Периферия
Шрифт:
— Но как же вещи? Откуда они берутся, и как вы можете покупать их извне без денег? — данная система оплаты была так необычна и чужеродна для жителя Центра, что повергла Ивана в шок, но он не мог не отметить гениальности задумки.
— Да тут всё проще, чем кажется! То, что можем, мы производим сами и оплачиваем производство НЧ и НОП. А те вещи, что не можем сделать сами, покупаем на деньги от экспорта Чистой Энергии, даже торгуем с некоторыми пограничными королевствами, но тсс! Это секрет, — мэр улыбался, он явно был доволен произведенным эффектом.
Пока журналист вникал в систему и пытался понять, как это всё работает,
Цеха мало чем отличались от тех, что были хорошо известны в Центре: в доменные печи закидывалась горючая материя, которая при сгорании выделяла требуемое электричество и подавала его по проводам на огромную динамо-машину, что, вращаясь, увеличивала заряд до максимума и отправляла его дальше, в цеха обработки. Сама машина представляла собой огромнейшее строение, что при вращении издавало низкий гул и постоянно потрескивало, то и дело выпуская из внешней обмотки несколько молний, которые ударялись в специальные уловители.
Из цехов делегация отправилась в здание добычи Чистой Энергии, которое более интересовало Ивана. Для него было загадкой, как же это необычайное вещество появляется, как его добывают, поскольку слухи были очень разными, вплоть до вовсе угрожающих: что люди расплачиваются за это своей жизнью.
Мэр, конечно же, не забыл упомянуть, что всё увиденное является сверхсекретным и не подлежит разглашению. Цех встретил их очень неприятным шипением, которое слышал Иван еще при въезде на электростанцию. Доступа к непосредственному производству не было, но их привели на импровизированную смотровую площадку, где несколько человек в белых халатах и масках наблюдали за процессом и что-то постоянно писали в блокноты.
Сам процесс был до изумления необычен: в стеклянных кабинках под номерами сидели люди, и там не было ничего, кроме огромной красной кнопки. Немного поодаль располагались необъятные круглые конструкции высотой до потолка, и внутри них был поршень. Этот поршень медленно полз вверх, а когда достигал самого потолка, человек в кабинке нажимал кнопку. Под потолком появлялась небольшая «дыра» Чистой Энергии, и поршень с шипением резко падал вниз, вдавливая добытую Энергию в пол. Потом она, видимо, собиралась в большие контейнеры, что стояли подле кабинок, поскольку никаких проводов никуда не отходило.
— И это всё? — спросил Иван. — Я-то думал, процесс адски сложен и требует неимоверных навыков.
— Нет, вовсе нет! Сложнее всего было построить эту добывающую станцию, а контроль осуществляется обычными работниками электростанции: это как бы приближает их к делам города. Просто каждый работник один день в месяц должен быть контролером, за это он получает дополнительные НОП, вот и весь секрет! — мэр размахивал руками и краснел от важности.
— Я немного не понимаю процесса… Но почему бы просто не автоматизировать добычу? Так и людей можно было бы переорганизовать, и время сэкономить.
После этого вопроса мэр долго думал и, как ни старался, так внятно ничего ответить не смог. Он бормотал что-то про неимоверную сложность машины, про то, что электроника не в состоянии справиться, но вразумительного объяснения у него не нашлось, что повергло его в жуткую депрессию и отбило всякое желание что-либо еще рассказывать. Тем временем
***
Обедали они в общем блоке вместе со всеми, и, так как мэр теперь больше не болтал без умолку, у Ивана появилась возможность повнимательнее присмотреться к людям, что здесь работали. В общем это были обычные люди, сосредоточенно поглощавшие свой обед. Но что-то в них было странным: за обычной синей формой и касками скрывалось что-то непонятное и загадочное, и оно одновременно пугало и завораживало. Во-первых, люди здесь не разговаривали друг с другом, причем, как удалось подметить, днем тут не разговаривали вовсе или старались перекидываться словами как можно реже. Во-вторых, те «контролеры», что следили за добычей Чистой Энергии, были и вовсе как будто в другом месте: они сидели отдельно от всех с отсутствующим выражением лица и смотрели прямо перед собой, изредка поднося ложку ко рту и проглатывая ее содержимое. Они были будто выжаты изнутри непонятно кем (или чем). «Странно», — подумал Иван про себя и продолжил обед, не подавая вида, что чем-то озадачен.
Вскоре после обеда экскурсия окончилась, и делегация, провожаемая дружескими рукопожатиями руководства, стала грузиться обратно в автотранспорт. Директор тряс руку Ивана так яростно и с такой надеждой, что возникало ощущение, будто он хочет утащить ее с собой, но пора было уезжать. Усевшись в огромное кожаное кресло, Иван уставился в окно. Мэр, казалось, и вовсе игнорировал его присутствие: погрузившись в себя, он лишь изредка шептал что-то под нос, обдумывая, почему же производство до сих пор не автоматизировано. Видимо, он и правда не знал этого и даже не задумывался, почему всё так происходит.
Устаревший лимузин громыхал рессорами по улочкам городка, распугивая своим присутствием снующих всюду жителей, которые, с опаской озираясь и кутаясь в потрепанные одежды, быстро скрывались в подворотнях. Солдаты при виде столь величественной машины даже выбрасывали недокуренные самокрутки и вытягивались, давая понять, что они свято соблюдают долг — и ничего превыше него для них не существует. Обшарпанные дома сменились недавно выбеленными, значит, они продвигались к центру, хотя ехать прямо не получалось. Только встав на ровный путь к центральной площади, автомобиль тут же упирался в ленту ограждения и вынужден был поворачивать в другой проулок, что очень удлиняло дорогу. На очередном таком вираже Иван не выдержал и спросил:
— Так всё же, что это за дыра, о которой вы мне говорили?
— Тут не рассказывать надо! — оживился мэр. — Показать — единственно верное решение!
Пара ударов в стенку, и автотранспорт резко затормозил, позволяя находящимся внутри выйти на волю из железного заточения. Правда, этой возможностью воспользовались только гость городища и мэр, остальные же остались внутри и участливо закрыли дверь.
— Уже сколько эта дыра рядом, они все ее опасаются. А там нет ничего страшного, просто подходить близко не стоит, — мэр, видимо, не раз бывал за ограждениями, он резко поднял натянутую черно-оранжевую ленточку, игнорируя предупреждения стоявшего здесь солдата, который, немного поколебавшись, надел противогаз и пошел за визитерами.