Перстень Люцифера
Шрифт:
– Что же, - говорит им Женька.
– Все ошибаются, даже ученые. Вы напишите везде Пупкин и все будет правильно.
Тут они окончательно рассердились и выгнали Женьку на улицу, сказав, чтобы она больше не приходила.
А в домоуправлении, как прознали, что она в Институт ездила, поручили ей разобрать архив и "Записки об Истории Государства Российского, написанные Николаем Пупкиным в меланхолии".
Решив в конце пути обязательно забежать и посмотреть наконец эти бумаги, Женька стала спускаться по лестнице на четвертый этаж к Бабушке
Глава пятая
Бабушка Горемыкина и Самовольный Домовой. Записки и мемуары.
Бабушка Горемыкина открыла сразу, словно стояла в ожидании гостей за дверями. Женька прошла прямиком на кухню, куда вслед за ней прошла и бабушка.
– Чай пить будешь, ай нет?
– спросила она Женьку нараспев. Вкуснаай чай-то, с травками всякими, ты такой любишь, я знаю.
– Ой, бабулечка, родная, спасибо. Конечно же выпью, золотая ты моя. Я у тебя, бабушка, вот что спросить хотела: ты случайно Перстень не находила?
– Чегой-то?
– не поняла бабушка.
– Перстень, ну, колечко такое большое с камнем...
– Нет, милая, не видела, Да и где тут такое увидишь?
– А может, кто другой видел?
– Женька уставилась на мужичка, ростом с валенок, который сидел на табуретке, поджав колени к подбородку, подпирая ими реденькую бороду.
Мужичонка от неожиданности даже выронил листки бумаги, которые держал в руках.
Женька наклонилась и подняла несколько листочков. Домовой шустро ползал по полу, собирая остальное.
– Раз Домовой, значит, его и пугать можно?! Да? Нужны мне ваши перстни! Это все ваши заморские штучки. А мы - Домовые, мы в ваших делах не участники...
– он помолчал, сердито посопел носом и добавил.
– Пролетал тут твой Перстень, куда-то вниз полетел, сквозь пол. Не иначе, как прямиком к Мышатнику. Ой, чего теперь будииит!
– Эх ты, Домовой, а боишься! Ничего не будет. Что думаешь, Мышатник глупее тебя, что ли, с Перстнем связываться?
– Дурнее он, может, и не дурнее, да уж очень он на Корону нацелился, очень он ее получить хочет. Любой ценой. Хотя, я тоже думаю, что до беды дело не дойдет.
Он огляделся и прошептал, вытянув шею:
– Всадники здесь...
– Не может быть!
– Женька свела брови.
– С чего бы это им Запрет нарушать? Зачем они здесь? Мы им наскучили, с нами им в игры играть неинтересно, люди им еще раньше наскучили. Зачем же они спустились? Впрочем, при них и Мышатник ничего не отчудит. По крайней мере - не должен. Ладно. С этим пока все. Ты покажи лучше, что ты написал новенького? Можно я почитаю?
Домовой с важностью кивнул. Женька взяла со стола собранные по полу листочки и стала читать вслух:
– Купил я вчера себе коробочку, которая разговаривает. Радио. Очень полезна эта вещь при уходе за собой. Без этой вещи никакого счастья-радости в жизни у меня не было, особенно в состоянии ногтей. Все как есть были они переломаны. Ничего я не знал про достижения ума человеческого, пока не приобрел радио и покой. Через него душевный вместе с ним. Теперь, значит,
Вчера, значит, поймал я муху. А она укусила меня за щеку и язык. Потому, как я в рот ее положил. Для сохранности. А муха эта - пчела оказалась. Выпустил я ее. Рот уже не открывался, она через ноздрю полетела. Левую. Болит очень. Сердце. У меня за муху эту, которая пчела. Как она жить будет? И чего? Да. Зимой делать будет? А?
И я теперь вспомнил, что дедушка советовал делать, когда к тебе в рот муха залетает, и кусается, как пчела. Очень это запомнить всем надо, кто читает. Надо переписать совет и носить его с собой. Всегда. Вот. Он, совет: надо не брать в рот мух.
Здорово, правда? А вот дальше, если взял.
Если взял, и укусила, надо собрать три горсти гороха, хорошенько прожевать. Сесть на солнце. Потом сделать пук...
Страница на этом закончилась. Женька взяла следующую и продолжила:
– И убежать...
Она пожала плечами, вернулась к первой страничке, и вот что у нее получилось:
– Потом сделать пук и убежать... Ты что же это безобразничаешь? грозно спросила Женька у Домового.
– Как это я безобразничаю?!
– Домовой подпрыгнул на высокой своей табуретке.
– Я тут пишу, стараюсь! Каждую буковку вывожу! А она безобразничаешь! Ну-ка, дай-ка!
Он выхватил из рук Женьки листочки, прочитал, густо покраснел.
– Надо же понимание иметь!
– возмутился он.
– Ты же пропустила листочек посереднике. На, читай...
Женька, покраснев в свою очередь, продолжила с опаской:
– Потом сделать пук из крапивы, разуться и водить крапивой по пяткам. Сверху будет от солнышка тепло, и приятность всяческая, а от крапивы жжение нестерпимое, которое такой чес вызовет, что про укус забудешь. Начисто.
Вот опять событие.
А вот это не событие. Это я пока не забыл. Мой дедушка он мне могучее множество полезного советовал, только я все сразу не вспомню, а то заболею. Еще. Чего. Доброго от напряжения.
Вот как спастись от волка.
Идешь если вот, а на тебя сбоку волк набрасывается, или еще откуда. Надо тогда этому случаю удивиться очень и подпрыгнуть как можно. Выше. И убежать поскорее, а волку, чтобы не догнал, надо связать ноги. Руки можно не связывать.
Вот еще - охота без выстрелов называется.
Если хотите поймать зайца - идите в лес. На пенек надо положить морковку. Под морковку - насыпать махорки. Заяц выскочит и давай эту морковку грызть-хряпать. Очень. Жадно. И рот у него будет сильно занят и дышать он будет носом. И попадет ему в нос махорка. И начнет он чихать. И стукнется носом об пенек. И падает заяц, широко раскинув лапы. Выходите из кустов, берете его за уши и кладете в авоську. Спасибо. За внимание. Пока все.