Переводчик
Шрифт:
– Куда? – обратил внимание дежурный на Костю, точнее, на букет.
– Со мной, – избавила его от ответа Кристина.
– Хорошо.
Костя взбежал по ступенькам и ждал Кристину уже наверху.
– Гля, рванул. Может, меня подождешь или я все уже свободна?
– Нет, нет, пожалуйста, прошу!
– Ладно. Куда дальше?
– Туда!
В коридоре полным-полно народу. Сидят и стоят вдоль стенки под кабинетами.
– Ну и где? Справа, слева?
– Здесь. Слева, – и он указал на уже знакомую деверь.
– Что стоим,
– Как чего? Что вот так сразу?
– А ты предлагаешь до ночи здесь сидеть? Лично у меня еще дел полно.
– Я так сразу не могу, давай немного посидим, умоляю!
– Хорошо, но учти, у меня есть желание попасть в офис до окончания рабочего дня.
– Я понял, понял.
– И?
– Я же не знаю внутри она или нет, может, на заседании.
– Могу узнать.
– Нет, подожди, не надо! Не сейчас! – подскочил Костя, останавливая Кристину и усаживая ее на место.
– А когда?
Из приемной вышла секретарь, отдала мужчине какую-то бумагу и скрылась за дверью.
– Вот это ее помощница! Натальи Константиновны!
– А, так тем более сейчас спрошу.
– Не надо, не спрашивай! Подожди!
– Да чего ждать-то, у моря погоды? Раз помощница на месте, то и твоя Наталья Константиновна скорее всего тоже там. Как фамилия?
– Романцева.
Костя почти уже был готов войти, как его опередил какой-то лысый тип лет сорока, наутюженный до стрелок. Зашел, как к себе домой. Дверь приоткрыта.
– Смотри, все нормальные люди заходят и спрашивают.
В коридор снова вышла помощница, кажется, Вика, так к ней обращалась Наталья Константиновна. Спросила, кто на два часа. К ней сразу же подошли, она объявила номер зала, и все отправились туда. Костя умостился рядом с Кристиной.
– Ты чего?
– Ничего. Сейчас Наталья Константиновна будет проходить.
– В смысле? И что? Нам это как поможет?
В коридоре со стороны кабинета Натальи Романцевой стало пусто. Кристине позвонили, а Косте сложно было усидеть на месте. Он начал мерить шагами коридор и даже вышел на лестничную площадку.
– Что ты мечешься, как раненный кабан? Сто раз уже мог зайти, – Кристина выключила мобильный.
– Разве так можно? Вдруг она чем-то занята?
– Она все время чем-то занята. Она судья!
– Вот именно! Прячься, – и он отдал цветы Кристине.
– Ты шутишь?
– Нет, я серьезно, нельзя, чтобы Наталья Константиновна видела сейчас цветы.
– Это еще почему?
– Не знаю почему, нельзя и все! Я потом, на обратном пути, когда она будет возвращаться.
– А вот потом к ней будет нельзя, она будет принимать решение.
– Я в курсе, я подожду. Стой, стихотворение где?
– Надеюсь, ты ей его не собираешься декламировать в коридоре?
– Нет, я вообще его не собираюсь декламировать, – дрожащими руками Костя вынул из кармана лист бумаги в файлике, расправил. – Ты права, наверное, долго будет. Ты хотела идти, иди.
– Нет, я уже хочу
Наталья Романцева появилась в тот самый момент, когда Костя изо всех сил за руки тянул Кристину с букетом к лестнице. Кристина заметила первая, стала серьезной и перестала сопротивляться. Костя стоял спиной, затем обернулся. Прижался к стене. Наталья Константиновна сосредоточена, по сторонам не смотрит. Прошла мимо. Выбегает за ней на лестничную клетку.
– Простите, а я… Вы… Вы меня помните? – успел адресовать ей свой вопрос Костя уже на втором лестничном пролете.
– Конечно, помню, – она приостановилась, посмотрела на него. – Простите, меня ждут.
Кристина над Костей больше не подшучивала. Сказала, что как-то видела ее, когда приходила по делам в соседний кабинет.
– Теперь я хоть знаю, зачем пять лет учил турецкий.
– И зачем?
– Чтобы встретить ее, чтобы однажды попасть в это здание.
– Тогда уж на юрфак нужно было поступать, – смеется Кристина, – а то сложный какой-то путь. Ладно, нужно бежать, думаю, ты справишься.
– Теперь точно справлюсь. Не сдвинусь с места, если нужно, просижу здесь до утра.
Но сидеть до утра не понадобилось. Наталья Константиновна вскоре вернулась. Костя постучал. Помощница приветливо улыбнулась, вошла в кабинет и объявила: «К Вам переводчик».
Костя оказался у Натальи Константиновны в кабинете. Она встала из-за стола и облокотилась на подоконник. С букетом он продолжал стоять у двери.
– А это Вам, – спохватился Костя и как-то неумело положил цветы ей на стол.
«Лучше было бы дать в руки», – подумал он, но момент упущен. Смелости не хватило. Он стоял перед ней и, словно в чем-то провинившись, смотрел в пол. Он позабыл все слова, которые собирался произнести. «Переводчики с языком работают, все время говорят, разговорчивые значит, не то что я», – пронеслось у него в голове. Он вспомнил про стихотворение и снова подошел к столу. Положил рядом с цветами.
– Что это?
– Тоже Вам. Случайно написалось. Вообще я не… не то чтобы… – он снова отошел к двери.
Наталья Романцева пробежала по написанному глазами, затем подняла их на парня. В дверь постучали. Задерживать Наталью Константиновну больше нельзя, ведь дел у нее невпроворот.
– Можно Ваш мейл? – будто со стороны услышал Костя свой собственный голос. Говорить этого он не собирался.
Наталья Романцева подошла к столу, взяла ручку и на листике для заметок что-то написала, после чего протянула ему. Вот так просто! Он взял, попрощался и вышел из кабинета. В коридоре за это время людей стало еще больше. А ведь он пробыл там всего несколько минут. На лестнице он остановился. На небольшом квадратном розового цвета листике значились латинские буквы и цифры. «Неужели так бывает?! – думал он, выходя из здания суда. – Сколько еще людей выходили отсюда столь же счастливыми?»