Переворот
Шрифт:
Впрочем, на профессиональных качествах данное обстоятельство никак не отразилось. Несмотря на перелом левой руки, офицер командовал уверенно и твердо. Он быстро эвакуировал раненых в тыл, а все оставшиеся подразделения собрал в единый кулак. Наладив связь со штабом, лейтенант организовал прием пополнения. К болоту то и дело подтягивались новые роты десантников.
Солдаты с ужасом и восхищением разглядывали грязных, оборванных бойцов первого батальона. Эти парни побывали в настоящей мясорубке. Им же еще только предстоит вступить в сражение. Устроившись на стволе поваленного дерева,
– Флот просит скорректировать огонь тяжелых крейсеров. Вражеские батареи нужно уничтожить любой ценой. Артиллерия мешает высадке и выдвижению резервов. Повторная атака через четверть часа.
– Понимаю, – кивнул головой шотландец. – Но засечь точные координаты я не сумел. Неужели нельзя это выяснить из космоса?
– Нет, – ответил офицер. – Противник постоянно ставит помехи. Аппаратура наблюдения дает сбои. Вся надежда на нас. Рисковать флайерами командование не хочет. Они понадобятся при штурме убежища.
– Разумно, – вымолвил Стюарт. – Попытаюсь, конечно, но возможны серьезные ошибки.
– Выбирать не приходится, – бесстрастно проговорил лейтенант.
Благодаря проведенной разведке боем мятежники хоть примерно стали представлять размеры и форму базы. Суммировав полученные данные, эскадра приступила к массированной огневой подготовке. По неприятелю стреляли лазерные орудия и главного, и вспомогательного калибра. Работа артиллерии сразу ослабла. Удар достиг своей цели.
В воздух взвилась красная ракета. Тасконцы ринулись в наступление. Теперь на центральном направлении шли сразу три батальона. Исправляя допущенные просчеты, транспортеры ехали по заранее намеченным просекам. В борьбе с тяжелой техникой врага без противотанковых средств не обойтись.
Улучив момент, землянин снова присоединился к аланским десантникам. Во взводе Стоквила уцелело лишь одиннадцать человек. Сейчас солдаты влились в роту колониальной армии, прибывшей на планету вместе с тасконскими штурмовиками.
Жалкая полоска леса шириной в восемьсот метров представляла собой кошмарное зрелище. Дымящиеся танки и бронемашины, очаги пожарищ, сломанные деревья, обугленные трупы. От тошнотворного запаха горящей человеческой плоти не спасали даже низко опущенные забрала шлемов. И всюду, всюду мертвые тела: в траве, среди развесистых кустов, на броне техники. Моральный дух бойцов эта картина не поднимала.
Обходя подбитый танк, Пол заметил раненого члена экипажа. Бедняга только что вылез из люка. Вынести его с поля боя друзья не могли.
На вид парню было лет двадцать пять. Ноги перебиты, лицо в крови, правое плечо обожжено, в глазах ненависть и злоба. Прижавшись к гусенице, аланец настороженно смотрел на десантников. Стюарт остановился и опустил карабин.
– Лежи спокойно, – сказал шотландец, – скоро тебе окажут медицинскую помощь. Битва вот-вот завершится.
Танкист презрительно усмехнулся и сквозь зубы процедил:
– Пошел ты…
Резким движением он рванул кобуру на поясе и выхватил бластер. Из-за спины Пола сверкнул луч и пробил грудь аланца. Парень дернулся, его зрачки на мгновение расширились, а затем погасли. Тело безжизненно обмякло. Землянин обернулся и встретился глазами, со
– Эта война на уничтожение, – с горечью произнес лейтенант. – В личную охрану Великого Координатора набирали исключительно фанатиков. Их преданность правителю безгранична. Мне доводилось сталкиватъся с подобными людьми. Если у них кончатся боеприпасы, они зубами вцепятся нам в глотку. Поверь, пленных сегодня не будет.
Офицеры бросились догонять ушедшее вперед подразделение. До опушки леса оставалось совсем немного. Над кронами деревьев пронеслись два десятка флайеров.
Через мгновение раздались частые взрывы. Короткий разворот, вираж и еще один заход на цель. В небе непрерывно мелькали лазерные лучи. Одни разрушали объекты на поверхности, другие пытались сбить летательные аппараты.
– Всем батальонам, в атаку! – послышался в шлеме чей-то громкий возглас.
Над полем разнесся яростный вопль сотен глоток. Тасконцы вырвались на открытое пространство и устремились к убежищу диктатора. Где-то во втором эшелоне войск двигался Пол Стюарт.
Нужно отметить, что на опушке произошли серьезные изменения. Тяжелые крейсера и флайеры потрудились на славу.
Защитная стена разбита почти на треть, вращающиеся башни вывернуты и смяты, установки ракет накренились на бок, тут же стоят сожженные бронемашины. Сопротивление противника слабело на глазах. Даже танковая группа, пытавшаяся перейти в контратаку, не сумела остановить лавину штурмовиков. Мало того, тяжелая техника попала под огонь лазерных орудий и была быстро уничтожена.
Внешняя линия обороны пала, и батальоны без особых проблем достигли резиденции тирана. Кое-где скорострельные пушки еще продолжали наносить потери десантникам, но на общую ситуацию это уже не влияло. Союзники начали захватывать наземные здания и сооружения.
В центре базы в бетонных капонирах тасконцы обнаружили разбитые гаубицы. Гигантские пробоины, искореженный металл, воронки от взрывов, десятки мертвых тел – вот все, что осталось от трех батарей. Звездная эскадра накрыла их с невероятной точностью.
С другими объектами дела обстояли гораздо сложнее. Аланцы превратили каждую постройку в крепость. За станцию космической связи развернулось настоящее сражение. Сторонники Великого Координатора дрались отчаянно и сдаваться не собирались.
Благодаря численному преимуществу штурмовикам удалось подойти к зданию вплотную. И тут из земли поднялись огнеметы. Удар с тыла, и взвод десантников перестал существовать. Обугленные трупы валялись на огромной площади. Тотчас в разных местах убежища раздались мощные взрывы. Они убивали людей, переворачивали транспортеры, разрушали дороги. Сработала система самоуничтожения. Война не на жизнь, а на смерть. В средствах диктатор не церемонился.
Впрочем, никакие ухищрения удержать союзников уже не могли. Противотанковые орудия безжалостно расстреливали уцелевшие огневые точки, а тасконцы брали штурмом одно сооружение за другим. После долгих усилий десантники, наконец, ворвались в станцию космической связи. В многочисленных помещениях вспыхнула рукопашная схватка. Защищающиеся бились до последнего человека. Ни один боец не сложил оружие добровольно.