ПЕНРОД И СЭМ
Шрифт:
– Ну, Сэм, – сказала миссис Уильямс, – теперь ты понял, что не так уж плохо дружить с Джорджи Бассетом?
Сэм бросил на нее полный невозмутимости взгляд. Лицо его напоминало сейчас чистый лист бумаги и не отражало даже тени какого-нибудь чувства.
– Не плохо, мама, – покорно ответил он.
– Джорджи ушел домой?
– Да, мама.
– Я слышала, вы там очень расшумелись. Джорджи тоже было весело?
– Что, мама?
– Джорджи Бассету было весело
– М-м… – Сэм задумался, как задумываются, чтобы добросовестно вспомнить все, что произошло. Потом он сказал:
– Понимаешь, Джорджи не сказал, что ему весело, но он и не говорил, что ему невесело.
– Но когда он уходил, он поблагодарил мальчиков?
– Нет, мама.
– И даже тебя не поблагодарил?
– Нет, мама.
– Странно, – удивилась она, – обычно Джорджи такой вежливый. А вид у него был довольный?
– Что-что, мама?
– У Джорджи был довольный вид?
Миссис Уильямс показалось, что она не спросила ничего особенного. Однако Сэм ответил далеко не сразу. Он растерянно посмотрел на мать. Затем он помассировал ладонью правую лодыжку, а потом левую.
– Понимаешь, – объяснил он смущенно, – я споткнулся, когда спускался в подвал.
– Сильно ушибся? – с тревогой спросила миссис Уильямс.
– Нет, мама. Надо только прижечь немного арникой.
– Сейчас принесу. Иди в папину комнату, Сэм. Тебе очень больно?
– Нет, мама, – вполне искренне ответил он. – Почти совсем не больно.
Он проследовал за ней в ванную и очень мягко, но настойчиво сказал, что сам прижжет свои раны. Он так настаивал, что миссис Уильямс в конце концов уступила и спустилась в библиотеку. Там она увидела мужа, который только что вернулся с работы.
– Ну как? – спросил он. – Джорджи приходил? Они нормально с ним обращались?
– Да, да, все в порядке. Сэм и Пенрод вели себя, как никогда. Я даже удивилась, как они его ласково встретили.
– Ну, и хорошо, – сказал мистер Уильямс; он уселся в кресло и развернул вечернюю газету. – Признаться, я сильно опасался на этот счет. Я шел с работы пешком. Когда я проходил мимо дома Бассетов, я увидел у входа машину доктора Венни. А в дверь как раз в этот момент входил парикмахер из парикмахерской на углу. Я очень удивился. Я еще подумал, зачем может вдове Бассет понадобиться парикмахер и доктор одновременно? Джорджи тоже они оба сразу не должны бы потребоваться. А потом я вспомнил про сегодняшний день и испугался…
Миссис Уильямс засмеялась.
– Нет, нет. Его визит к нам не мог привести к таким ужасным последствиям. Я уверена, что мальчики с ним хорошо обошлись.
– Ну, тогда все в порядке.
–
Но миссис Уильямс не договорила. Ей помешала Фанни, которая позвала ее к телефону. И миссис Уильямс, весело напевая, пошла к телефону.
Она беседовала всего каких-нибудь пять минут, но когда она вернулась в библиотеку, на ней лица не было. Бледная и подавленная, она жестом указала мужу на телефонную трубку.
Охваченный самыми скверными предчувствиями, он вскочил с кресла.
– Миссис Бассет?
– Подойди к телефону, – хрипло произнесла миссис Уильямс. – Она с тобой тоже хочет поговорить. Долго она говорить не может, у нее начинается истерика. Она мне сказала, что они заманили Джорджи в подвал и там его отдали на истязание двум чернокожим! Но и это еще не все…
Мистер Уильямс пошел к телефону.
– Найди Сэма! – уже на ходу сказал он.
Миссис Уильямс вышла в переднюю.
– Сэм! – крикнула она наверх.
Ответа на последовало.
– Сэм!
За ее спиной раздалось очень деликатное покашливание. Она обернулась. Сын сидел на полу под вешалкой. Весь его вид свидетельствовал, что он тут долго уже о чем-то размышляет и даже понятия не имеет о событиях, которые разыгрались в библиотеке.
– Сэм! – крикнула миссис Уильямс. – Что ты тут делаешь?
– Знаешь, по-моему, у меня с ногами уже все в порядке. Я приложил арнику и…
– А ну, встань! – приказала она.
– А что случилось, мама?
– Сейчас же иди в библиотеку.
Сэм пошел, и шаги его характеризовала чрезвычайная плавность. Пожалуй, в такт его шагам не попал бы даже самый медленный похоронный марш, потому что Сэм шел медленнее самой скорбной на свете процессии. Похоже было, что он чего-то опасается.
Отец и сын вошли в библиотеку сквозь противоположные двери, и встреча их не сулила радости. Взглянув на отца, Сэм попытался сбежать, но в дверях, которые остались за его спиной, стояла миссис Уильямс.
– Подойди ко мне! – голос мистера Уильямса вполне соответствовал кошмарному выражению его лица.
– Сэм подошел.
А теперь говори, что вы сделали с Джорджи Бассетом?
– Ничего, – Сэм вздохнул, – совсем ничего.
– Что-о-о?
– Мы просто… посвятили его в Братство.
Мистер Уильямс повернулся, дошел До камина, потом снова приблизился к Сэму.
– И это все?
– Да, папа.
А мать Джорджи Бассета сейчас мне сказала по телефону, – холодно произнес мистер Уильямс, – что вы с Пенродом Скофилдом, Родериком Битсом и Морисом Леви заманили Джорджи в подвал, и там его избили чернокожие!