Перцептрон
Шрифт:
— Ого… я не знала, что она на такое способна! — присвистнула та. Ренара покачала головой, фыркнув:
— Не отвлекай пока… мне надо среди файлов найти нужный. Посиди на стрёме.
Однако пони было скучновато просто сидеть, и потому она решила из любопытства проверить другую дверь, ведущую в складское помещение, где располагались различные коробки с неизвестным содержимым. И Шеат заскочила туда, телекинезом подтянув одну из них. К счастью, на втором этаже устройство по блокировке воздействий работало слабее, поэтому худо-бедно телекинез подчинялся воле бывшей принцессы.
Как
— Интересно, а для чего они? — хмыкнула аликорница и закрыла глаза, пытаясь как-то прочувствовать их магически. И стоило ей это совершить, как перед её головой возникли образы… страшные и жуткие.
Пони открыла глаза и обнаружила себя на столе, прикованной за все конечности и неспособной пошевелиться. Сам стол был заляпан засохшей кровью, а перед ней склонилось двое драконов, которые подёргали её за копыта.
— Ты деструктор и враг Нашара. И мы приняли решение переработать твою душу в кристалл. Наказание за попытку повлиять на уничтожение мира ты знаешь. Мы приведём приговор в исполнение немедленно! — заявила одна из драконов-пленителей, мохнатая и чёрная.
— Нет! Я ни в чём не виновата! — завопила Шеат, но чужим голосом. Она пыталась вырваться из оков, но безуспешно, — вы не ту схватили! Я не виновна!
— Доказательства очевидны. Поэтому прощай. Тебе ещё повезло, что твоя смерть будет относительно быстрой, — и драконесса резанула Шеат когтями по шее, а другой лапой приставила к ране кристалл. Шеат почувствовала, как вслед за потоком крови её сознание затягивается в камень…
— Шеат! Шеат! Очнись! — неожиданно знакомый голос отвлёк её от иллюзии, и пони закашлялась, пытаясь отдышаться. Она всё ещё находилась в складском помещении, прижимая к своему лбу кристалл с душой, из её глаз текли слёзы, а перед ней стояли не двое драконов, а Ренара, что трясла её за плечи.
— Ты громко заорала… зачем ты трогала нашарские кристаллы с душами? — строго пожурила её соратница. Шеат же громко вздохнула несколько раз, рассеивая иллюзия окончательно и лишь затем тихо заявила:
— Они… они держат души внутри кристаллов? Это… это…
— Да. Возможно, это звучит жестоко, но во-первых, чаще всего это террористы-деструкторы и пособники навов, а во-вторых… почему ты пытаешься воздействовать на кристалл?
— Я… я не знаю. Я просто словно почувствовала, что там внутри что-то взывает ко мне, а затем… затем я оказалась на месте казни. Где мне перерезали горло! Прости.
— Вживлять душу в кристалл — вполне традиционная казнь для Нашаран, ведь их валюта — энергия душ. Но не бойся — тебе это не грозит. Так поступают лишь с деструкторами — поклонниками навов. Тех, кто хочет проникнуть в наш мир и уничтожить его, — Ренара похлопала аликорна по шее, приободряя её, а затем показала на чинилку, что держала в руках. — Идём. Я уже скачала данные с компьютера. Теперь мы можем разузнать секреты музея где-нибудь в укромном месте. Ты идёшь?
— Да, да! Конечно. Только… — неуверенно заявила бывшая принцесса, — откуда у обычного архитектора здесь такой ужас?
— Думаю, она проектировала здания и в Нашаре, а там души — это стандартная
— Идём, — кивнула собеседница. Но прежде, чем пройти за Ренарой, она всё-таки решила прихватить кристалл с душой с собой. Уж очень сильное впечатление он произвёл, показав Шеат последние минуты жизни того, чья душа теперь была в камне.
И вдруг тот, кого заключили в кристалл, и в самом деле ни в чём не виноват?
* * *
Богачи всегда желали выделиться и показать, что бедноте до них далеко. Из самого высокого квартала Урбисарманиума не было видно других зданий, а дома выглядели низенькими, двухэтажными, улицы — широкими, с деревьями в кадках, устланные чистой плиткой. Воздух полнился приятными природными запахами и совсем не был разряженным — атмосфера под невидимым куполом, защищавшим и от солнечной радиации, оказалась своей во всех смыслах.
Ланра, идя подле Вилмира по бульвару с рядом скамеек и авангардных скульптур, внимательно наблюдала за экранчиком чинилки, по которому отслеживался второй такой же инструмент.
— Практично сработано, однако… — тут драконица задумалась на секунду и хитро улыбнулась. — Вы не замечали одну маленькую, но важную деталь?
— Во имя Эннары… какую именно? — вздохнув, спросила у неё Нара.
— Две студентки смогли обмануть директора музея, всех охранников и даже меня лично. Сдаётся мне, что они действуют не в одиночку, а под чьим-то бдительным руководством. А ещё у них здесь тайное убежище, где даже мой взор до них не дотягивается. Будьте начеку, ибо кто знает, какие у них ещё козыри остались.
— Оставшиеся козыри — это наша забота, — заявил Вилмир, однако Ланра отрицательно покачала головой.
— Ох, что вы — я хоть и занятая личность, но всё-таки мне хотелось бы увидеть результат вашей работы лично. Чтобы вы вручили мне в руки артефакт сразу, как только заполучите его. Не беспокойтесь, я вам не буду мешать, — слегка улыбнулась их нанимательница и передала в руки Вилмира чинилку — я вам даже немного помогу. Пока просто идём вперёд.
Вилмир и Нара проследовали по направлению, которое указывала им чинилка. Альд хотел их догнать, но Ланра жестом руки остановила его и подозвала к себе.
— Друг мой, — обратилась она приторно-сладким голосом к нему, коварно улыбнувшись, — подожди минутку.
— Ась? А чего именно я сразу? Я такой привлекательный? — чуть подвигал чешуйчатыми бровями бело-красный, улыбнувшись.
— Не думай, что от меня можно скрыть некоторые детали. Я знаю, что вы уже встречались с торговцами из другой реальности. Они сотрудничают и со мной в том числе, — Ланра остановилась совсем близко от Альда. Она вела уверенно и чувствовала себя хозяйкой положения, что, собственно, и являлось правдой. — Ты назвал имя Экзерон. Я знаю, о ком идёт речь. Скажи — ты хочешь передать Перцептрон ему? — продолжила глава гильдии Странников.