Перезагрузка
Шрифт:
– Решили сделать сюрприз, - пожав плечами, пояснил я, а мама уже смотрела на моих дочек что выглядывали, прячась за мной.
Так что пришлось сначала представлять, а потом проходить в квартиру. Когда наконец шум стих, а дочки разошлись по квартире, изучая обстановку и быт, с нами только Злата была, печенье с молоком наяривала, мы с мамой и пообщались. Я проверил предварительно её квартиру на прослушку, оборудование показало на телефон и что странно, на одно из окон, как раз на кухне где мы и сидели. Похоже кто-то снимал с него показания. Пришлось принять меры, отключить телефон, с вытаскиванием батареи, и противодействие снятию информации с окна. Убедившись, что теперь всё нормально,
Долго мы с ней общались, до полуночи, и вот что та сказала:
– Ох и много что ты мне рассказал и предложил. Мне подумать нужно, хорошо подумать и принять решение. Завтра я тебе отвечу. А сейчас идём спать, поздно уже.
– У нас по внутреннему времени сейчас вечер, обычно через час я дочек укладываю, оттого у них сна ни в одном глазу. Думаю, сегодня можно и пораньше уложить. Я вот что ещё хотел спросить. Что ты решила? Летишь с нами к Сашке, или у тебя какие другие планы?
– С вами, куда я денусь?
– убирая со стола, проворчала та.
– Так может сразу и полетим, а вы все вовремя полёта поспите?
– Лучше завтра. Мне с соседкой договорится нужно чтобы за квартирой присмотрела, ключ отдать. Да ещё дела есть. Договаривались со знакомыми встретить. Обзвонить нужно, предупредить. Завтра.
– Ну завтра так завтра. Ладно, я укладывать детей пошёл.
Занимаясь детьми, я поглядывал изредка на улицу. Что-то не нравится мне суета там. В прошлый раз, примерно в такой же ситуации правительство РФ лихо село мне на шею, в этот раз контактировать я не хотел. Даже не собирался. И в планах не было. Вон, Солнцев скоро прибудет, пусть с ним и контачат. Это он совестливый.
Проснулся я часов в одиннадцать дня. Квартира пуста была, мамы не было, ушла куда-то, дочки на диване лежали, места им там хватало, а я на полу устроился, у мамы на этот случай имелись пара раскладушек и надувной матрас в запасе, вот последний я и накачал. Он двуспальный и мягкий, спать приятнее. Прибравшись в зале, посетив санузел, я поставил чайник на плиту, он горячий был, но я всё равно на огнь его поставил, воды доливал, тот полупустой был. Пока он закипал, встав у окна в одних штанах, я не без интереса изучал наш двор, засыпанный свежим снегом, да расчищенные дорожки, кое-где посыпанные песком и реагентом. Сейчас дворник, в сигнальной жилетке на зимней синей спецовке, очищал детскую площадку. Хороший работник, пока я минут пятнадцать стоял, ни разу не передохнул, монотонно махая лопатой. Мельком осмотрев окна квартир напротив, что тоже выходили на наш двор, я хмыкнул и снял с плиты чайник. Тот как раз свистеть начал, но я успел, стараясь не разбудить детей.
Первой Настя проснулась, когда я ещё пил чай. В комнате зашлёпали босые ножки, потом едва слышно щёлкнула дверь санузла, а чуть позже и та появилась на кухне под шум бачка из туалета. Зевая, та с сонным видом
Когда вернулась мама, все дети уже встали, успели позавтракать, сделать зарядку, и сейчас по телевизору смотрели какой-то полнометражный мультфильм. У мамы кабельное телевиденье было. Так что подскочив я принял сумки, унеся их на кухню, а потом стал помогать снимать пальто и обувь, той самой было тяжело. Потом на кухне, пока та раскладывала покупки по холодильнику, а что-то на столе, и надев передник стала нарезать бутерброды, несколько удивлённо посмотрел на её действия, я спросил:
– Это ты чего делаешь?
– В дороге нам еда понадобится.
– Да есть вообще-то, хэ-хэ, и довольно солидные запасы.
– Ничего, эти лишние не будут. Сколько нам до Сашки лететь?
– Ну, на полной скорости, часов пять, на средней так все семь. Это напрямую.
– Ты ему позвони, предупреди, когда будем.
– Да он сам позвонил, незадолго до твоего прихода, в курсе он. У них там время другое, сейчас поздний вечер, спать ложатся. Мы прилетим к ним, как раз когда встанут, я уточнил время. Ты сама с этими приготовлениями долго будешь? Мне время нужно рассчитать на всё.
– Полчасика и я буду готова.
– Угу.
Покинув кухню, я достал свой планшет и позвонил Бате. Давно мы с ним не общались, к тому же это был тот человек, которому я доверял. Его домашний не отвечал, а вот мобильного я не помнил. Пришлось взломать базы сотовой связи, да найти по данным нужного человека. Нашёл у третьей компании, и только после этого набрал старого командира. Ну да, судя о лёгким завываниям ветра, тот был на улице, а не в помещении, да и отвечал долго.
– Алло!
– прокричал тот в трубку.
– Слушаю.
– Здорова, Бать. Злой на линии, хорошо меня слышишь?
– Злой помер, я сам на его могиле был.
– Ну извини Бать, так надо было. Заманали эти страждущие. Я же перед уходом нашему Совету выделил что нужно, вроде начали сами восстанавливать… У меня дело к тебе. Ты как, не хочешь стряхнуть уныние пенсии и заняться по настоящему серьёзным делом?
– Мысли мои читаешь. Я уже и до зимней рыбалки дошёл. Вон, на льду. Еле перчатки снял, рукавицы меховые, руки замёрзли, как палки. Сам в тулупе, а руки подмерзают.
– И как рыбалка?
– По делу, но потихоньку затягивает, а так трёх судаков взял и бершика маленького. Пока всё. Уже думаю собираться, три часа тут, ветер поднялся, а тут ты звонишь. Да, прослушки не опасаешься?
– Не я, я спутник связи взломал, американский, и увёл его из-под них. Вот там сейчас забегали, доступа нет, спутник утерян, так что общаться можно открыто, не волнуйся.
– Ты в верхах вызвал изрядный интерес, который поутих после твоей скажем так гибели. А те твои подарки ветеранам быстро отобрали, наши недовольны, за это их грубо заткнули. Если узнают, что ты снова появился…
– Да вроде уже знают, или подозревают. Сегодня утром встал, пока чайник грелся, в окно двор изучал, а там дворник лопатой машет на детской площадке, а у самого наушник рации в ухе, а его напарник в квартире напротив. Я на их волну вышел, и слышу, как напарник шепчет… ну давай ещё не много, он стоит и на тебя смотрит. Раскроет ведь, как есть раскроет. А тот… у меня уже руки лопату не держат, сейчас упаду, весь потом обливаюсь. И вот так пока я стоял, напарник уговаривал продержатся, а этот «дворник» монотонно работал лопатой. Я когда отошёл от окна, проржаться, тот в сугроб упал, сил не осталось. Бедолага.