Переводчик
Шрифт:
– На первый взгляд, - сказал Гэзер. Ройфуллери, - они кажутся воинственными. Они не только атакуют наши базы, например, Ашкар, но и ведут гражданские войны. Признаться, в данных условиях это похоже на исключительную способность наживать себе неприятности.
Синворет кивнул.
– Может, это психология стада, однако ты должен согласиться, что отдельные личности настроены миролюбиво. Ни во дворце, ни в Городе неприятностей нет. Тоулер, как мы знаем, даже слишком спокоен.
– Вы относитесь к ним, как к жертвам, а я думаю о них, как о существах потенциально
– Возможно, как и оса.
– Тот, с кем вы разговаривали на улице сразу по приезде, выглядел настроенным миролюбиво.
– Я думал об этом разговоре, несколько раз повторял его себе. Он какой-то ненастоящий. Странно уже то, что это существо появилось так неожиданно. Если - а я считаю, что это большое "если" - Пар-Хаворлем настоящий диктатор, это существо могло быть агентом его тайной полиции.
– Маловероятно. Нет никаких доказательств существования тайной полиции. Как вам известно, наш секретарь проверил и не нашел обычных для этого случая фактов.
– Возможно. И все-таки вероятность этого существует. Нам нужно больше данных, Ройфуллери. Я хочу, чтобы ты пошел со мной и присутствовал при разговоре с другими двуногими. Я хочу, чтобы ты сам понаблюдал и проверил. Посмотрим, не покачнется ли твоя вера в Губернатора.
– Сейчас, господин? Уже поздно.
– Надеюсь, ты не устал, Гэзер?
Нул из ДПК встал, и они с Синворетом надели скафандры. Они забрали по пути Роггбола, охрану и вышли все вместе через боковые ворота, как и в прошлый раз. Партассианцы возвращались в свои дома с работы или из магазинов или посещали кафе. Земляне тоже расходились по домам, причем бросалось в глаза отсутствие веселья. Впрочем, нулы и не знали, что такое веселье.
В это время дня улицы Города были, пожалуй, переполнены.
Идя за несколькими землянами, живущими в Городе, трое нулов оказались в туземном районе. Здесь не было ни одного представителя их вида. В этих узких улочках с маленькими магазинами и словно скорчившимися жилыми зданиями со шрамами воздушных шлюзов, все трое почувствовали себя туристами. Вот она - местная экзотика! Здесь живут существа, которые дышат разреженным кислородом - странным газом со слишком большой химической активностью, словно он реагировал так же эмоционально, как и создания, от него зависящие. Трудно было воспринимать двуногах иначе, чем зрелище, существующее для развлечения сынов Партассы! Впрочем, разве могла быть иная цель у всей Вселенной? Разве Троица не сотворила нулов по своему образу и подобию?
Подписывающий тоскливо вздохнул, вспомнив молодые годы на Старье.
Большинство землян далеко обходили чужаков, и лишь один прошел мимо и при этом поклонился.
– Послушай, ты знаешь партассианский?
– спросил Синворет.
– Разумеется, - ответил человек.
– Я Второй Смазчик на Складах Внешней Торговли. Эта должность требует знания вашего языка.
– В таком случае мы можем с тобой поговорить?
– Я к вашим услугам.
Подписывающий и иул из ДПК переглянулись - вот еще один землянин, любящий
– Мы путешественники с Партассы и можем провести на вашей планете всего несколько дней, - объяснил Синворет.
– Нам нужна информация из первых рук о жизни здесь. Можем мы где-нибудь поговорить?
Землянин заколебался.
– Я живу недалеко, - сказал он.
– У меня всего одна небольшая комната, но в ней поместятся двое или трое из вас. Раз уж на вас скафандры, можно пойти туда.
Они согласились и двинулись за ним следом. У шлюза здания они плотно закрыли шлемы скафандров; Рагтбол оставался снаружи, а его начальники вошли.
Внутри жилище производило удручающее впечатление. Не было никаких украшений, а необходимость удерживать воздух приводила к сокращению площадей окон до минимума. Похожий на барак нижний холл являлся чем-то вроде зала для отдыха, а остальную часть здания занимали коридоры, лестницы и комнаты. Партасснанцы с трудом справлялись с лестницами, а все двуногие исчезли, завидев их. Наконец все добрались до комнаты 3888, землянин вынул ключ и открыл дверь.
Внутри двум партассианцам пришлось сесть на пол, при том гребни их почти касались потолка. Второй Смазчик уселся между ними, он был очень бледен, пот выступал на его лбу и тек по щекам.
– Ты очень гостеприимен, - сказал Ройфуллерн, раздраженный этой демонстрацией переживаний.
– Полагаю, ты дружески относишься к нашей расе.
– Да, действительно, я уважаю вас, - ответил человек, вытирая лицо.
– Когда я заболел раком горла, ваши врачи спасли мне жизнь. Да, да, я уважаю вас.
– И все же, кажется, ты боишься нас, - заметил Синворет.
– А может, это болезнь заставляет тебя потеть так сильно?
Второй Смазчик проглотил слюну. Чтобы выиграть время, он вынул из кармана афрохал и дрожащими пальцами закурил.
– Вы огромны, - сказал он.
– Ты считаешь, мы можем причинить тебе вред?
– Я... я еще не совсем здоров.
– В таком случае почему ты куришь?
– спросил Синворет, указывая на афрохал.
Второй смазчик беспомощно оглядывался.
– Привычка, - сказал он.
– Дурная привычка. Я всего лишь Работник Третьего Уровня...
Ройфуллери ухватился за эту тему.
– У всех нас есть какие-то дурные привычки. Партассианцы, как ты знаешь, курят сульфеты. Все разумные формы жизни похожи друг на друга, несмотря на различный внешний вид. Но, вероятно, вас утомило наше правление на Земле?
– Нет, Господин, нисколько. Мы, двуногие, восхищаемся вами за установление мира во всей Галактике.
– Ха!
– воскликнул Синворет.
Это существо говорило так же, как туземец, с которым он говорил на улице. Синворет не мог понять, почему представитель своеобразной культуры 5Ц, к тому же Работник Третьего Уровня, мог думать о себе таким образом? Что он мог знать и как мог его касаться мир Галактики? Сама фраза "мы, двуногие" противоречила врожденному эгоцентризму такой культуры. Он вновь заподозрил, что это существо подставлено, и заколебался лишь на мгновение.