Первый фронт
Шрифт:
— Доложите подробнее, — не теряя самообладания, приказал предсовнаркома.
Берия вздохнул:
— Пока ничего не известно, идет расследование. Но один из ученых предположил, что самолет влетел в неактивную Аномалию, и когда наполовину пролетел ее, то Александр прикосновением активировал ее, из-за чего и произошло разделение самолета на несколько частей.
— Кто еще кроме него пропал?
— Алевтина Орловская, профессор Трауперг и один из бойцов охраны, лейтенант Вяземский.
— Докладывать мне о поисках каждые полчаса, —
Эпилог
Брестская крепость. Кобринское укрепление.
22 июня. 14:00 дня
— Пора уже, — посмотрев на часы, сказал майор Гаврилов.
Стоящий у стереотрубы полковник Потапов повернулся к нему:
— Как бы немцы не прочухали. Все-таки такое быстрое продвижение и захват стольких укреплений не такой большой кровью, как хотелось бы, могут навести их на определенные мысли.
— Могут, товарищ полковник, но сделать они ничего не успеют. Поздно, слишком много их вошло в крепость.
— Ну будем надеяться… О! Наши отходят! Как красиво изображают паническое бегство. Молодцы!
Повернувшись к телефонисту, Потапов приказал:
— Пулеметчики, прикрывающий огонь!
Связист тут же забубнил в трубку, передавая приказ.
Через пару минут стрелковый батальон — единственный, кто находился в Брестской крепости — смог прорваться в Цитадель.
— Все, можно! — торжественно сказал полковник.
Майор Гаврилов кивнул лейтенанту-саперу. Тут же загудела динамо-машина, и лейтенант нажал кнопку подрыва, активировав сеть фугасов, заложенных в зданиях.
Еще через секунду вся Брестская крепость скрылась в облаках разрывов.
В результате этой операции два полка 45-й пехотной дивизии Вермахта практически перестали существовать.
Солдаты третьего полка, занявшие приготовленные Советами к обороне окопы, даже не успели понять, что случилось, как цепь взрывов просто уничтожила позиции со всем содержимым, пробив широкую брешь в блокировании крепости.
Почти сразу саперы вместе со стрелковым батальоном капитана Вольных смогли прорваться через эту брешь из укрепления и уйти в леса. Свою задачу они выполнили.
Территория Польши. Брод через Буг.
Части 2-й танковой группы генерала Гудериана.
22 июня. 14:00 дня
Генерал-лейтенант Ханс-Юрген фон Арним стоял у бронетранспортера охраны и наблюдал, как через брод переправляется 39-й танковый полк.
Взломать оборону, которую держали пограничники, оказалось не так легко, как представлялось генералу. Однако к обеду панцергренадеры все-таки смогли захватить плацдарм на территории русских и дать возможность частям дивизии переправиться.
Глядя на четыре танка, которые продолжали чадить
Но сейчас их ничего не сдерживало, что радовало генерала.
— Что со связью? — спросил он у радиста, колдовавшего с радиостанцией.
— Сигнала нет, герр генерал. По всем волнам помехи, — ответил тот.
Над головой был слышен шум авиационных двигателей, приближалась очередная волна бомбардировщиков, идущих бомбить русскую территорию.
— Нам немного оставьте, — с улыбкой посмотрев на небо, сказал стоящий неподалеку адъютант генерала, лейтенант Ехансен.
Однако не успели «Штуки» скрыться с глаз, как в прямой видимости появились русские истребители, и почти сразу же вниз посыпались горящие обломки.
— Воздух!!! — заорали рядом.
От этого крика генерал оторвался от завораживающего вида воздушного боя и посмотрел туда, куда указывали солдаты. Со стороны солнца на брод заходили медлительные ТБ-3, выстроившись в длинную лесенку по одному звену.
Фон Арним не обеспокоился. Две батареи двадцатимиллиметровых зенитных пушек, защищающих брод, уже готовы были встретить русские тихоходные машины. Однако у Советов было свое мнение на этот счет.
Внезапно с тыла вылетели две пары советских истребителей и открыли огонь по батареям. После второго захода встретить бомбардировщики было уже нечем.
Прыгая в овражек вслед за солдатами охраны, генерал в который раз проклял то, что рация до сих пор не работает и нет возможности вызвать помощь.
Последним, что он успел заметить, прежде чем нырнуть в овраг, это как погибают его солдаты от смерти с воздуха.
Через две секунды в овражек, набитый немецкими солдатами, попала стокилограммовая бомба.
Москва. Кабинет Сталина.
22 июня. 17:00 часов
Пройдя в кабинет, Берия быстро прошел к столу и доложил:
— Товарищ Сталин, мы смогли опросить Виктора Логинова и составить примерное представление, что там произошло.
— Я внимательно слушаю, — сказал Сталин.
— По словам Логинова, Александр смотрел только вниз в поисках других порталов, и последнее, что он помнил, это крик Александра: «Куда!!!» Наши аналитики смогли предположить, как все произошло. Судя по тому, что, по сообщению очевидцев, размер Аномалии был не менее двухсот метров в диаметре, самолет влетел в нее в нижней кромке портала на высоте двести метров. По-видимому, Александр активировал ее своим прикосновением, что и послужило причиной разваливания самолета в воздухе.