Переход

Калиновский Петр Петрович

Полный радужных надежд идет он со станции домой, и вдруг почти моментальная смерть под автомобилем. Предсмертной болезни не было. А что если бы была? Как перенес бы он крах всех своих надежд? Примирился бы с судьбой? С Богом? За что ему такая жизнь и такая смерть?

Что было бы, знает Господь, и Он посылает человеку такую смерть и в такое время, когда это ему лучше всего.

Прочитайте теперь еще раз в восьмой главе, что пишут архиепископ Лука и святой новомученик Герман о значении земной жизни и смерти для души и тела.

Жизнь человека на земле нужна

только для формирования духа, поисков того пути, по которому душа пойдет в жизни вечной. Это дает ответ на все наши недоумения и объясняет раннюю смерть праведников, длинную жизнь плохих людей (которым, значит, Господь дает время понять и изменить свои пути) и все те смерти, которые нам могли казаться бесцельными и ненужными., Важны не дарования и способности, которыми мы владеем, а то, как мы ими пользуемся. Протоиерей Сергий Булгаков пишет: "Физическая смерть имеет для своего наступления внутренние времена и сроки".

У смерти есть свои внутренние причины; внешние факторы – болезни и несчастные случаи – ведут к смерти человека тогда, когда дальнейшее земное существование уже не имеет смысла для жизни души.

Время нашей жизни и смерти в руках Господа. Час смерти очень часто связан с духовной миссией человека. Праведник иногда хочет умереть и просит об этом, но Бог может оставить его жить дольше. Отец Матта эль Мескин пишет в "Вестнике РХД" (No 44, 1985) про Антония Великого, который услышал голос Господа: "Ты как благая мать… и Я оставлю тебя добре воспитывать твоих чад".

Некоторые люди недоумевают, почему Господь не дал нам предвидения смерти, если помышление о ней столь благотворно. Святоотеческие писания поясняют, что это нужно для нашего спасения: "Ибо… человек, задолго предузнавший время своей смерти, проводил бы жизнь свою в беззакониях и на самом исходе из сего мира приходил бы к покаянию. Но от долговременного навыка грех делался бы в человеке второю природою, и он оставался бы совершенно без исправления".

Предведения смерти нам не дано, но предчувствие смерти бывает нередко.

Предчувствие – это не страх смерти, в известной степени они даже противоположны друг другу. Страх смерти чаше всего бывает у нераскаянных людей плохой жизни, отвергающих Бога. Для них смерть означает потерю всего, что они знают и любят. Они ее боятся и не хотят, предчувствие смерти у них бывает очень редко. Может быть предчувствие и боязнь чего-то плохого после смерти, но ее близости они не чувствуют. Даже наоборот, до самого конца они могут не видеть явных признаков ее приближения, как у Солженицына в "Раковом корпусе": "Уж кислородную подушку сосет… а языком доказывает "не умру" ".

Человек праведной жизни часто предчувствует свою скорую смерть. Он не боится, просто спокойно ждет, а иногда даже хочет ее прихода. После естественной и неисковерканной жизни он и смерть принимает как что-то естественное и нормальное. Вероятно, это похоже на то, как человеку, уставшему от дневных трудов, хочется заснуть. Его смерть будет мирной и легкой, как засыпание, как успение.

ГЛАВА 17

Смерть

детей. Дети знают, что они умирают. Эпизоды выхода души из тела. При переходе дети не одиноки. Есть ли смысл в смерти ребенка. Горе родителей. Изживание горя.

Сейчас вышло уже немало богословских и медицинских книг о смерти детей. Описан ряд наблюдений, и ученые стараются оценить их. Много делают доктор Кюблер-Росс и другие.

Елизавета Кюблер-Росс – по специальности детский врач, психиатр. Она пишет, что дети знают, что они умирают, но знают это сердцем, а не головой. Они говорят об этом, не боятся и умирают очень хорошо. Чем младше ребенок, тем больше он знает.

Дети от двух лет и старше во время тяжелой болезни становятся более духовными и серьезными, как бы сразу повзрослевшими.

Врачи, сестры, санитарки и другие люди, видевшие, как умирают дети, свидетельствуют, что у детей, как и у взрослых, черты лица незадолго до смерти принимают выражение покоя и будто внимания к чему-то.

Кюблер-Росс считает это состояние покоя и отвлеченности роковым признаком, предвещающим близость смерти. Дети в это время могут видеть уже умерших, особенно тех, кого они любили.

Кюблер-Росс была не только врачом, но и другом своих маленьких пациентов. Сидя у постели тяжелобольного ребенка, она разговаривала с ним. На свой вопрос часто получала ответ: "Нет, мне теперь хорошо, папа и Петя ждут меня". Отец и брат больной девочки Петя умерли раньше.

Архиепископ Лука тоже пишет об этом. Маленький брат видел и слышал своего старшего, уже умершего брата, который звал его к себе. Маленькая девочка видела и слышала свою умершую тетю Луизу, много раз являвшуюся ей и звавшую ее в загробный мир.

Есть много и других подобных сообщений. Дети часто видели, что их ждут родные и всегда только те, кто уже умер. В последние часы своей жизни они никогда не видели, чтобы их встречали еще живущие на земле родственники. Но они могли видеть "там" умерших, например во время автомобильной катастрофы, о смерти которых еще не знали. Кроме родных, они могут видеть других умерших детей, с которыми они играли, ангелов-хранителей, "помощников". Детям это помогает ознакомиться с местом, куда они идут. "Мама, все в порядке папа ждет меня".

У тяжелобольных детей, в возрасте от двух до семи лет, бывают эпизоды выхода души из тела не только при умирании тела, а иногда и раньше, например в полузабытьи и во сне. В одном из медицинских журналов описан следующий случай. Девочка, после нескольких эпизодов выхода из тела, рассказывала, как хорошо было все то, что она видела. Ее маме это не нравилось, "потому что матери не любят, когда их детям другое место нравится больше, чем их дом". Наконец девочка рассказала отцу, как она встретила брата и какой хорошей была их встреча. Кончив рассказ, она добавила: "Только ведь у меня никогда не было брата". Ее отец начал плакать и сказал ей, что у нее действительно был брат, но он умер за три месяца до ее рождения, и они никогда не говорили ей о нем.