Первый день поста
Шрифт:
— Нет.
Федеральный чиновник вздохнул:
— Я смогу выехать через 10 минут. Тебе нужен арсенал в полном объеме?
— Да. И главное, Гарольд, никому ни слова.
— Если я правильно понял, мне необходимо просто испариться.
— Именно.
— Хорошо. Твоя машина должна прибыть в Форт-Блисс с минуты на минуту. Я велю Розе продолжить путь.
— Великолепно. Скажи ей, чтобы она ехала до центра... Подожди... Подожди минуту... Холломан — это единственное место, где ты можешь приземлиться на С-35?
— А что ты имеешь против Холломана?
— Сам
— Примерно в 120 километрах. Ты хочешь, чтобы она поехала туда?
— Да, это лучше всего. Пусть она ждет меня на перекрестке 70-й и 54-й дорог.
— Ладно. А я?
— Какова продолжительность полета до Форт-Блисса?
— Насколько я знаю, до него около 900 километров. В общей сложности часа полтора лета.
— Значит, вы оба сможете прибыть туда одновременно, — резюмировал Болан. — Свяжись с ней, как только прибудешь туда. Потом мы договоримся о встрече.
— И все же... Ты не мог бы хоть немного ввести меня в курс дела?
— Помнишь вояку из Колорадо?
— Ты имеешь в виду того капитана?
— Совершенно верно, — ответил Болан. — Он снова взялся за старое. И, поверь, его провалившийся трюк в Колорадо — ничто по сравнению с тем, что готовится здесь.
— Господи, помилуй! — в ужасе воскликнул Броньола. — Я немедленно выезжаю.
И он повесил трубку.
Болан горько усмехнулся и сразу же набрал номер квартиры Джордана.
После второго гудка трубку сняла Мэри Вальдес.
— Это ваш приятель, — начал Болан. — Все отменяется. Немедленно исчезните из квартиры. У вас есть надежная машина?
Когда она ответила ему, уверенности в ее голосе было немного.
— Моя машина подойдет, но зачем?
— Я хочу, чтобы вы скрылись как можно дальше. Не останавливайтесь там, где вас могли бы узнать, и главное, не возвращайтесь домой.
— Я не совсем понимаю, чего вы от меня хотите, — сказала она, начиная задыхаться от волнения.
Болан объяснил ей:
— Найдите где-нибудь нору поглубже, заройтесь с головой и не кажите носа наружу. Подальше отсюда, вы меня поняли? И не возвращайтесь в здешние места раньше, чем убедитесь, что все спокойно.
— А как я об этом узнаю?
— Из газет, — ответил Болан.
— Вы думаете, я в опасности?
— Я не думаю — я знаю.
— Стало быть, вы тоже, — нервно сказала она. — Здесь находятся двое мужчин, и они ждут вас.
— Где?
— Они припарковали свою машину прямо перед домом, позвонили в квартиру и спросили вас. Я хочу сказать, что они спрашивали Фила. Я им ответила, что вас нет, но они все еще на улице и ждут в машине.
— Какие они из себя? — спросил Болан.
Она послушно описала двух убийц мафии — Бина и Ника.
— Их машина — прогнивший пикап, верно?
— Да. Выходит, вы их знаете?
— Знаком, — уклончиво произнес Болан. — Это плохие новости. Что ж, тогда изменение в программе. Плюньте на этих типов и сматывайтесь через черный ход. Бросьте вашу машину и спасайтесь. Я перехвачу вас. Встретимся у бакалейной лавки.
— Они возвращаются! — закричала Мэри.
— Не открывайте дверь, — приказал Болан. —
— Поторопитесь, — прошептала она и повесила трубку.
Итак, времени на размышления не оставалось.
Внезапно Болан почувствовал, как внутри у него закипает ярость. Бесполезно урезонивать подобных подонков. Они готовы на любую жестокость, будь она продиктована логикой или нет. Впрочем, дело даже не в этом. Краткая встреча Минотти и «парня из ЦРУ» могла вызвать самые непредсказуемые последствия. В этом диком мире инстинкт и насилие были единственными гарантами выживания, и уж коли Филипп Джордан заинтересовал Минотти, совершенно очевидно, что в своих действиях вновь пора довериться инстинкту.
Если двое убийц вернулись за Джорданом для более обстоятельной беседы, а нашли на месте лишь Мэри Вальдес, то малышка Вальдес могла без церемоний пойти в ход. А для нее, несомненно, это означало бы конец.
Болан добрался до квартиры Джордана менее чем за три минуты.
Но конец уже начался...
Дверь была распахнута настежь, стекла в ней разбиты вдребезги, а Мэри Вальдес бесследно исчезла...
Глава 9
Пикап стоял перед обветшалым, обшарпанным домом, куда трое мафиози заезжали сегодня утром. Болан припарковал свою машину рядом с пикапом и навинтил на «беретту» глушитель. Дом был полуразрушенный, со стенами, исписанными неприличными надписями, и располагался он в индустриальном квартале, где между разнообразными мастерскими разместились другие трущобы, пребывающие в столь же плачевном состоянии.
Вокруг дома — ни души, ни звука, только голодная тощая собака с рычанием двинулась навстречу Болану. В нескольких шагах от него жалкое животное внезапно поджало хвост и ретировалось.
Болан вошел в прохожую и замер — рассохшийся пол предательски заскрипел. Одним прыжком Болан пересек помещение и на мгновение остановился перед дверью, чтобы оценить обстановку. За закрытой дверью слышались смех и голоса.
Ручка повернулась без малейшего усилия. Болан открыл дверь и переступил порог. Мэри Вальдес сидела на широком диване и имела довольно печальный вид: корсаж разорван, волосы взъерошены. Однако, если не брать в расчет ее остекленевшие от ужаса глаза, смело можно было сказать, что она цела и невредима. Из мебели в комнате, кроме дивана, находился только игорный стол, весь заставленный пустыми банками из-под пива и тарелками, переполненными окурками.
В глубине комнаты, стоя к Болану спиной и привалившись плечом к облупленной стене, Бин разговаривал по телефону.
Второй мафиози, которого Болан не знал, неподвижно стоял у двери, ведущей в соседнюю комнату, и, заливаясь смехом, что-то обсуждал с третьим сообщником, которого отсюда не было видно. В одной руке весельчак держал открытую банку пива, а в другой — зажженную сигарету. Заметив Болана, он тотчас поднял банку с пивом в знак приветствия.
— Салют, ЦРУ! — злорадно заорал он.