Перемены
Шрифт:
– Красиво ты говоришь. А вот когда я ехал пассажиром и видел проводника, то думал «Скорей бы он прошёл мимо», – Ллойд был задумчив. Они спустились на первый этаж.
– Ну, нам ещё форму получать, – Мэтьюз находился в предвкушении, – До завтра?
– До завтра, – Крайн вышел на улицу.
– Ллойд? – Мэтьюз, сделав пару шагов, заметил, что приятель не идёт за ним на склад.
– Утром получить успею, – махнув рукой на все приготовления, тот отправился домой.
Глава 2 –
На следующий день Крайн пришёл в аэропорт пораньше. Утро было тихое и солнечное. Зайдя в кабину «Эска», Крайн обнаружил, что его опередили – на командирском месте сидел Мэтьюз, в фуражке и пиджаке со всеми полагающимися значками и нашивками. Тот не удивился, что Крайн одет как обычно. Первыми словами Мэтьюза были: «О, пришёл. Сфотографируй меня». Он уже приготовил фотоаппарат и теперь передал его приятелю.
– Что ж, – не отказался тот, – Хотя без формы ты выглядишь естественней, – и сделал пару кадров, – Командир на рейс.
– Хоть и на рейс, а приятно, – Мэтьюз забрал аппарат.
– Как бы не запутаться: штурман теперь командир, командир – помощник, помощник – проводник, и ещё штурман объявиться должен, – Крайн сел на место Ллойда.
– Ну, как тебе смотреть на всё глазами Ллойда? – поинтересовался Мэтьюз.
– Непривычно, рычаги – слева. Мэтьюз, на полном серьёзе, мы с Ллойдом должны занять свои места, иначе рейс придётся отменить, – заговорил о деле Крайн.
– Этот рейс не отменяется, потому что не отменяется эксперимент.
– Но ты ведь понимаешь, что вести самолёт должны мы. Полёт – это не шутка.
– А я и не шучу. Твоё поведение не удивляет меня. Я знал, что ты потребуешь освободить место у руля, но я останусь здесь, – не собирался покидать кабину Мэтьюз, – От меня вреда не будет. Я просто положу руки на штурвал, а поведёшь ты. Однажды, я уже сидел так с Ллойдом, в его самолёте.
– Мэтьюз, будь благоразумен.
– Я и так рассуждаю разумно. Для тебя, управлять самолётом одному будет несложно, ты летаешь каждый день. Я же не пытаюсь помешать тебе.
– Мэтьюз, если ты хочешь стать пилотом, могу устроить тебя на курсы, и тебе не придётся ловить случаи залезть в кабину, – предложил Крайн.
– Нет, мне не нужны курсы. Почему ты не хочешь согласиться с сегодняшним порядком? Ведь даже начальник согласен, а он-то знает, что можно, а чего нельзя. У меня появилась возможность почувствовать себя главным, а ты её у меня отбираешь?
– И что ты собираешься делать тут, как главный? Командовать, за какой рычаг потянуть и куда лететь? Нет ведь. Командовать в кабине нет необходимости, а почувствовать себя главным ты можешь и за её пределами.
– По-моему, ты не хочешь понять. Я всегда подчиняюсь кому-то. Мне постоянно приказывают, и я выполняю веленое, хочу того или нет. Я – пешка, а ты нет. Ты сам всеми командуешь,
– Ты говоришь убедительно, – согласился со словами Мэтьюза Крайн, – Но извини, я не могу сделать по-твоему.
– Понятно, – Мэтьюз сделался сердитым. Тут в кабину вошёл Ллойд. На нём была белая рубаха, с приподнятым свободным воротником, и чёрная жилетка: «Дурацкий вид, да? Мне не идут жилетки».
– Да нет, неплохо, – переключился на него Мэтьюз, – Сейчас немного подправим и будет отлично, – он встал с кресла, расстегнул Ллойду ещё одну пуговицу под воротником и слегка растрепал чёлку, чтобы она была более воздушной, – Вид слишком угрюмый. Ну-ка, сделай нормальное лицо… то есть такое, как обычно.
Ллойд попытался, но мало что изменилось.
– Взгляд какой-то тяжёлый. Ну-ка, повеселее, – велел Мэтьюз.
– Да как тут повеселее? Может, останемся каждый на своём месте, как прежде? – предложил Ллойд.
– Вот и я ему о том же, – подхватил Крайн, – Но он упирается.
– Между прочим, мне обидно. Я буду находиться там, где мне положено, – Мэтьюз сел обратно, в командирское кресло. В самолёт поднялся, по всей видимости, штурман на этот рейс, невысокий светловолосый: «Простите, кто командир?» – обратился он ко всем троим.
– Я, – одновременно ответили ему Крайн и Мэтьюз.
– Я, – повторил второй.
– Меня к вам штурманом прислали, – вошедший подал ему документ. Мэтьюз не знал, как отличить поддельный от настоящего, но внимательно, хотя и быстро, прочитал всё, что там написано: «Держи. Работай», – вернул он корочки. Штурман удалился.
– Крайн, давай, будем считать, что у нас – два командира, – предложил Мэтьюз, нервно трепля подлокотник.
– Один всё равно должен быть главнее, – Крайн имел в виду, понятное дело, себя.
– Хорошо. Значит, я буду командиром, а ты – моим заместителем, ассистентом. Ты и так сегодня являешься помощником командира, это одно и то же. Чего упираться? – не уступал Мэтьюз.
– Ладно, хочешь командовать – командуй, но не сидя здесь.
– Подожди, – Мэтьюз переключился на Ллойда, – Ллойд, пассажиры идут. Иди, встречай.
– Сам иди, – не хотел тот, – Ты у нас – полупроводник. Крайн, скажи ему.
Крайн хотел поддержать товарища, но Мэтьюз пресёк эту попытку: «Не надо прикрываться Крайном. Ллойд, немедленно иди и прими билеты», – велел он. Ллойд старался не смотреть на Мэтьюза: «Это не моя работа. Ещё напринимаю не того. Давайте уже, прекратим этот балаган».
– Но ты же подготовился. Ступай, – не дождавшись нужных действий, Мэтьюз перешёл к угрозам, – Я сообщу начальнику о всех нарушениях. Отказ выполнять приказы командира экипажа, отказ выполнять свои рабочие обязанности, срыв эксперимента – это очень серьёзные нарушения.