Перелом
Шрифт:
Полковник жандармерии Небогатов, ныне командир южного сектора «Полоцкой партизанской республики», посмотрел на карту и постучал карандашом по поверхности стола.
— Похоже, скоро начнут. Сейчас самое время. Снег, почти сошел, зелень еще не началась. Вопрос, какие силы, немцы готовы бросить против нас?
— Двести первая охранная дивизия…
— Это понятно, Иван! Не бином Ньютона. Для этих целей дивизия и создана…
— Возможно прибытие до десяти полицейских батальонов… Некоторое шевеление в штабе 52 немецкой пехотной дивизии. Возможно привлекут их разведбат или батальон фузилеров…
— Или оба…А может и не только 52 дивизию но и 9 пехотную генерала Вельде…?
Кох развел руками и густо покраснел.
— Разрешите мне лично возглавить пешую разведывательную группу ?! Евгений Викторович, прошу!
Небогатов перевел взгляд на начштаб, но тот пожал плечами…
— Нет, штаб-ротмистр, извини, так дело не пойдет…Ты слишком ценный оперативник, чтобы тобой рисковать. Наладь заново работу разведки. Почему провал за провалом…?
— Потому что, контрразведка противника, резко усилила свою деятельность. Причины не понятны пока, но наш сектор уже потерял три разведывательных команды. Погибли опытные пластуны. Качество информации, резко упало. Есть подозрения, что часть наших агентов, захвачена или завербована противником и гонит нам дезу…
Небогатов покачал головой и поправил наброшенный на плечи, крестьянский овчинный полушубок… От земли, еще изрядно сквозило сыростью несмотря на натопленную «буржуйку» и календарную весну.
«Запорю суставы к чертовой матери в этих топях! Уже полтора года в дебрях мыкаюсь, словно леший! Ревматизм, обеспечен!»
Запад России — Минская, Витебская и Могилевские губернии, бывшие земли Великого княжества Литовского, это край малоземелья, лесов и болот. Население во многих хуторах и селах живет так же как жили их предки. Даром что, электричество есть и мотоциклы с тракторами. Россия укрепилась здесь, не более двухсот лет назад, считай только после наполеоновских войн. К немцам, отношение опасливое, но особой злобы, пока нет. В отличии от юго-западных губерний, окрестности Минска наши оставили почти без боя, откатываясь на восток после прорыва фронта под Барановичами. Русские просто ушли, немцы — просто зашли.
Как бы не писали газеты и не голосило телевидение –никакого масштабного партизанского движения в западных губерниях –не было. Костяк партизанских формирований, составляли профессиональные диверсанты из состава жандармерии, военной разведки с небольшими вкрапленьями охотников из числа местных жителей. В той же Литве, широкое движение против германцев, видимо обусловленное исторической памятью, было, но здесь –нет.
Огромная «Партизанская республика», придуманная в военно-просветительском отделе и воспетая на десятках радио и телеканалах, на деле, была очень громоздким и ненужным формированием с низкой эффективностью. Ну скажите, два десятка партизанских отрядов, громко именуемых «бригадами» насчитывали в среднем около тысячи человек. Как прокормить такую ораву людей в бедном, лесисто-болотистом краю? А если к этому прибавить суровую и влажную зиму с снегопадами, метелями и снегом по пояс? Какая мобильность у отряда в тысячу человек? Правильно, практически нулевая. Им бы до весны, ноги не протянуть. От голода и холода… Поэтому командиры «партизанских бригад» были в первую очередь озабоченный реквизициями продовольствия и транспортных средств у местного населения, чем реальными подрывными действиями в тылу группы армий «Центр». Если и были нападения на вражеские гарнизоны, то прежде всего касалось, продуктовых складов…
Однако к началу прошлого лета, часть партизанских бригад, сумели наладить не только поставки продовольствия, но и пополнение своих отрядов за счет
Небогатов, одним из первых, поставил обкладывание реквизициями и конфискациями в счет Действующей армии, естественно, пейзан Борисовского уезда. даже разработал, действенную «систему Небогатова». Сначала определенная деревня обкладывалась «партизанской десятиной», для пропитания бойцов, потом –изымалось, все собранное по требованию германских уполномоченных комиссаров. Это естественно, страшно бесило гауляйтера и в деревню, немедленно отправлялся карательный отряд, для выбивания недоимок…
Карателей, естественно ждали партизаны и после его разгрома, делались фотоотчёты и отправлялись на «Большую землю». Вскоре, слава, о «Первой партизанской бригаде им. Юрия Долгорукого», гремела по всему Западного фронту. А уж после того, как отряд диверсантов из состава «Долгоруковой бригады», во главе с полковником Небогатовым совершил дерзкий рейд, аж под Смоленск и успешно ликвидировал самого генерал-оберста Унгерна, сорвав,по сути очередное генеральное наступление ННА ГДР на Москву — на бригаду обрушился целый поток наград. И главное — Небогатову удалось оборудовать небольшой аэродром среди лесов и озер, способный принимать самолеты даже зимой. Слава о Жене, как о храбром и удачливом партизанском командире, разошлась по всему уезду и даже соседним губерниям и к нему устремился поток охотников из числа вольных и лихих людей. Желающих пощупать ливер немчуре…
Отряд рос и разрастался, ближе к весне, подчинив себе все небольшие, независимые отряды, находящиеся южнее города Лепеля, Небогатов, начал изводить немцев мелкими, но болезненными укусами, нападая на транспортные колонны и участки вспомогательной полиции. Три операции по ликвидации «южного сектора», проведенные немцами с января по март, особых потерь ему не нанесли, да и немцы, не могли толком наступать по глубокому снегу и незамерзшим болотам… Но сейчас, немцы явно что-то задумали…
— Нам нужен язык…Желательно офицер… Наконец заметил Небогатов
— Постараюсь, Евгений Вадимович. Кивнул Кох
— Да вы уж действительно постарайтесь, господин штаб-ротмистр…
Едва начальник разведки вышел, Небогатов повернулся к капитану Жмаеву, своему начальнику штаба и толковому офицеру –десантнику, второй год партизанившему вместе с ним…
— Плохо дело, господин полковник. Достали, видать мы фрицев, то печенок. Значит — чего-то задумали…
Небогатов встал и прошелся по выстеленному досками полу землянки. Под досками, отвратительно хлюпала талая вода, страшно раздражая Женю. Его вообще здесь раздражало, почти все. В первую очередь отсутствие душа, хотя бы полевого, сборного. Приходилось мыться в бадье, поливая себя ковшиком. Как в средневековье. Но не заказывать же разборный душ, в Центральном штабе партизанского движения при Бюро «С»? Это же чистой воды, идиотизм. Хотя его интендант, уверял, что этой весной, они наконец срубят нормальную баню.
— Что бы ты задумал, Олег, на месте фрицев?
Капитан, бросил взгляд на карту и недовольно фыркнул
— Да тут, все на ладони. Все наша «партизанская республика», кишкой тянется от Полоцка до Борисова, считай. Три шоссе и так, разрезают нас на части. Без всяких, ягд-команд. Если по этим шоссе и проселкам- заставы выставить, крепкие, потом густой цепью леса прочесать, да еще при поддержке авиации и артиллерии, то нам –крышка, Евгений Вадимович, без вариантов.
— Укрепления и засеки мы полгода строили, землю рыли. Запас боеприпасов солидный…