Первые уроки
Шрифт:
Класс заржал в два раза громче. Кто-то пискнул:
– Скорее Кинг-Конг.
– М-мне сейчас нужен кто-нибудь вроде Пушкина, – робко произнес Алеша, и прошел к последней парте, намереваясь помочь ученику подняться. Но тот его опередил, при этом, в свою очередь, со всей силы пихнув «Кинг-Конга». Тот лишь чуть-чуть качнулся.
– Еще раз так сделаешь… – угрожающе прорычал упавший. Но огромный сосед продолжал флегматично смотреть на часы.
– Как
– Коромыслов.
– Ну, почти Пушкин, – хмыкнула девочка, сидящая перед ним, за что тут же получила укол ручкой между лопаток.
С воплем: «Урод!» она развернулась и шарахнула его книгой по голове.
Алексей Юрьевич стоял с таким видом, будто бы удар пришелся на его теменные кости. Ну не знал он, что надо делать в подобных ситуациях. Максимум, на который он был способен – это чуть покашлять, чтобы привлечь к себе внимание. Но подобный жест был равносилен предыдущему «эй» на спортплощадке.
– Коромыслов, – произнес он как можно более внушительнее, – Подойди, пожалуйста, к доске и напиши мои – имя, отчество и фамилию.
– А я не знаю, как вас зовут, – огрызнулся тот и сложил руки на груди.
– Поднимайся. Я сейчас тебе продиктую.
Доска, к сожалению, не рухнула, когда на ней появились слова «Аликсей Юревич Ссасов». Алеша раньше и не подозревал, что в его простой фамилии Стасов возможно сделать хотя бы одну ошибку. Но, на всякий случай учитель попытался вспомнить – не заикался ли он, когда диктовал свое имя. Класс спокойно взирал на это безобразие.
– Может быть, кто-нибудь исправит? – на всякий случай спросил он.
Класс сосредоточенно думал. В этот момент к ним заглянула… «О, Боже! Только не это!»… Мария Станиславовна.
Все выпрямились в струнку и аккуратно сложили руки на партах, как того требует школьная дисциплина. Алёша еле справился с сильным желанием последовать их примеру. Она окинула взглядом аудиторию, потом доску.
– А я думала, что у вас фамилия – Стасов, – прокомментировала учительница с непроницаемым лицом.
– Я тоже, – вздохнул Алексей Юрьевич, – сейчас исправлю.
И тут к великому ужасу нашего героя в животе у него тоскливо заурчало. Он вспомнил, что не позавтракал дома перед отъездом, так как от переживаний в него ничего не влезло. В классе раздались сдержанные смешки, которые тут же смолкли под взглядом «Марьстаниславны», как жужжание мух под воздействием мухобойки.
– Можно вас на минутку? – обратилась она к нему, а затем к ученикам, – Если услышу хотя бы звук, то дополнительным уроком сегодня будет физика.
На ватных ногах Алеша вышел в коридор.
– Зря вы сами
Он согласно кивнул, заранее прикусив язык, чтобы не рассказать о плачевных результатах таких мероприятий.
– Вам, кстати, совсем не обязательно вести урок в первый же день приезда.
– Но, Антон Валерьевич…
– Не обязательно выполнять все, что скажет Антон Валерьевич. А вот и он, собственно.
С ехидным выражение на лице к ним приближался завуч. Он впился глазами в Алешу, затем как-то странно посмотрел на Марию Станиславовну.
– У вас какие-то проблемы? – осведомился он.
– Да. С жильем. Алексею Юрьевичу вначале надо вселиться.
– И вы занимаетесь этим вопросом? – с усмешкой спросил завуч.
– В некотором роде.
– Странно.
Учитель физики проигнорировала его комментарий и тут же перешла в наступление.
– Вы, кажется, сейчас не заняты.
– Я – исполняющий директора, поэтому всегда занят.
– Тогда не сочтите за труд отпустить учеников, а мы пока решим срочные дела.
Алеша с интересом наблюдал, как лицо Антона Валерьевича становилось спокойным и равнодушным. Но при внимательном рассмотрении было видно, что это давалось ему с большим трудом.
– Учитывая вашу занятость, я решила взять это на себя.
– Вот как? Спасибо. Вы не могли бы потом зайти ко мне? Когда освободитесь.
– Да, конечно, – равнодушно бросила она, – и без предупреждения отправилась прочь.
Алеша в замешательстве замер. Завуч удивленно посмотрел на него.
– В чем дело?
Тут издалека послышалось:
– Вы идете?
– У… У меня портфель в классе остался.
– Ну, так возьмите его! – с легким раздражением отозвался Антон Валерьевич и первым открыл дверь.
Глава 7
Наконец-то закончился первый кошмарный день. Алеша лежал на жесткой узкой кровати и смотрел на бревенчатый потолок. В этой части дома действительно давно не жили, используя помещение для склада различной школьной рухляди. Когда они в первый раз вошли сюда, Мария Станиславовна окинула взглядом остатки парт, стульев и чего-то еще, и без тени брезгливости, смахнув рукой паутину со сломанного глобуса, разрешила все это использовать в качестве дров.
– А вдруг вещи кому-нибудь понадобятся? – робко поинтересовался он.