Первая исповедница
Шрифт:
– Да. Противник создает оружие, нам приходится противостоять ему. Поэтому я помогал ему в создании уз, передающих другим его способность.
Магда удивленно моргнула.
– Значит, это вы помогали ему создать магию, защищающую людей от сноходцев? Эту способность вы имеете в виду?
Мерит кивнул.
– Конечно, мое участие было весьма скромным. Не знаю точно, как ему удалось создать такие чары, но могу сказать, что он столь же умен, сколь решителен. Он застрял на этапе между запалением уз в других и укреплением их в себе. Защита уже действовала для него, но он хотел защитить
Магда склонила голову в его сторону.
– Вы помогли Альрику Ралу создать магию уз.
Он снова кивнул, вполне серьезно.
– Я изнутри довершил опознавательный шаблон для контролирующей сети, позволяющий выполнить полностью проверку. Это послужило отправной точкой для объединения частей заклинания, которые он пытался связать так, чтобы узы работали надлежащим образом.
Как только запалился шаблон, сдерживаемый серией ограничений, я первый произнес слова обряда преклонения. Прямо внутри завершенной контролирующей сети. Нужно было убедиться сначала, что это не причинит вреда людям, когда те будут давать присягу, чтобы связать себя узами.
Магда не могла заставить себя смотреть ему в лицо. Она потерла лоб, стараясь все это усвоить.
– Значит, именно благодаря вам это работает?
Он пожал плечом.
– Нет, пожалуй, не мне. Главную часть работы сделал Альрик. Он обратился ко мне, так как не сомневался – я пойму, что именно он пытался сделать. Не так много людей способны достаточно хорошо разобраться в столь сложном сплетении линий, чтобы обсудить это с ним. Он думал, что я сумею увидеть, почему контролирующая сеть не действует так, как ему хотелось, и надеялся, что я пойму, где исправить ошибку.
– Значит, без вашей помощи узы не действовали бы, – сказала Магда.
– Альрик Рал создал нечто удивительное. Полагаю, можно сказать, что я лишь добавил щепотку приправы в его блюдо.
– Так, значит, вы связаны с ним? – спросила Магда. – Защищены от сноходцев?
Его улыбка исчезла.
– О да, защищен. Он проверил это с помощью того сноходца, что был у него в плену. Так Альрик убедился, что созданные им узы наконец действуют и на других. Я был первым, кого они защитили. Поэтому нет шансов, что сноходец прячется в тени моего разума, слушая и наблюдая, если вас беспокоило это.
Итак, что же вы хотели сообщить о моем друге Исидоре?
Сердце Магды екнуло.
– Увы, Исидора убита.
Глава 45
Лицо Мерита казалось высеченным из камня, как его статуи. Свет дара в его глазах заблестел опасно и решительно.
– Как понять – Исидора убита?
По этому спокойному, но бурлящему эмоциями тону Магда поняла, что Мерит не просто сдержан. Сейчас он пылал концентрированной яростью, способной в любой миг обернуться ужасающей жестокостью, но при этом мог обуздывать ее.
А значит, мог собрать ее в кулак.
– Чтобы объяснить, потребуется время.
Хоть сначала Мерит казался застенчивым, едва только дело приняло мрачный оборот, он резко переменился.
– Хорошо,
Усаживаясь на плетеную кушетку, Магда поправила сверток под мышкой. Это дало ей повод отвернуться от его настойчивого взгляда.
– Смерть мужа потрясла меня, – начала она. – Я не могла понять, почему он расстался с жизнью, не могла понять, почему тем самым оставил меня, оставил всех нас. Потом кто-то сказал, что путешествие в Храм Ветров, в мир мертвых, должно быть, сломило его дух и отняло желание жить.
Все приняли это мнение, поскольку верили в самоубийство Бараха. И в то время как их этот поступок печалил, меня он терзал своей нелепостью. Поразмыслив, я пришла к выводу, что Барах не такой человек, чтобы, поддавшись унынию, покончить с собой.
Кроме того, я виделась с ним, когда он вернулся из Храма Ветров, и хотя он, без сомнения, был обеспокоен и растерян, я бы не назвала его подавленным.
У него было столько причин жить, столько дел, имеющих для него важный смысл, и великое множество людей, о которых он пекся, и великое множество незаконченной и крайне важной работы. Он не покончил бы с собой из-за личного отчаяния. Для этого он слишком сильно пекся о нас. Поскольку Новый мир в опасности, у него было великое множество причин и дальше сражаться за нас.
– Тогда почему он поступил так? – спросил Мерит, подходя к столу и уставившись на меч.
– Это я и пытаюсь выяснить. Барах знал, что я не поверю, будто он решил покончить с собой. Он полагался на меня, знал, что я пойму – это нелепость, вздор.
Он понимал, что я догадаюсь: он поступил так, чтобы защитить нас от чего-то. Таков уж он был. В этом был смысл его жизни. Потому он и стал Первым волшебником. Он был боевым чародеем, в конце концов. К своему долгу относился очень серьезно.
Боевые чародеи никогда не сдаются. Они находят способ обойти любое препятствие, даже если это чревато их собственной гибелью. Путь боевого чародея он называл танцем со смертью.
Вскоре после его смерти я нашла оставленную им для меня записку, в которой он велел мне искать истину. Почему-то, по неведомой причине, он не смог сделать этого сам. Барах – не просто как мой муж, но как Первый волшебник – возложил на меня ответственность за поиск истины.
Это связано с чем-то более значительным, не только с Барахом. Касается жизней всех нас. Даже до того, как я нашла записку, я была уверена, что нужно искать ответы – не просто ради Бараха, не просто ради себя, но и потому, что все наши жизни под угрозой. По причинам, до сих пор непонятным, он поручил это мне.
В его записке сказано: «Тебе суждено находить истину».
Мерит, который стоял у стола и глядел на меч, услышав это, повернулся, хмурясь.
– Я правильно понял, что там так и сказано: «тебе суждено найти истину»?
Магда нахмурилась, пытаясь вспомнить точные слова. Записки у нее не было с собой. Она спрятала ее в Цитадели, в тайнике на рабочем месте мужа.
Она не понимала, почему Мериту так надо знать точные слова. Это казалось ей не самым важным. Однако она знала, что волшебники относятся к словам иначе. То, что кому-то другому может показаться пустяком, для них часто самое главное.