Джеффри повёл плечом, пытаясь высвободиться.

— Я просто…

— Ладно, ты жив, с тобой всё в порядке, и это главное. Конечно, придётся тебя как-то наказать… Но пока что мы пойдём домой и постараемся обо всём забыть, а с наказаниями разберёмся позже, когда немного придём в себя. — Миссис Тифтон, кажется, была уверена, что её слова полны благородства и великодушия.

— Нет, — сказал Джеффри.

— Нет? — Она отступила на шаг и встала перед сыном, уперев руки в бока. — Что значит «нет»?

— Я хочу поговорить обо всём сейчас, пока мы здесь.

— Ну знаешь ли!.. До сих пор я проявляла поистине ангельское терпение и снисходительность, но в любой момент это может перемениться…

Джеффри оглянулся на мистера Пендервика. Тот ободряюще кивнул. Джеффри вздохнул поглубже — и начал сначала.

— Мама, я должен сказать тебе что-то очень важное. Я пытался сказать тебе об этом раньше, но ты не хотела слушать. Выслушай меня сейчас. Прошу тебя.

— Что за ерунду ты говоришь? Когда это я не хотела тебя слушать?

— Мама. Пожалуйста, сядь и позволь мне сказать.

— Бренда, дорогая!.. — Декстер уже не выглядел таким сонным. Возможно, он начал волноваться за собственное будущее. — Надеюсь, ты не собираешься выяснять отношения с сыном… перед этими людьми?

Джейн ощетинилась. Перед этими людьми! Когда-нибудь, когда она станет известной писательницей и тележурналисты придут брать у неё интервью, она расскажет им про мистера Дюпри из «Разделительной полосы». Ославит его перед всем миром.