Перерождение
Шрифт:
— Я только тебя сопровождаю, делай, как считаешь нужным, — и пристегнул ремень безопасности.
Двигатель тихо заурчал под капотом, джип медленно выехал за ворота усадьбы.
Я, наконец, свернул с проселочной дороги на шоссе, сразу ощутил всю прелесть большой трассы. Руки перестали судорожно крутить руль, расслабились. Я задумался о дальнейшей судьбе Кирилла. Чем он будет заниматься после того, как все решиться со мной. Где он собирается жить.
Я разговаривал по этому поводу с Лесавой. Она мне ответила, что об этом нужно будет разговаривать с наследником.
Не могу сказать, что я был очень уж удивлен, но решил прояснить ситуацию.
— Лесава, а как быть с законом? Вдруг объявиться настоящий наследник, если такой есть. Или государство приватизирует дом себе, в отсутствии таковых.
— Не беспокойся. На этот случай есть адвокат, а у него завещание в котором ты являешься наследником усадьбы.
— Это, каким образом? — ошарашено спросил я.
— Значит то, что лешие, ведьмы и домовые существуют. Тебя не удивляет, а твое имя в завещании удивляет?
Я смутился. Действительно, что тут странного, если в завещании окажется мое имя. Магия — это просто магия.
— Кирилл, ты не хочешь остаться жить в усадьбе? — спросил я друга. — Так получилось, что я оказался наследником дома. Я был бы рад, если ты примешь мое предложение.
Кирилл посмотрел на меня и смущенно ответил:
— Как-то неудобно.
— Неудобно штаны через голову одевать, — я перешел в наступление. — Мест в доме много, всем хватит. Лесаве и Порфирию, ты нравишься. Опять же лес рядом. Ну что скажешь?
— Я не против. Спасибо за предложение.
— Вот и хорошо, — обрадовался решению еще одной проблемы.
За неспешными разговорами и под спокойную музыку, дорога до города пролетела незаметно. По пути заехали на заправку, где я залил полный бак. Припарковав машину чуть поодаль, чтобы не мешать проезду, я позвонил Славе.
— Слав, привет как ты?
— Все нормально. Арон, я сейчас в аэропорту, вылетаю в Москву по срочному делу. Сам только, что хотел позвонить тебе. Предупредить, что на пару дней исчезну из Новосибирска. Возможно, получиться что-нибудь узнать о местонахождении Архонтов. Все, бывайте, посадку объявили. Кириллу привет, — попрощался Слава.
— Тебе привет от Славы, — передал я просьбу друга.
— А где он? Я думал, мы встретимся сегодня, — удивился Кирилл.
— В Москву улетает по срочному делу. Говорит, что через пару дней вернется. Еще сказал, что возможно узнает информацию по моей проблеме.
— Вот видишь, я же говорил, все получиться. Рано ты себя хоронишь, — обрадовался Кирилл. — Теперь можно спокойно ехать к твоему бухгалтеру.
— Поехали, — согласился я, вливаясь в поток разномастных машин.
Интерлюдия.
— Мы решили проблему с ведьмами, Смирнов остался жив, — мастер кромешников докладывал о проделанной работе. — Что нам дальше делать? Какие будут указания? Захватить его и доставить вам?
— Нет, захватывать никого не будем. Планы меняются. Я сам займусь этим делом. Не хочу опять, выслушивать
Глава 24
Сегодня последний день моей жизни. Завтра настает Вальпургиева ночь, а хороших для меня вестей нет. Ни леший, ни Милена не смогли отыскать Архонтов. И даже Слава пропал, улетев в свою Москву. Мобильный телефон друга был не доступен.
Я лежал в своей комнате и бездумно смотрел в потолок. Сегодня мы с Кириллом вернулись в усадьбу.
Прошло три дня как мы покинули наш дом. За это время я успел закончить все свои дела. Встретился с Нели Юрьевной. Рассказал ей отредактированную версию произошедших со мной событий. Предупредил, что я уеду из города на некоторое время. Мы договорились, что на время моего отсутствия, она станет управляющим с соответствующим правом подписи. Приказ я подпишу завтра утром, перед отъездом в Томск.
Ночевать остались у нее. Мы засиделись допоздна, поминали Женю со Светой. Под действием спиртного Неля Юрьевна размякла, много плакала, не стесняясь Кирилла. Она хотела выговориться, выплеснуть свою боль родному человеку. Мы с Женькой давно стали для нее семьей, заменив погибшего сына. И смерть одного из нас стала для нее еще одной страшной потерей и потрясением. Именно поэтому я не стал говорить ей о своей возможной смерти.
На следующее утро заехали в офис. Я подписал бумаги, попрощался и направился с Кириллом к родителям в Томск.
Томск — сибирские Афины. Столица студентов, город безудержного веселья, пьянок, случайного секса и несбывшихся мечтаний. Его окружала особая аура, присущая только тем местам, где собиралось огромное количество молодых людей. Она была пронизана страстью юношеского максимализма, омыта слезами разбившейся любви, звенела отголосками двоечников, призывающих халяву на время сессий, пьянила выхлопами перегара, возбуждала страстными стонами пытающимися быстрее повзрослеть вчерашних школьников.
В конце августа жизнь в городе буквально вскипала, начинала бурлить на каждом шагу. Пиво лилось пенной рекой. В глазах рябило от приезжающих в первый раз абитуриентов. Их сразу можно было узнать по растерянному взгляду или по излишней браваде.