Первый кошмар

— Эй, берегись!

Джимми Лант зацепился за что-то в темноте и, схватившись свободной рукой за перила, еле удержался на ногах.

— Осторожнее, старик, — крикнул с вершины лестницы его друг Энди Сковский. — Хватит с нас происшествий на этой работе.

— Почему внизу нет света? — спросил Джимми, медленно

спускаясь по узкой лестнице.

— Почему? А почему здесь вообще все идет наперекосяк? — откликнулся Энди с горечью и громко затопал вслед за другом. — Почему уже трое вышли из строя?

— Моррисон сегодня выписывается из больницы, — доложил Джимми. — Вот не думал, что его научат снова дышать после пережитого. Ведь Моррисон уже весь посинел. Я сам видел.

— Не хочется мне об этом думать, — пробурчал Энди. — Ты знаешь, что я был здесь, когда здоровяк Джонс упал с крыши. Не было ни ветерка, однако он полетел головой вниз. Бедняга…

— Хорошо, что через неделю нам снова в школу, и можно будет навсегда забросить эту чертову работу, — порадовал Джимми, перехватывая тяжелую банку в другую руку. — Ну а теперь надо подумать, что делать с трещинами.

— Фундамент заложили всего два месяца назад, и он уже потрескался. Халтурщики, — пробормотал Энди в ответ.

— Да уж, — поспешно поддержал его Джимми. — Вовек не забуду этот адрес — дом 99 по улице Страха. Не хотелось бы мне поселиться здесь. Нехорошее место.

— Ага. Ты же знаешь, что поговаривают об улице Страха? Слыхал о телах, найденных при рытье ямы для фундамента?

— Что? О каких телах? — удивился Джимми.

— Ну, здесь повсюду оказались неопознанные захоронения, — Энди обвел вокруг рукой. — Пришлось остановить бульдозер.

— Слушай, может, хватит об этом? — попросил Джимми содрогаясь. — Больше никаких историй, ладно? Я хочу просто заделать трещины. А потом сесть в машину и умчаться в Уэйнсбридж. Там сегодня выступают «Пляжные ребята».

— А? — Энди схватил друга за плечо. — С каких это пор у тебя появилась машина?

— Да она папина, — пояснил Джимми. — Он разрешил мне взять ее сегодня.

Энди окинул взглядом цементные стены и покачал головой:

— Тут повсюду трещины. Открывай ведро и приступим.

Джимми опустился на колени у стены. Энди взял фонарь. Джимми принялся открывать банку отверткой. И вдруг неожиданно вскрикнул — отвертка соскользнула и глубоко вонзилась ему в руку.

— Осторожно! — запоздало предупредил Энди.

Джимми выдернул отвертку из раны. Посветив на нее, Энди увидел капли черной крови, падающие на пол.

— Ах, черт, как больно! — простонал Джимми.

Энди

наклонился, пристально осмотрел рану, потом сказал:

— Лучше всего подняться наверх и перевязать ее.

— Кажется, да, — согласился Джимми, глядя на свою руку. — С ума сойти. Проклятая отвертка! — Он швырнул ее в темноту. Затем поднялся на ноги и с яростным рычанием пнул стену тяжелым ботинком. И тут ребята удивленно вскрикнули, увидев в стене новую трещину.

— Ну вот, прибавилось работы, — заметил Энди.

В неярком желтоватом свете они видели, как трещина расширяется: сначала на пару сантиметров, потом еще.

А затем раздалось какое-то царапанье и негромкие шаги.

— Эй! — воскликнул Джимми, увидев, как из трещины высунулась здоровенная крыса. — Это же новый дом. Откуда она здесь взялась?

Крыса выскочила в подвал. Потом еще одна. И еще три.

Джимми уставился на их блестящую серую шерсть, розовые хвосты, напоминавшие червей, и крошечные черные глазки.

— Убирайтесь! — крикнул Энди и попытался пнуть ближайшую тварь, но промазал.

А подняв глаза, увидел, как из трещины появляется какая-то черная тень. Джимми тоже увидел ее. Ребята невольно попятились, широко раскрыв глаза от изумления.

Сначала они решили, что это змея. Но тень росла и изменяла очертания. Она все поднималась, потом закружилась вокруг них.

Тень кружилась все быстрее и быстрее. А затем опустилась и накрыла ребят, словно одеяло.

Они не успели даже вскрикнуть.

Когда через несколько секунд тень снова поднялась, оба парня были уже мертвы и лежали, уткнувшись лицами в цементный пол.

А кругом сновали крысы.

— Сколько же лет этому дому? — спросила Келли Фрейзер. — Он ведь очень старый, правда?

— Правда, — ответил отец, притормозив перед дорожным знаком. — Кажется, его построили в начале шестидесятых.

— Нам светит куча работы, — добавила мать, глядя в окно на зеленую лужайку. — В этом доме никто не жил уже много лет.

— А может быть, там и вообще никогда не жили? — заметил отец, сворачивая на Парковое шоссе.

— Что? Дому больше тридцати лет и в нем никто не жил? — удивилась Коди, сестра-близнец Келли, и наклонилась вперед. — Как же так случилось?

— Не тряси меня, — откликнулся девятилетний Джеймс, сидящий между сестрами и хныкавший всю дорогу до Шеди-сайда. — И вообще не трогай.

— Я и не трогаю, — огрызнулась Коди.

— Нет, трогаешь! — возразил Джеймс. — Отодвинься!