Первые Лица
Шрифт:
– А идея создания нескольких грузовых компаний до сих пор обсуждается?
– Дискуссия продолжается, хотя и без прежнего накала. Конечная точка в этом вопросе должна быть поставлена в марте, чтобы к концу квартала мы смогли подготовить конкретные документы. Этот сценарий ведь требует пересмотра бизнес-пла на грузовой компании.
– Но в любом случае сроки реализации этого проекта смещаются?
– Мы хотели создать грузовую компанию в 2006 году. По решению правительства сроки сдвинулись на 2007 год. Если мы и дальше будем топтаться на месте, уже в 2008 году грузовая компания
– Значит ли это, что вы будете сейчас делать новые заимствования – выпускать облигации или привлекать кредиты, – которые впоследствии могут рефинансироваться продажей акций грузовой компании?
– Такой вариант не исключен. Мы ведем переговоры с иностранными партнерами, но финансовые схемы пока не строили, рассчитывая, что создание грузовой компании будет одобрено. Конечно, и в этом случае на привлечение через нее денег потребуется время. Но как только мы получаем поддержку правительства, сразу начнем обсуждать с машиностроителями будущие заказы. Они смогут тогда к этому подгото виться.
– Параллельно с обсуждением создания грузовой компании Минтранс поднял вопрос о появлении в России частных железнодорожных перевозчиков. Сейчас тема закрыта?
– Есть общее понимание, что в рамках существующей нормативной базы и исходя из исторического развития железнодорожного транспорта России на данный момент невозможно создать альтернативных ОАО РЖД перевозчиков. Перевозчиков в понимании нынешнего законодательства.
– Вас по-прежнему пугает конкуренция со стороны частных операторов подвижного состава?
– Слово «пугает» ко мне не относится вообще. Нет ничего противоестественного в развитии конкуренции. Стран но, когда о ней говорят как о конечной цели развития. Дро бить железнодорожную систему только для того, чтобы пока зать всему миру, какие мы «либералы», неправильно. Нужно ду мать о последствиях – для грузоотправителей, для экономики в целом.
– Кстати, об экономике в целом – у России часто возникают конфликты с соседними странами, например с Украиной и Белоруссией, в области трубопроводного транспорта. Почему такого не происходит с железными дорогами – ведь здесь возможны те же самые перекрытия и тарифные споры?
– Самое сложное – делать бизнес на дружеской основе. В области энергоносителей долгое время пытались одновременно практиковать сложно совместимые вещи – геополитическую дружбу с коммерческими интересами. В результате для коммерческой структуры политическая составляющая стала не просто неоправданной, но уже невыносимой. И здесь начались упомянутые вами конфликты. В железнодорожном же транспорте ситуация другая. 15 лет назад мудрые люди договорились о сохранении интеграции железных дорог разделившегося СССР. Сегодня в системе объединенных органов СНГ Совет по железнодорожному транспорту является, на наш взгляд, наиболее работоспособным и эффективным.
– И как он обеспечил отсутствие конфликтов?
– В совете все решалось изначально на коммерческой основе, поэтому конфликта интересов не возникало. Сказать, что проблем нет, конечно, нельзя. Идут дискуссии, некоторые вопросы мы решали чуть ли не пять
– Все это договоренности на общественных началах?
– Ничего подобного. Есть межправительственный договор о создании совета, подписанный главами правительств участвующих стран. Это наш основной нормативный документ. Им определены полномочия совета и то, что его решения обязательны для исполнения национальными железнодорожными администрациями.
– Но в том же соглашении записано, что, например, транзитные ставки по перевозке грузов, устанавливаемые советом, необязательны.
– Да, это дело каждого из участников.
– То есть завтра Белоруссия может увеличить для России ставки на порядок?
– Может, конечно. Но это означает, что транзитные грузы не пойдут через эту страну. Обойти ее вполне возможно. Да и на уровне железнодорожных администраций мы так разговор не ведем. Например, когда возникло политическое напряжение в отношениях России и Грузии, на уровне начальников железных дорог профессиональное взаимодействие не прерывалось. И наши обязательства по транзиту грузинских грузов были выполнены.
– Тем не менее прямое пассажирское сообщение с Тбилиси было прервано.
– А вот это уже решение нашего правительства по поводу коммерческой деятельности. Транзит же – международные обязательства перед партнерами, которые мы не можем нарушать.
– Но транзитные ставки вы поднять можете?
– Мы – нет, правительство – может.
– Правда ли, что в ходе нефтяного конфликта с Белоруссией государство поручило ОАО РЖД оценить возможность «обходной» доставки нефти в Европу по железной дороге?
– Задачи нам такой не ставили, мы провели определенные расчеты сами. Получилось, что заменить трубу полностью на этом направлении ОАО РЖД не сможет.
– Но если «Транснефть» построит обходную трубу на 50 млн тонн нефти, доставить оставшиеся 30 млн тонн сможете?
– Сможем, но надо будет вложиться в модернизацию.
– Ваши отношения с «Транснефтью» нельзя назвать без облачными. Недавно вы даже выпустили книгу по поводу трубопровода Восточная Сибирь – Тихий океан. Вы уже рассчитывали в конкретных цифрах, сможет ли железная дорога стать реальным конкурентом второй нитки ВСТО?
– Есть очень предварительные данные – предположения о возможных тарифах на прокачку нефти по трубопроводу с учетом стоимости его строительства. Есть общие оценки того, какие тарифы может предоставить железная дорога. Я не готов пока назвать цифры, это чисто экспертные оценки, но наши тарифы вполне конкурентоспособны.
– С «Транснефтью» у вас есть еще одна конфликтная точка – экспорт нефти в Китай. Какова сейчас ситуация вокруг этого проекта?
– Он развивается. Мы перевозим всю нефть, которую нам предлагают. Но сейчас мы решаем нелегкую задачу дальнейшего развития направления. В принципе объемы уже таковы, что участок до китайской границы надо электрифицировать. Это дополнительные вложения – около 17 млрд руб. В отсутствие внятной госполитики по поводу способа доставки нефти в Китай, мы рискуем зря потратить эти деньги. Но если будут проблемы с трубой, доставлять дополнительные объемы нефти придется нам.