Переплести судьбу

Гусина Дарья

— Как не вовремя, — с досадой сказал Аманиэль, дергая скулой. — Откуда ты только взялся на мою голову?

Это тоже прозвучало… очень по-человечески. Я поняла, чего мы ждём, когда мост и все внизу заволокло плотным зеленоватым туманом. Эр Капаида пропал из вида, были слышны лишь его недоумевающие возгласы. Здесь, в окрестностях замка Коэд, к северу от Хребта, туманы были частым явлением. Однако через несколько минут у меня под ногами колыхался плотный зеленоватый кисель, а обитатели замка внизу, озабоченно перекрикиваясь, тревожно делились своими предположениями о происхождении

тумана.

— А вот это уже я, — хищно улыбнулся Аманиэль.

Идти по мосту из стеблей вьюнка было не так уж страшно. Человек ко всему привыкает. В нашем мире люди влезали на небеса по бобовым стеблям и побегам роз, правда, лишь в сказках. Мост плавно опустил нас на землю уже в Лесу. Затем творение Аманиэля пожухло, словно на морозе, потемнело и рассыпалось прямо в воздухе. Экологичненько. Я выпустила из пальцев рукав Повелителя, за который дерзко и отчаянно цеплялась во время перехода по тропе, и огляделась. Лес как лес.

Повелитель двинулся по широкой тропе, уходящей под густые кроны, жестом предложив последовать за ним. Мы шли довольно долго. Лес был тих, даже птицы не пели, лишь шуршала на ветерке листва. Мы оказались на небольшой поляне, заросшей ковром из незабудок. Солнце золотом проливалось между стволов и ветвей огромных, в несколько охватов деревьев. Свет слепил, я поморгала. То ли из-за дубов, то ли прямо из их стволов вышли длинноволосые рыжие и кудрявые девушки в темно-коричневых одеяниях. Несколько девиц направилось к Аманиэлю, двое подошли ко мне. Одна из них вопросительно потянула за воротник моего вышитого верхнего платья.

— Нет, — я протестующе отвела ее руку. Под верхней накидкой у меня были только тонкая рубашка-камиза, та самая, с рисунками, и местные аналоги нижнего белья: плотная короткая кофточка и что-то вроде длинных шортов на завязках.

— Ты не можешь войти глубоко в Лес в одежде, украшенной вашими вышивальщицами, — объяснил Повелитель, принимая из рук одной из девушек высокий кубок. — В вышивке, посвященной вашим богам, присутствует магия, чуждая Лесу. Ты сама знаешь, что я не смог коснуться своим волшебством Воина Реки из-за узора на его ленте. Ты постаралась?

Я молча кивнула.

— Сними это. Здесь тебе некого стесняться. Мы, альвы, не ханжи и спокойно относимся к наготе. Ты красива, Странница, тебе нечего скрывать.

Я подумала и позволила девицам стянуть с себя верхнее платье, оставшись в нижнем. В своем мире я носила вещи и пооткровеннее, часто довольно эпатажные, чем немало злила Артема. (Интересно, как Илэль отнесется к татуировке у меня на запястье. Надеюсь, она ей понравится, это все-таки дракон). Однако очутившись в нижней рубашке, я ощутила недвусмысленный взгляд Аманиэля и снова испугалась его воздействия на меня. Ему запретили пользоваться чарами, но сейчас он на своей территории.

Раздев меня, девушки исчезли среди стволов. Аманиэль осушил свой кубок и пояснил:

— Жажда. Мы быстро теряем силы там, где царит ваша магия. Вода восстанавливает баланс. Повернись. Не прячься от моего взгляда.

Я вздрогнула и повернулась, гордо подняв подбородок. Аманиэль подошел так близко, что я почувствовала его дыхание на своих волосах.

— Боишься?

Нет? Храбрая девочка. Отправиться в Лес, положившись на слово альва… это было неблагоразумно.

Повелитель вытянул руку над травой. Повинуясь его жесту, между травяным покровом и озерцами незабудок потянулись вверх стебли вьюнка, похожего на тот, что был в галерее с барельефами, но… другого. Алые цветы на нем были более крупными и тревожно блестящими, словно смоченными кровью. Бутоны срывались с побегов и всасывались в руку Верховного альва.

— Моя кровь, предложенная в качестве подтверждения клятвы в замке Коэд. Еще несколько мгновений, и я соберу ее всю, каплю за каплей. Почему люди считают, что то, что проросло в одном месте, не может вновь уйти в землю и оказаться в другом?

Время шло, и выражение лица Аманиэля становилось все более напряженным и немного встревоженным. Он выдохнул, когда в поле моего зрения не осталось ни одного кроваво-красного цветка.

— Ты обманул их всех, — сказала я, покачав головой. — Их законы тебе не писаны.

— Верно, Странница. Клятвы больше нет. Я могу делать все, что мне вздумается, например, оставить тебя здесь, сделав своей наложницей. Ты не сможешь выйти из Леса, просто не найдешь дорогу. Ну а как ты чувствуешь себя теперь, Расплетающая?

— Я не боюсь, — сказала я твердо. — Стать твоей наложницей? Вряд ли, ведь тебе тоже нужен Обряд разделения и преумножения магии.

Аманиэль тихонько засмеялся и положил ладонь на мое плечо. Ткань рубашки словно сама собой поползла вниз.

— Я ведь волную тебя и так, принцесса, даже не пользуясь чарами. Расслабься, Странница, отпусти себя на волю. Ты ведь когда-то почти потеряла это, удовольствие от обладания здоровым и полным желаний телом. Жаль, что я не могу отвести тебя сегодня в свой город. Это слишком далеко для ног краткоживущей, даже для таких легких и красивых ножек. Но я могу показать тебе Зеркальные Озера, Туманную Рощу, Пещеру Фей и многое другое. Идем.

Я повернулась к Повелителю и заглянула в его смеющиеся глаза.

— А потом? Потом ты меня отпустишь?

— Разумеется, принцесса. Я не стану тебя удерживать и даже приму участие в следующем туре отбора. Ты и так станешь моей, уже скоро.

— Болит? — спросила я, заметив, что Аманиэль сжимает и разжимает кулак, прижимая к животу руку, в которую собрал кровь из бутонов.

— Рана немного ноет, — процедил Повелитель. — Ты ведь помнишь, как несовместимы людская и лесная магия. Моя кровь сейчас заражена вашим волшебством, я расплачиваюсь за свою уступчивость. Не обращай внимания.

Наша прогулка продолжилась. Из многочисленных чудес Леса первым на нашем пути стала Туманная Роща. Тропа, по которой мы шли, нырнула между деревьев, в густой зеленоватый туман, похожий на тот, что скрыл от обитателей замка Коэд наше бегство по мосту.

— Иди первой, не бойся, — сказал мне Аманиэль. — Я рядом.

— Зачем?

— Иного пути нет.

— Я бы предпочла вернуться. Мне не по себе.

— Ты же хочешь знать, кто ты. Есть и вторая часть пророчества.

— Я даже первую не поняла. Знаю, там что-то про величие…