Первопроходец
Шрифт:
Увы, он всего лишь Квазар.
В последний миг, когда острие клинка уже почти касается её кожи, взбешённая противница вскидывает руку в повелительном жесте. Земля под ногами Шелкопряда взрывается исполинским каменным столпом.
Время вновь обретает свой привычный ход. Тело Тана отбрасывает прочь чудовищным ударом, впечатывая в стену форпоста с такой силой, что я отчётливо слышу хруст костей.
Крик боли разносится в воздухе. Не давая передышки, ксенос швыряет в него несколько гранитных копий. Те насквозь прошивают плоть, пригвождая
Шелкопряд судорожно хватает ртом воздух. На его губах пузырится кровь.
— Один ради многих… — хрипя и проглатывая буквы, шепчет он.
Небрежный жест рукой Монолита, и последний каменный шип пробивает лицо Ткача Теней, образовав дыру в городской стене.
Странно. Я думал, что уже привык к смертям. Что очерствел душой за все эти месяцы, насмотревшись на горы трупов, в том числе и своих друзей. Но сейчас, глядя как умер этот юркий китаец, которого я действительно считал собратом по оружию, что-то внутри меня взрывается.
Многие ради всех.
Вокруг стучат пули и плазмы, исторгаемые мерами защиты форпоста, но меня интересует лишь одна синяя, как ягоды черники, фигура.
Глава клана Непреложной Истины прыгает ко мне, обрастая слоем камней. Её голос, самоуверенный и громкий хорошо слышен даже сквозь рокот пулемётов:
— Не разочаруй же меня, Егерь. Не смей умирать слишком быстро.
— Нет, Лакси, ты так и не поняла, что происходит. Ты пришла на поножовщину с пистолетом.
Последняя дуэль.
Глава 3
Налаксия «Монолит» Ольвейг подвергнута действию способности Последняя Дуэль.
Вы установить условия (ограничения), одинаковые для обоих участников, не требуя от цели согласования:
1. Все способности заблокированы.
2. Все параметры временно снижены до ступени F.
3. Всё оружие кроме ножей заблокировано.
4. Все барьеры заблокированы.
Продолжительность дуэли ограничена тремя минутами. Если по окончании дуэли ваша цель останется жива, вы умрёте. Данное условие скрыто от всех, кроме вас.
До начала дуэли десять секунд.
Мир вокруг нас застывает. Вспышки выстрелов и взрывов замирают, будто окутанные невидимым коконом безвременья. Даже пыль и осколки зависают в воздухе, словно в янтаре. Кажется, само мироздание затаило дыхание в предвкушении развязки. Просторный купол накрывает нас двоих, выталкивая за его пределы
Налаксия недоуменно моргает, а затем её глаза расширяются от изумления. Каменный доспех, ещё секунду назад покрывавший тело ксеноса прочной бронёй, с грохотом осыпается на землю бесполезными обломками. Она неловко взмахивает руками, пытаясь удержать равновесие, но всё же падает на одно колено.
— Какого?.. — потрясённо выдыхает она, а потом до неё доходит. — Что ты сделал, ничтожество?
Я мрачно усмехаюсь, глядя на её растерянное лицо. Впервые с момента нашей встречи в голосе Монолита слышится неподдельный страх.
— Всё очень просто, Лакси, — рычу я. — В обычной ситуации ты бы наверняка с лёгкостью размазала меня по стенке. Даже с учётом всех моих улучшений и новых способностей, шансы не в мою пользу. Всё-таки ты сильнее меня, и глупо это отрицать.
Противница рывком поднимается на ноги. В её пылающих глазах разгорается бешеный огонь.
— Так какого чёрта ты творишь? — рычит она. — Боишься смотреть в лицо своей смерти?
— Ошибаешься, — качаю головой я. — Просто я не собираюсь сражаться с тобой по твоим правилам. С этого момента мы будем играть по моим.
С этими словами я вытаскиваю из-за пазухи Последний вдох — трофейный режик Калибана, и перехватываю его обратным хватом. Лезвие ножа тускло поблёскивает в свете полуденного солнца, еле заметно вибрируя.
— Только ты, я и наша сталь. Лицом к лицу, один на один.
Монолит судорожно сглатывает, а затем хлопает по своему поясу в поисках оружия. К счастью для неё же, в одном из кармашков обнаруживается чуть изогнутый боевой нож, пригодный и для драки, и для хозяйственных нужд. Выхватив его, ксенос принимает боевую стойку. Даже сейчас, лишённая своих сверхспособностей, она выглядит смертельно опасной.
— Что ж, посмотрим, на что ты способен, — цедит она сквозь зубы. — Это ничего не меняет. На моём счету десятки тысяч жертв, и все они полегли от моей руки в честном бою. Думаешь, сумеешь продержаться дольше пары секунд?
— Ты слишком много болтаешь для той, кто сейчас сдохнет! — бросаю я и, крутанув оружие, кидаюсь в атаку.
Налаксия реагирует мгновенно. Уйдя от моего выпада перекатом, она тут же контратакует снизу, метя остриём мне в живот. Я едва успеваю отклониться, чувствуя, как лезвие со свистом проносится в миллиметре от брони.
Не давая ей перевести дух, я обрушиваю на противницу град ударов. Колющие, рубящие, режущие — я вкладываю в них всю свою силу и скорость. Ксенос ловко уворачивается и парирует, но не всегда успевает за моим темпом. Вот один из ножей чиркает её по предплечью, оставляя глубокий порез. Ещё удар — и на щеке Налаксии расцветает кровавая полоса.
Рыча от ярости, она переходит в наступление. Её клинок мелькает так быстро, что почти сливается в размытую полосу. Острая боль обжигает моё плечо — зазевался, пропустил удар сбоку. Тут же получаю ещё один, в бедро.