Переворот
Шрифт:
Преодолев метров четыреста, Храбров увидел впереди огромную полукруглую площадь, левая половина которой служила транспортной магистралью, а правая принадлежала пешеходам. В самом центре возвышался памятник генералу Крэсту. Сто пятьдесят лет назад в честь офицера благодарные потомки назвали проспект.
Согласно официальной версии он добровольно передал Алану унимийский космический корабль. В результате взрыва судно было серьезно повреждено, но это не помешало местным ученым создать на его основе собственный звездный флот. Великий Координатор провозгласил Крэста героем.
Без сомнения, история либо вымышлена, либо сильно приукрашена. Скорее
Олесь обогнул узорчатую клумбу с цветами и направился к ближайшему кафе. Под ярко-красным навесом располагалась небольшая стойка и два десятка пластиковых столов. Типичное чанкокское заведение, каких в городе сотни. Здесь можно перекусить, поболтать с друзьями или просто посидеть в одиночестве. Лучшего места для наблюдения не найти. Вход в здание штаба был словно на ладони.
Русич устроился за крайним столиком и взял в руки красочно оформленное меню. Краем глаза Храбров постоянно следил за площадью. Движение офицеров практически отсутствовало. Еще одно подтверждение того факта, что они переведены на казарменное положение.
Между тем, посетителя заметили, и к Олесю быстро зашагала симпатичная девушка лет двадцати в розовом переднике и с такого же цвета лентами в волосах. Аланка приветливо улыбнулась и вежливо спросила:
– Что желаете?
Открыв меню, землянин бегло прочел список блюд. Набор стандартный, хотя цены несколько выше, чем обычно. Видимо офицеры штаба часто сюда заходят, а люди они не бедные. Хозяин кафе неплохо разбирался в бизнесе и знал, где нужно размещать свои заведения.
– Две кружки светлого пива, бутерброд с рыбой, ветчиной и двойную отбивную, – негромко произнес Храбров.
– Через пару минут все будет готово, – вымолвила официантка.
Девушка повернулась и, плавно покачивая бедрами, неторопливо двинулась к стойке. В иной ситуации русич наверняка бы задержал взгляд на стройных ногах аланки, но сегодня женские прелести его мало интересовали. Все мысли только о лейтенанте Остервиле. Как выманить агента из здания? Два варианта Олесь уже придумал. Правда, в обоих присутствовала немалая доля, авантюризма.
Первый, самый наглый, заключался в личном посещении военного объекта. Надо прийти на контрольно-пропускной пункт, представиться родственником офицера и вызвать Колина на встречу. Разумеется, это огромный риск. Если разведчик находится под наблюдением, покинуть штаб им уже не дадут.
Второй способ мало, чем отличался от предыдущего. Землянин мог попытаться связаться с Остервилом с помощью уличного голографа. Однако подобные разговоры всегда прослушиваются службой безопасности. Одного шпиона тут же арестуют в кабинете, а другого прямо на площади. Иметь мобильные системы связи на Алане разрешалось лишь строго ограниченному кругу лиц.
Тем временем, официантка принесла заказ и начала расставлять на столе кружки и тарелки. Не обращая внимания на девушку, Храбров неотрывно смотрел на шоссе. Длинный серебристый электромобиль резко затормозил, съехал в крайний ряд и остановился напротив здания штаба.
Из машины показались два старших офицера, седовласый мужчина в штатском и женщина в строгом светло-коричневом костюме. Судя по кейсам в руках, аланцы привезли какие-то документы.
Обиженная тем, что русич не проявил к
Перемены в ее настроении Олесь даже не заметил. Землянин слишком увлекся наблюдением, а это явный недостаток непрофессионализма. Полностью контролировать ситуацию Храбров пока еще не научился. Умение вести себя раскованно, расслабленно в тот момент, когда ты стоишь на грани провала, приходит к разведчику с годами, с опытом.
Минуло три часа. Сириус поднимался все выше и выше. К счастью, плотный, светонепроницаемый навес спасал от его палящих лучей. Русич опустошил уже четыре кружки пива. В голове чувствовался легкий хмель. Потягивая живительный напиток, Олесь не спускал глаз с дверей штаба авиационной дивизии.
Учитывая, что город буквально наводнен сотрудниками службы безопасности, и не желая вызывать лишних подозрений, Храбров решил немного прогуляться. Он совершил небольшой круг по площади, приобрел в газетном автомате два последних номера правительственного издания и вернулся назад.
Газеты назывались «Жизнь Алана». Их содержание в точности соответствовало требованиям Великого Координатора. Цензура, цензура и еще раз цензура! Заголовки статей пестрили пафосными словами, лозунгами и обещаниями. «Успешная колонизация Унимы! Очередное графство добровольно вступило в аланское государство. Сдана в эксплуатацию новейшая космическая база! Построен скоростной звездный крейсер. Металлургический завод блестяще справился с поставленными задачами».
Продолжать перечисление этого бреда можно бесконечно. Самое отвратительное, что приведенные в газетных очерках факты действительно имели место, но были бессовестным образом извращены. Графство Унимы отчаянно сопротивлялось, воевало, однако силы оказались не равны. Потеряв тысячи бойцов и истощив все ресурсы, правитель страны капитулировал перед могущественными захватчиками, отдавая свой народ на милость победителей.
А космическая база? Еще одна тюрьма для непосвященных. Туда обманом или по приговору суда отправят сотни ни в чем не повинных людей. И если начнется вторжение чужаков, именно они примут на себя первый удар противника. А сколько гордости в сообщении о боевом корабле! Но нет ни слова о том, что флот очень слаб и таких судов для надежной защиты системы Сириуса нужно не меньше трех десятков. Ложь, всюду ложь!
Журналистика – продажная беспринципная профессия. За фразами о честности, долге, патриотизме часто стоят либо деньги, либо интересы власть предержащих. Надо признать, на Алане превосходно научились формировать общественное мнение. Красивые пламенные речи то и дело раздавались с экрана голографа, а миллионы, миллиарды добропорядочных граждан послушно, без раздумий выполняли распоряжения любимого вождя. И это неудивительно. Он ведь никогда не ошибается!
Не было в газетах ни строчки и об экспедиции к Аридану. Зачем будоражить обывателей подробностями жестоких сражений в космосе и на Акве? У Великого Координатора нет и не может быть врагов. По той же причине Олесь не нашел ни одного упоминания о тайной войне разведок Алана и Тасконы. Информация строжайше засекречена. Армейские и полицейские наряды наверняка не в курсе последних событий, произошедших в Чанкоке. Радужные отчеты прессы о победах и достижениях призваны скрыть гнилую сущность умирающего режима.