Перед свадьбой
Шрифт:
— Одну минуту, — прервала его Корина, взволнованно взмахнув рукой и удивленно нахмурившись. — Откуда у вас эта информация?
Просто невероятно! Значит, заранее не доверяя всему тому, что она сама ему скажет, Гамбини решил все проверить лично. Что еще ему известно? Размеры ее одежды? Номер туфель, которые она носит? Название ее любимых духов? Происходило что-то непонятное, и от этого Корина почувствовала себя неуверенно. Совершенно неожиданно, как снег на голову, свалилось на нее это предложение. Теперь же выясняется, что сделавший его человек действовал
Гамбини улыбнулся. Вероятно, он хотел таким образом успокоить Корину, на самом же деле эффект оказался прямо противоположным. Это была улыбка хищника, и Корина почувствовала себя его легкой добычей. Будь осторожна, сказала она себе. Этот мужчина чрезвычайно опасен.
— Если я захочу, я могу узнать все, что потребуется, мисс Дэвидсон. Так же как при желании я могу добиться и чего угодно другого.
Это было сказано с такой уверенностью, что Корина испугалась. Что-то зловещее прозвучало в словах Гамбини. Неужели это угроза? Сверкая от гнева серыми глазами, она встала со стула, откинув роскошные золотисто-каштановые волосы.
— Кажется, мы зря теряем время, мистер Гамбини. Мне явно не стоило приходить. Я вполне удовлетворена своей нынешней работой, так что благодарю вас за лестное предложение.
На Корине было ярко-красное платье, не очень сочетающееся с цветом волос, но это не мешало ей выглядеть весьма эффектно и женственно. Закинув на плечо кожаную сумку-мешок, она встала и направилась к двери, но категоричный возглас «Подождите!» остановил ее.
Корина медленно обернулась и, высоко подняв подбородок, с неприязнью посмотрела на Гамбини. В то время как серые глаза метали молнии, карие смотрели совершенно спокойно, с легкой усмешкой. Она ощутила учащенное биение сердца и с досадой подумала, что, возможно, это ее чисто человеческая реакция на сложившуюся ситуацию, а не реакция женщины на мужчину.
— Вас оскорбило, что я счел нужным навести о вас справки?
— Совершенно верно, — ответила Корина. Звуки собственного голоса поразили ее: он был взволнованным, а главное хриплым, так что она невольно стала откашливаться. — Я еще не являюсь вашей сотрудницей, а вы уже заводите на меня целое досье. Для меня это совершенно неприемлемо.
— Вы, наверное, знаете, что в наши дни есть данные на большинство людей. Просто удивительно, какой только информации там не хранится. Например, менеджер вашего банка знает о вас больше, чем вы предполагаете.
— Возможно, — пожала плечами Корина, — но при чем тут вы?
— А как вы думали? Разве я могу предложить работу, причем такую ответственную, человеку, о котором ничего не знаю?
— Ладно, пусть так, но откуда все-таки у вас эти сведения обо мне? — сказала Корина, подумав при этом, о какой-такой ответственной работе может идти речь. — Ведь мы никогда не встречались, не так ли? И вообще, зачем
Гамбини задумчиво покачал головой и, поджав губы, сказал:
— У вас прекрасная репутация. Реклама, разработанная при вашем участии, лучшая из всего, что сделала ваша фирма.
Корина, не склонная переоценивать свои профессиональные достижения, скромно ответила:
— Я всего лишь пишу текст.
— Да, но какой! — заметил Гамбини, одобрительно посмотрев на нее. — Что мне непонятно, так это почему вы занимаетесь преимущественно этим направлением в рекламе, в то время как у вас явный талант дизайнера.
— Мне больше нравится думать над текстом, — призналась Корина.
— Прекрасно. Поэтому я и хочу с вами работать. Мои возможности безграничны.
Получив от Орсо Гамбини предложение о совместной работе, Корина почувствовала себя одновременно польщенной и озадаченной. Но больше всего заинтригованной, чуть ли не шокированной. Неужели действительно «Н. В. Айер энд сан», старейшее и ведущее рекламное агентство США, приглашает ее на работу? Гамбини сказал, что хочет предложить ей ответственную должность. Видимо, она хорошо оплачивается, а сейчас это очень кстати.
Недавно она полночи не спала, ломая голову над тем, откуда взять деньги, чтобы заплатить за следующий школьный семестр Бланш. Деньги, оставшиеся после смерти родителей, они давно проели, и Корине приходилось работать сверхурочно, лишь бы сестренка не узнала, с каким трудом ей удается сводить концы с концами. В свое время Корина посещала ту же школу и знала, как прекрасно там чувствуют себя дети. Если сейчас Бланш придется перейти в более дешевое учебное заведение, это непременно скажется на ее образовании.
Почему же все-таки Гамбини выбрал ее и как вообще он о ней узнал? Конечно, фирмы следят друг за другом, а их сотрудники часто не в меру разговорчивы.
Надо признать, что Гамбини не ошибся. Она действительно добилась определенных успехов в своей области. Агентство «Куртис эдвертай-зинг компани» гордится ею и вряд ли захочет с ней расстаться. Поэтому Корина даже не сказала своим коллегам о том, что идет на собеседование, ею двигало одно лишь любопытство. Она с сожалением подумала о том, что лучше бы Гамбини не устраивал этих проверок. Тогда было бы гораздо легче принять его предложение, которое, судя по всему, будет весьма соблазнительным.
— Я хотел бы, чтобы вы занялись самым ответственным проектом, который я когда-либо начинал.
Корина вопросительно посмотрела на Гамбини.
— Вы именно тот человек, который мне нужен. У вас есть все данные, необходимые для этой работы.
— За последние годы ваше агентство добилось таких успехов, которые возможны только при наличии квалифицированной команды, — продолжала настаивать на разъяснении Корина.
— Нет предела совершенству, — уклончиво ответил Гамбини.
— Понятно, фирма нуждается в притоке свежих сил. Или, может быть, кто-то очень подвел?