Перстень графа Митрофанова
Шрифт:
Настя разговаривала с Вадимом, время от времени заполняя в газете пустые клеточки скандинавского кроссворда.
«Надо бы сходить в справочное, пробить насчет автобуса», — подумал Вадим и поднялся с кресла.
— Пойду, узнаю точное время прибытия моего рейса, — сказал он и направился к окошку справочной службы.
— Хруня, подожди, давай я с тобой. А то одной сидеть не хочется, — остановила его девушка. Ей было непривычно так обращаться к этому парню. Но он назвал именно такое имя, знакомясь с Настей.
— Хорошо, — обрадовался Вадим и они подошли
Диспетчер с кем-то разговаривала по телефону и одновременно поглядывала на монитор компьютера, проводя рукой по клавиатуре. Вадим смотрел на нее сквозь большое толстое стекло и ждал, когда девушка обратит на него внимание. Рядом с Хруней, почти касаясь его плеча, была Настя. А за ней занял очередь какой-то мужчина. Он, похоже, слишком торопился, потому что не мог спокойно стоять на одном месте и все крутился вокруг Насти, видно, тоже желая раньше других, приблизиться к окошку. А потом, он вообще, просто нагло навалился на спину девушки и через головы стоящих, обратился к диспетчеру, сидящей за стеклом.
— Скажите, а билеты где продают?
— Рядом в кассе, направо, — подсказал ему Вадим.
— Я хотел узнать о наличии свободных мест на ближайшие рейсы, — пояснил незнакомец и снова прижал Настю, но теперь уже посильнее, к Хруне.
— Э, братан, стой нормально! Че ты, толкаешься-то? — не выдержал Вадим. — Тебе же сказали: касса с другой стороны.
Мужчина понял его и, поправляя свою одежду, быстро отошел от Насти, которая с облегчением вздохнула и посмотрела на Хруню:
— Ну, что там? Долго еще? Ой! — девушка, неожиданно для себя, поняла причину легкости, ощутимую сразу же после ухода незнакомца. На ее шее висели, как воспоминание, только два длинных ремешка от сумочки, которой уже не было. — Хруня, у меня сумку срезали!
— Как срезали? Кто? — не понял Вадим и обернулся к Насте.
— Наверное, тот мужик, который, как танк, буром пер к справочному. Блин, а у меня в ней деньги, билет и документы. Вот лажа-то! — засуетилась девушка и стала нервно смотреть по сторонам, спешно оглядывая все помещение.
— Ах он, козел, — только и сказал Хруня и, оставив свою новую знакомую одну, кинулся из зала, вслед за вором.
Потерпевшая, еще не полностью осознав всю тяжесть потери и не раздумывая о дальнейших последствиях, расстроенная села на ближайшее свободное кресло.
«Ну ни фига себе! Что это за кино такое? И как теперь быть? Бежать к ментам? Да где же они найдут этого вора? И будут ли вообще его искать?» — в голове у девушки были только вопросы. Настроение испортилось вконец, и в душу вселились тревога и отчаяние.
Но ее грусть быстро развеялась, как утренний туман, когда, немного погодя, она услышала приглушенный металлический голос, забиваемый шумом и другими помехами. Такие разговоры обычно ведет по рации милиция и другие, подобные им службы:
— …да в курсе… десятый, как освободитесь… к дежурному в комнату полиции…
Настя машинально повернула голову на звук и увидела Хруню. Его под руки вели два здоровенных работника службы безопасности автовокзала. Они были экипированы
Все трое приближались к сидящей Насте, а в руке у одного из охранников она только теперь заметила… свою сумочку!
От радости девушка вскочила и что-то хотела сказать, но, когда увидела на лице Вадима большую красную ссадину, прямо над его левой бровью, то сразу же замерла и во все глаза уставилась на парня.
— Гражданочка, это ваша сумка?
— Да, моя.
— Хорошо. А этого молодого человека вы знаете? — и один из мужчин указал на Хруню.
— Это мой друг. У меня, только что, срезали сумочку, когда мы с ним стояли около справочного бюро. А Хруня кинулся ловить вора. А что?
— Предъявите ваши документы.
— Да у меня ничего теперь нет. Все в этой сумке было. Деньги, билеты, удостоверение личности, — объяснила Настя, еле сдерживая волнение.
— Ладно, — сказал один из охранников. — Пройдемте с нами.
— А зачем вы избили моего друга? Как вы посмели? — вдруг закричала девушка и потянула за руку Вадима.
— Пройдемте с нами, — с невозмутимым видом повторил блюститель порядка и заговорил по рации. — Десятый на связи. Кражу предотвратили. Идем с потерпевшей в дежурную часть.
Помещение службы безопасности автовокзала, а это был именно оно, о чем утверждала соответствующая табличка на массивной входной двери, имело две комнаты. Одна побольше — сама дежурная часть — и вторая, совсем маленькая, размером с кухню в жилых домах старой планировки. Только здесь она выполняла роль, так называемого «обезьянника», с металлическим длинным сиденьем вдоль стены. А вместо входной двери у нее была массивная решетка. Это изделие из металла вполне могло бы смело состязаться в крепости с медвежьей клеткой в Биологическом центре на Полковничьем острове. Настя никогда так близко не сталкивалась ни с работниками полиции, ни с сотрудником службы безопасности различных организаций. А Хруня, в свою очередь, старался всегда заранее избегать подобных встреч. Но сегодня судьба распорядилась с ними иначе.
Дежурная комната, куда охранники завели молодых людей, имела какой-то унылый вид — ничего лишнего из интерьера и обстановки. И на всех приходящих сюда людей она автоматически нагнетала чувство непонятной вины перед кем-то и вселяла жгучее желание под любым предлогом, поскорее унести ноги подальше от этого места.
В комнате имелось два стола — один, длинный, для посетителей, которых сюда в большинстве случаев приводят не по их доброй воле, а второй — небольшой квадратный. Он являлся рабочим местом для одного из сотрудников, который, сидя за ним, смотрел на экраны мониторов. Можно было, не вставая со стула, следить за обстановкой на объекте: около кассы, в зале ожидания, в камере хранения и на улице, у входа. Около дежурного находились несколько раций с базами, громкая связь и два телефонных аппарата.