Переворот
Шрифт:
– Доложите о прибытии гостя, – бесстрастно проговорил темноволосый капитан. – Герцог Менский будет очень обрадован.
– И кому же оказаны такие почести? – иронично вымолвил Браун.
Из тени вынырнула изящная женская фигура в длинном голубом платье. Надменно вздернув подбородок, Николь жестко сказала:
– Мне!
Стив в ужасе отпрянул назад. Несчастный унимиец едва не потерял сознание. Распорядитель словно увидел приведение. Растерянно хлопая глазами, мужчина медленно пятился к двери. Терпение девушки иссякло, и она гневно произнесла:
– Поживее!
– Да, да, конечно, – пролепетал
Стив развернулся, поправил ливрею и двинулся в зал. Сделав музыкантам соответствующий жест, распорядитель дождался тишины и громко выкрикнул:
– Принцесса Николь!
Взорви Браун во дворце бомбу, эффект был бы куда меньше. Толпа дворян удивленно застыла. Уж не спятил ли придворный? Альберт вскочил с трона, не веря собственным ушам. В тот же миг в зал, печатая шаг, вступил отряд гвардейцев. Знатные гости испуганно жались к стенам. События приобретали драматический характер. Графы, маркизы, бароны потянулись к эфесам мечей. Все прекрасно понимали, чем должен закончиться визит законной престолонаследницы.
Солдаты остановились в десяти метрах от трона. Не спеша, с достоинством во дворец вошла принцесса. Гордо поднятая голова, яркий румянец на щеках, чуть подрагивающие пальцы и горящий яростью взгляд. Девушка с трудом сдерживала эмоции. Ей не терпелось выплеснуть накопившуюся ненависть, но этикет не позволял. Надо сохранить торжественность момента.
– Племянница, – попытался изобразить радость правитель.
Даже посторонний человек определил бы фальшь в словах герцога. Без сомнения Альберт напуган. Подобного подарка к празднику он явно не ожидал. Владыка судорожно придумывал следующую фразу, но Николь его опередила. Выставив вперед левую ногу, принцесса отчетливо проговорила:
– Герцог Альберт! Вы обвиняетесь в убийстве моего отца и самовольном захвате власти. Есть свидетели, которых полковник Стонж не успел уничтожить. Герцог Альберт! Вы обвиняетесь в покушении на наследницу престола. Маршрут эскорта планировался так, чтобы я никогда не добралась до Оклана. Герцог Альберт! Вы обвиняетесь в измене. Репрессии против дворян и простого народа едва не привели государство к гибели. Каждого из этих пунктов хватит для смертной казни. Но я великодушна. Как мать законного правителя Мендона объявляю вас низложенным. Место ссылки будет установлено позже.
Несколько секунд в зале царило гробовое молчание. Слышалось только учащенное дыхание женщин и нервное шарканье мужчин. Унимийцы внимательно смотрели на герцога. Хватит ли смелости Альберту принять вызов Николь. Правителю же пауза была нужна, чтобы оценить свои шансы. Дворцовая стража малочисленна и наверняка продажна. Солдаты вряд ли захотят умирать за герцога.
Совсем другое дело – знать. Ее власть, богатство, положение зависят исключительно от Альберта. Именно он не дает аланцам изменить местное общество. Сколько в зале дворян? Человек двести. Если его поддержит хотя бы половина, гвардейцам не устоять.
Правитель расправил плечи, снисходительно усмехнулся и сказал:
– Дорогая принцесса, вы слишком долго скитались по чужим краям и, видимо, забыли, с кем имеете дело. Я даже не стану оправдываться. Герцогство Менское принадлежит мне! У ваших действий одно название – мятеж. Виновные должны быть казнены немедленно. И я не проявлю милосердия. Господа, призываю вас уничтожить
Надо отдать должное герцогу, он первым обнажил клинок и бросился на изменников. Увлечь аристократов можно было только личным примером. Надежды Альберта полностью оправдались. Вслед за ним гвардейцев атаковали дворяне. Разгорелась отчаянная схватка. Правитель не учел одного – за спиной Николь стояла не маленькая горстка военных, а могущественная цивилизация.
Вместе со звоном мечей во дворец ворвался отряд тасконцев. Шквальный огонь из автоматов буквально выкашивал унимийцев. Грохот выстрелов усиливался акустикой зала и оказывал на присутствующих мощное психологическое воздействие. Женщины безумно кричали и падали на пол от страха. Вскоре подоспело подкрепление из числа бойцов кавалерийского полка.
Сопротивление знати постепенно угасало. На полу лежало около семидесяти мертвых тел. Алая кровь безнадежно залила белый мрамор. Уцелевшие гвардейцы плотным кольцом окружили принцессу. Самооблададание девушки поражало. За время боя Николь не сдвинулась с места ни на шаг и ни разу не пригнулась. Лишь неестественная белизна ее лица выдавала внутреннее напряжение принцессы.
Уловив паузу в сражении, девушка подняла вверх правую руку и громко воскликнула:
– Остановитесь! Всем, кто сложит оружие, я дарую прощение. Им будет сохранен титул и часть имущества, необходимая для проживания.
Учитывая, что герцог в рядах дворян отсутствовал. Николь поступила правильно. Где-то слышались мольбы и причитания женщин. Спустя несколько секунд раздался звон падающих мечей. В конце концов, унимийцы сдавались наследнице престола. Если у нее действительно есть сын, то принцесса закон не нарушила. Древние традиции соблюдены.
– Где Альберт? – жестко спросила девушка.
– На том свете, – произнес знакомый голос. Николь обернулась и встретилась глазами с Тино.
Самурай возник словно из-под земли. Аято улыбнулся и спокойно пояснил:
– В любом сражении главное быстро убрать лидера врагов. Это сразу нарушает управление войсками и деморализует армию. Герцог был у меня на мушке с самого начала драки. Мерзавец не успел нанести ни одного удара.
Слова японца тотчас подтвердились. Под телами двух убитых дворян гвардейцы обнаружили труп герцога. Пальцы сжимают рукоять меча, рот открыт в предсмертном крике, а в сердце пулевое отверстие. С расстояния в сто метров самурай никогда не промахивался.
– Спасибо, Тино, – облегченно выдохнула принцесса.
Через три дня Николь публично заявила, что уезжает из страны. На время своего отсутствия все властные полномочия она передала графу Эстексу. Личность довольно известная и популярная в Мендоне. Справедлив, щедр, покровительствует учебным заведениям. Никому и в голову не могло прийти, что дворянин является штатным сотрудником тасконской разведки. Теперь проблем с ассимиляцией больше не будет.
Аланские наблюдатели наверняка доложили командованию о мятеже. Для них кровавая драма во дворце стала очередным доказательством дикости местного населения. Ничего не поделаешь – монархия предусматривает заговоры и перевороты. Из города на юг потянулись повозки с опальными баронами и маркизами. На передней сидел Эдуард, двоюродный брат свергнутого герцога.