Первый фронт
Шрифт:
— Странно все это.
— Вот и я так считаю. Так что нужно озадачить охрану, чтобы приготовилась к встрече. А вот Олега нужно временно куда-нибудь отправить. Займись всем этим.
Слушать разговор Али и майора Синцова мне быстро прискучило, и я подошел к Аномалии.
— Ты куда? — послышался сзади нежный голосок девушки.
— Да хочу вот посмотреть на то, как у нас все было до войны. Интересно ведь.
— Милый, ты если что-то хочешь, сперва информируй
— Ладно, просьба хорошо обоснованна, так что буду вести себя, как примерный мальчик, — понятливо хмыкнул я.
«Интересно, когда это наши отношения из служебно-дружеских перешли в разряд „милый“?» — подумал я, пока майор отбирал бойцов для моего сопровождения.
Кроме пятерки осназовцев со мной перешли также и Виктор с Иваном.
— Ух ты! — невольно воскликнул я, осматриваясь.
Мало того что мы очутились в чистом поле, так еще чуть не грохнулись в воду, скользя по краю обрыва. Портал находился всего в десяти метрах от озера.
— Во, я тоже чуть вниз не полетел, едва успел среагировать! — кивнул Иван.
— Плохо, что вот так нужно будет или озеро засыпать, или пользоваться другой стороной портала, — хмыкнул я, осматриваясь.
Обойдя озеро и десяток бойцов осназа, которые с интересом за нами наблюдали, мы направились к видневшемуся чуть вдали холму, отсутствовавшему в будущем. Пропустив пяток полуторок, везущих какой-то груз в сторону Аномалии, мы направились дальше.
— Вот это вид! — восхитился я.
На том месте, где у нас плескалась Кама, были поля с зеленой сочной травой, на которой тут и там паслись коровы, казавшиеся из-за расстояния очень маленькими.
— Смотри-ка, и тут церкви нет. И в моем времени ее взорвали, да еще так, что некоторые крупные куски на сотню метров отлетели, — комментировал я вслух увиденное. — И половина поселка расположена там, где в будущем будет река. Отец еще что-то говорил, что половина верхних улиц привозная. Похоже, разбирали дома и собирали их уже наверху. Старый принцип, сколько так деревень было загублено.
— Это как это? — спросил меня Виктор, который тоже вел наблюдение.
— Очень просто. Построили водохранилище, вот уровень воды и поднялся, так что множество тех мест, где были деревни, затопило. Я по памяти пяток названий сразу назвать могу.
— Понятно.
— Слушай, а давай сбегаем на поселок посмотрим? Я много зданий в нем знаю. Особенно те, которые хорошо помню, что они старинные, вроде даже дореволюционные.
— Нет, извини, но без приказа никуда мы не можем отойти. Так что нам нужно возвращаться.
— Ладно, но я все равно там побываю.
— Ну что, удовлетворил любопытство? — спросил меня обернувшийся майор Синцов, когда я перешел
— Нет, меня в Алексеевское не пустили, а там самое интересное, — ответил я, держа Аномалию, пока проходила охрана.
— Ну, я так понимаю, у вас еще будут возможности для этого и немало, — обнадежил меня майор.
— А где Аля? — Девушки видно не было, и это меня обеспокоило. Несмотря на малый срок знакомства, я уже начал привыкать, что она постоянно рядом.
— Отошла, сейчас будет, — ответил мне Синцов.
Пожав плечами, я поправил сползший ремень автомата, который до сих пор висел у меня на плече, и, оглядевшись, направился к охране, бойцы которой уже устраивали себе что-то вроде лежек. По крайней мере, именно так я понял их лесные шалаши с нарубленными охапками лапника.
«Хитро придумано, проредить с краю нижние ветки елки, чтобы проделать проход и устроить шалаш под ней. И просто, и незаметно!» — восхищенно покачал я головой и нагло отбил себе один готовый шалаш.
С удобствами устроившись на лапнике, на который была постелена плащ-палатка, я прикрыл слипающиеся глаза. Волнения последних дней и постоянные недосыпания давали о себе знать, и я, как опытный солдат, воспользовался возможностью совместить приятное с полезным. Проще говоря, поспать.
Уже засыпая, я почувствовал, что ко мне кто-то залезает и устраивается рядом, прижавшись теплым боком.
Казань. Мир Александра.
Приблизительно то же время
— Ну что там?
— Должен быть. Он всегда приходит в это время, — с уже заметным сомнением сказал Игорь Зайцев.
Дожидаться клиента ему было не привыкать, но в первый раз Чех делал это в такой компании. Четверо парней ничем не отличались от обычных прохожих за окном, но то, что они сделали за последние сутки, вводило его в изумление, перемешанное с изрядной долей страха.
После того как их команду взяли у ювелира, жизнь Игоря сильно изменилась. Прежде всего, после допроса Коротичем по кличке «капитан» его не постигла участь других членов бригады Клыка.
Новые братки, заполонившие, казалось, всю Казань, действовали всеми возможными средствами. Самыми «продуктивными» из которых являлись группы «ликвидаторов», как их называл сам Игорь. «Ликвидаторы» на это только посмеивались.
Именно с одной из таких групп, принадлежащих крупному авторитету по кликухе «Павлусь», и работал теперь Игорь.
Чех понимал — он обязан своей жизнью не тому, что рассказал все, что знал о Рамиле, на которого работал, а тому, что выяснилось, кем был его дедушка. Именно благодаря дедушке, старому служаке КГБ, он и остался в живых.