Перстень Мага
Шрифт:
Дверь распахнулась, и на пороге следом за карликом показались три старика. Это на них, недоумевая, смотрел Гайяр, дожидаясь, пока его позовут к Повелителю Хитрецов. Маленький слуга снова скрылся за драпировками, окружавшими возвышение, а старцы, низко склонясь в поклоне, остановились у двери.
Нагнувшись к самому уху Исона, с интересом разглядывавшего ногти на руках, шадизарец еле слышно спросил:
— Кто это? Неужели они тоже… тоже промышляют?
— О, мальчик, это — самые полезные в нашем деле люди! Их у нас называют «шмелями», они обязаны днем ходить по всему городу и высматривать, где ночью стоит
— Так что скажете, почтеннейшие? — Голос Повелителя Хитрецов зазвучал громко и величественно, как у правителя настоящей державы.— Ночи сейчас темные — для хорошего дельца лучше не придумаешь! Начинай ты, Хайрат, я вижу, у тебя есть новости!
Один из старцев вышел вперед, еще раз поклонился и торопливо заговорил:
— Повелитель Хитрецов, как всегда, слышит еще несказанное и видит невидимое! Да, повелитель, я спешил сюда с доброй вестью! Она обрадует тебя и твоих молодцов, засидевшихся без работы! Ибо разве можно назвать работой мелкий дневной промысел, эти жалкие кошельки ремесленников и одежды, развешанные для просушки!
— Так что за новость ты так долго держишь за пазухой? Пока до нее доберешься, у тебя в горле пересохнет!
— Говорю, уже говорю, о великий! Вчера весь базар был полон слухами и разговорами о таинственном сундуке, который доставили в дом Великого Судьи, многомудрого Суммы. Всего одна повозка, а охраняла ее дюжина воинов и слепой старик…
— О, это стоит внимания! Слепец, слышащий звуки и шорохи, ускользающие от обычного слуха! Значит, в сундуке было…
— Да, величайший из хитрецов! В сундуке привезли драгоценный убор из вендийских сапфиров, а алмазам, украшающим его, вообще нет числа. Этот убор, достойный королевы, предназначен новой жене судьи, юной упрямице Нарзиз.
— Ха-ха-ха, все ясно! Судья действительно рассудил мудро: если красавица не желает с любовью смотреть на его седины, пусть любуется блестящими камешками, тогда и ему хоть что-нибудь перепадет! Да, юные жены старых мужей — просто клад для нас! Ну, и где же сейчас этот убор? Он уже подарен?
— Нет, судья пока держит его в потайной нише своего дворца и разжигает любопытство красавицы загадками и намеками… Ведь он — мудрейший из мудрых!
— Так… Где находится потайная ниша, сколько слуг во дворце, какие входы и выходы — ты расскажешь позже, когда все разойдутся… У меня есть кое-какие задумки на этот счет. Ну, а вы, добродетельнейшие из старцев, чем порадуете своего владыку?
— О, великий, мы вместе с Хайратом следили за сундуком — это самое крупное приобретение в Шадизаре. Входы, выходы, слуги, запоры, подкуп, наши расходы истощили кошельки…
— Вот вам, держите! — Шафраст бросил кошель, и один из старцев ловко поймал его на лету.— Идите в таверну и ждите, пока я вас позову. А ты, моя обезьянка, зови учеников, посмотрим, как они поработали!
Карлик снова выскочил из-за драпировок и, косолапя, побежал к двери.
— Ну, Гайяр из Хифоры, смотри, от чего я тебя намерен избавить! Я попробую тебя в другом дельце,
В широко распахнувшуюся дверь один за другим входили оборванные мальчишки, испуганно поглядывая на своего повелителя. Карлик поставил перед возвышением большую широкую корзину и, ухмыляясь, сел рядом.
— Приветствую вас, дети мои! — Шафраст смотрел на робеющих мальчишек пронзительным колючим взглядом, но голос его источал мед.— Старики старятся, молодые подрастают! Ну, показывайте, какой сегодня улов, да только без обмана! Меня, Шафраста, Повелителя Хитрецов, обмануть невозможно, и ты, Налат, вчера в этом убедился! Так что у тебя сегодня? Ну, поспешите же наполнить корзину!
Тот, кого звали Налатом, подошел ближе и передал карлику простой кожаный кошель, туго свернутую шелковую шаль и серебряный кубок. Гримасничая, карлик развязал тесемки и высыпал монеты на дно корзины.
— Неплохо, неплохо… Ты искупил вчерашнюю вину, поэтому сегодня получишь свою долю. Дай ему три монеты! — И Шафраст ткнул карлика в спину носком сапога.
Мальчишка схватил свою долю и, низко поклонившись, исчез за спинами товарищей. Карлик уже принимал добычу из рук следующего. Корзина быстро наполнялась.
— Мудрейший Исон, а какая доля полагается тем, кого здесь называют учениками? — прошептал Гайяр, не сводя глаз с корзины.
— По закону, который когда-то принял сам Повелитель Хитрецов,—одна пятая, но уже давно он платит гораздо меньше, и эти многообещающие юнцы, конечно, недовольны… ропщут… Но куда им деться?! Ничего другого они не умеют, да и кто захочет работать, вкусив прелестей нашей жизни?! Смотри, сейчас войдут настоящие молодцы!
Но вместо этого за дверью послышались истошные женские вопли:
— Справедливости! Я требую справедливости! Сейчас же пропустите меня к Повелителю Хитрецов! Эй, убери свой тесак, черная образина, что, уже забыл, как лежал вчера на моей груди?!
Шафраст, нахмурившись, привстал, но, покосившись на Гайяра, открывшего от удивления рот, расхохотался:
— Ха-ха-ха! Да это голос красотки Люфии! Ну-ка, оттащи корзину подальше и веди ее сюда, пока она не исцарапала моих верных стражей! Ха-ха-ха!!!
В это мгновение дверь распахнулась, а в комнату влетела женщина в порванном платье и с растрепанными рыжими волосами. Сзади ее пытались удержать еще две женщины, старая и молодая. Когда рыжеволосая, не переставая причитать, подняла голову, стало видно, что лицо у нее в кровоподтеках и синяках. Упав на колени перед возвышением, она обхватила руками сапоги Повелителя Хитрецов и заголосила с новой силой:
— О, повелитель, защити меня от смертоубийцы и живодера, от этого трусливого воришки, вшивого бродяги, которого я столько раз спасала от петли, что у него волос в бороде больше не наберется! Ох я несчастная!
— Успокойся, Люфия! Не забывай, здесь нахожусь я, твой повелитель, и я разберусь в твоем деле! Расскажи про свою обиду, и увидишь, что на рассказ у тебя уйдет больше времени, чем у меня на расправу!
— О-о-о, как я его ненавижу, этого изверга! — Красотка подняла голову и тряхнула рыжими кудрями.— Чтоб я еще когда-нибудь разделила с ним ложе! Пусть прежде шакалы растерзают мое тело, которое он так разукрасил!