Переселенцы

Лазарева Элеонора

— Внимание! — вновь понеслась команда по кораблю голосом Командира. — Мы взлетаем!

Загудели двигатели и челнок начал взлет. Он шел на пределе сил, и грохот огня, вырывавших из дюз был слышен даже на капитанском мостике. На приборах потихоньку менялись цифры, и было видно, что высота приближается

к пяти тысячам километров. Планетолет еле боролся и с притяжением и самим собой, будто кто-то или что-то давило сверху и не давало им подняться выше. Тем более что видимости никакой, всё та же субстанция и те же молнии, бьющие по корпусу корабля, которые не наблюдались при заходе на посадку. Тут челнок сильно тряхнуло, потом еще раз, и еще. Кто не сидел и не успел зацепиться, те попадали, со стонами и криками. Теперь уже весь корабль трясло, как при лихорадке. Зубы колонистов щелкали в такт тряски, стены ходили ходуном, и казалось, что вот-вот корабль развалится на кусочки. Лампы мигали, и появившийся звук тревоги пришлось тут же отключить, чтобы не пугать колонистов.

— Двигатели не могут вытянуть корабль! — послышался крик механиков из машинного отделения. — Топливо уходит со скоростью вникуда!

— Что будем делать, командир? — спросил борт-инженер, и все обратили взгляды на Сокола-старшего. — Вновь садиться? Тогда уж совсем не взлетим, мало топлива. Сейчас же просто висим в воздухе. Что-то мешает движению, а что не знаем.

Командир стоял и думал. Ему было страшно и непонятно, но от него зависели все, кто сейчас находился в этом челноке. Тут он вполне ощутил ту самую ответственность, которую когда испытывал и его прапрадед, когда вылетела корабль-матка из подпространства и он увидел картину ужаса и разрушения. Здесь же у его праправнука была по всему похожая

ситуация — надо было спасать людей.

— Мы идем на вынужденную посадку, — сказал он четко и строго.

Вся команда тут же повернулась к своим пультам и занялась работой, переговариваясь со своими службами по микрофонам. Корабль вновь тряхнуло и он начал снижаться туда же, где стоял прежде. Но время шло, а на мониторах все не показывалось место приземления. А вскоре образовалась пустота и померкли даже экраны. Тут же затихли двигатели, как по мановению волшебной палочки. Казалось, что вновь корабль повис в воздухе.

— Что случилось? — отчаянно закричал Тим. — Мы падаем?

Сокол-старший вцепился побелевшими пальцами в подлокотники кресла.

Он сам не понимал, что происходит, да и никто не это время не понимал. Ситуация была патовой. Оставалось только ждать и все замерли и приготовились к неизбежному.

Прошло немного времени, корабль дернулся, и завелись двигатели, Он как-будто встрепенулся и начал подъем уже без работы людей, сам по себе. На мостике растерялись и только вглядывались вперед, надеясь разглядеть, что же там впереди.

Вскоре корабль пробил плотную завесу и вылетел в голубое небо. Солнце светило прямо в окна кабины и загудели мониторы, включаясь один за другим. В рациях раздался странный гул, потом щелчки и потом послышались … человеческие голоса!

— Говорит ЦУП Байконура! Говорит ЦУП Байконура! Ответьте земле! Кто вы?

— Что это? — тихо сказала Светлана, поворачиваясь от монитора к своей остолбеневшей команде.

— Это Земля! — раздался в тишине голос Искина. — Мы вернулись!

К о н е ц