Первая, вторая, третья
Шрифт:
Весенняя ночка встретила влажным теплом, хотя в лесу всегда прохладно, запахами земли и травы, которые будто чья-то щедрая рука растворила в воздухе. Никого. Даже легкого ветерка не было. Но единственный свидетель все-таки наблюдал за полуночниками с заоблачных высот — луна. К счастью, круглая подружка грабителей и преступников глухонемая.
Марат открыл багажник и выдал Гене, Жорику, Тарасу по лопате, взял орудие копателей сам, все четверо дружно вонзились в затвердевшую из-за обильной травы землю. Ну, перво-наперво надо снять первый слой — дальше работа пойдет слаженней.
— Надо же, все на мази было — и вдруг…
Высказанное вслух кольнуло в грудь Родиона, словно насекомое ужалило, в сердцах он отбросил сигарету — сколько же можно курить? В его команде люди не только преданные, но и с большим багажом опыта и практики, посему Марат сделал ему замечание:
— Э, Роди, окурки не бросай. Найдут их, следом найдут ее, потом тебя.
— Не вижу связи, но подчиняюсь. — Родион быстро поднял тлеющую сигарету, загасил ее о колесо. — А куда девать?
— Да хоть в карман, потом с ней зароем, а лучше дома в пепельницу брось, так будет надежней.
Гена отхлебнул из фляги, передал ее Марату и вернулся к теме:
— У тебя две недели, Роди, всего две недели!
— Знаю, — буркнул тот. — Будем искать новую.
Вряд ли Родион верил в положительный результат, никто в это не верил, а высказался опять Гена:
— Времени, Роди, в обрез, понадобится пластика, без нее не обойдешься. Но это время, которого уже сейчас нет.
— Главное, найти максимально похожую, — проговорил Родион, — а там что-нибудь придумаем.
— Да что тут придумаешь? — поддержал Марат Гену. — Похожая — это не копия, а нужна точная копия, иначе ни хрена не получится.
— Двойников на свете больше, чем мы себе представляем, — возразил Тарас, он — подпевала Родиону, данная черта не всем нравится, что подтвердил Марат, наехав на него:
— Похожих на сто процентов людей не существует! Слишком много должно быть совпадений: рост, возраст, фигура, глаза, черты лица, даже длина ног… да что там ног — длина шеи! Однажды повезло, а сколько пришлось потрудиться над исправлениями… Сколько денег бухнули!
— Ты везением называешь труп в багажнике? — заметил Жорик.
— Это судьба козу подстроила, — сказал, сплюнув в сторону, Гена. — Долбанула по нас, потому что сволочь.
— Будем искать, — заладил Родион. — Будем искать… другого выхода нет.
— Почему же, — хмыкнул Жорик, однако идею подал осторожно: — Выход есть: убраться подальше, пока не поздно.
Конечно, этот простой, как инфузория, выход приходил в головы всем без исключений, только от него отмахивались, ибо окончательные решения принимает Родион. Впрочем, в данной ситуации нет главных, она прижала каждого из пятерки.
— Вот тогда нам всем лучше заранее снять мерки и заказать гробы, — отверг идею Гена.
— Убраться? — задумчиво произнес Родион. — Генка прав, черт возьми, гробы будут нашими. А четыре с половиной
Но не сказал — найдем. Значит, сам в панике, сам сомневался.
Бабушка уснула, Светлана забрала у нее книгу, сняла очки и положила на тумбочку рядом с кроватью. Выскользнув из комнаты, она вернулась на кухню и выпила еще воды, посмотрела в окно. Луна… круглая и яркая, с огромным светящимся ореолом вокруг. Наверное, полнолуние виновато в том, что Светлане не спится, а если спится, то всякая дрянь снится.
В своей комнате девушка упала спиной на кровать, прикрыла веки и ждала. Молодые люди засыпают быстро, как уверяла бабушка, собственно, и Светлана с бессонницей незнакома, но сон убегал от нее. Она вспомнила способ заснуть, начала считать про себя:
— Один… два… три… четыре…
Помимо цифр, думала о Захаре и невольно улыбалась. Сначала он уехал на сборы, сейчас проходят соревнования, звонит регулярно, правда, об успехах или поражениях молчит. Вот кто суеверный — Захарушка!
— Девятьсот тридцать три… Девятьсот тридцать четыре… девятьсот…
Они встречаются год, мир стал другим — объемней, радостней, и теперь кажется странным: как до знакомства они жили друг без друга? Бывает, Захар звонит и произносит всего одно слово «Светлячок», а потом паузу выдерживает. Слова «люблю» еще не было сказано, но оно есть, читается в глазах, ощущается на губах, а хочется его услышать и сказать самой. Правда, в данном вопросе Светлана уступит первенство Захару, женщине объясняться первой… нет уж.
— Две тысячи сто пятьдесят… Две тысячи сто пятьдесят…
И… провал.
Небо тронула болезненная бледность, теперь начнет стремительно светать, однако успели. Лентяев судьба наказывает жестоко, случается, трупы словно сами пробираются к поверхности, после чего их легко находят любители природы. Чтобы исключить всяческие происки рока, не поленились и выкопали яму очень глубокую.
Из багажного отделения вытащили труп в черном мешке, кинули его в яму, комья земли полетели в черную дыру, которая довольно быстро заполнилась рыхлой землей. Тарас с Жориком под руководством Марата уложили пласты земли с травой, срезанные в самом начале, сровняв поверхность с ландшафтом, теперь импровизированную могилу даже сами копатели не найдут. Закинули лопаты в багажное отделение, расселись, а затем передавали бутылку коньяка друг другу, отхлебывая из нее по глотку. Взревел мотор…
За руль сел Родион, ведь ребята устали — непривычный труд забирает много сил, к тому же они выпили. Дорога до города прошла словно полет птицы, но и тут Марат заставил его остановиться, достал скребок и повозил им по колесам, счищая лесную грязь. Вернувшись в салон, со знанием дела заявил:
— Роди, первым делом машину отгони на мойку, а сейчас, когда приедем, оставь ее у ворот.
— На фига такие сложности? — вяло поинтересовался Гена.
— Ну и дуб ты, Генаша, — хохотнул Марат. — На колесах земли из того района не должно быть даже теоретически.