Перед праздником

де Мопассан Ги

Оборванец обернулся еще раз.

— Придется в телескопы смотреть, чтобы разглядеть их рожи.

Господин, не отвечая, продолжал:

— Взять хотя бы вручение знамен. Надо было придумать какой-нибудь повод, организовать что-нибудь, ну хоть маленькую войну,

а потом вручать войскам знамена как награду. У меня была одна идея, и я даже написал о ней министру, но он не удостоил меня ответом. Раз выбрали для праздника годовщину взятия Бастилии, нужно было инсценировать это событие. Можно соорудить картонную крепость, дать ее раскрасить театральному декоратору и спрятать за ее стенами Июльскую колонну. А потом, сударь, войска пошли бы на приступ. Какое грандиозное и вместе с тем поучительное зрелище: армия сама низвергает оплот тирании! А дальше эту крепость поджигают, и среди пламени появляется колонна с гением Свободы [3] , как символ нового порядка и раскрепощения народов.

3

Колонна с гением Свободы — бронзовая колонна, поставленная в 1830 году в честь Июльской революции на месте Бастилии.

На этот раз его слушала вся публика империала, находя мысль превосходной. Какой-то старик заметил:

— Это великая мысль, сударь, и она делает вам честь. Достойно сожаления, что правительство ее не приняло.

Какой-то

молодой человек объявил, что хорошо было бы, если бы актеры читали на улицах Ямбы [4] Барбье, чтобы одновременно знакомить народ с искусствами и со свободой.

Все эти разговоры пробудили энтузиазм. Каждый хотел высказаться; страсти разгорались. Шарманщик, проходивший мимо, заиграл Марсельезу; рабочий запел, и все хором проревели припев. Вдохновенное пение и его бешеный темп увлекли кучера, и настегиваемые им лошади помчались галопом. Г-н Патиссо орал во всю глотку, хлопая себя по ляжкам; пассажиры, сидевшие внизу, в ужасе спрашивали себя, что за ураган разразился над их головами.

4

«Ямбы» — сборник политических стихов французского поэта Огюста Барбье (1805—1882), изданный в 1831 году.

Наконец омнибус остановился, и г-н Патиссо, убедившись, что его сосед — человек с инициативой, стал советоваться с ним насчет своих приготовлений к празднику.

— Фонарики и флаги — все это очень хорошо, — говорил он, — но мне хотелось бы что-нибудь получше.

Тот долго размышлял, но ничего не придумал. И г-н Патиссо, отчаявшись, купил три флага и четыре фонарика.