Первый Мир
Шрифт:
Гюнтер некоторое время рассматривал порядком истертые конические углубления, а затем выдвинул свою версию:
– Это не рисунок. Углубления по форме и размерам совпадают с отпечатком конечностей логриан. Думаю, учитывая, что дно ущелья имеет постоянный угол подъема, углубления использовались ксеноморфами в качестве опоры при пеших переходах.
– Нечто аналогичное лестнице?
– Можно выразиться и так, – согласился Гюнтер.
– Трудно даже вообразить... – Иван прикрыл глаза, пытаясь представить, как миллион лет назад по этой дороге двигались процессии логриан.
– Обратите внимание на стены, – посоветовал
Отвесные скалы действительно сохранили удивительные свидетельства былого. От дороги часто ответвлялись, превращаясь в узкие пандусы, своеобразные тропы, ведущие к черным, похожим на причудливые потеки смолы сооружениям, нависающим над древней дорогой.
Подобные постройки возводили инсекты. Только им было по силам пройти узким карнизом, проникнуть через небольшие лазы внутрь прилепившихся к скалам, устремленных ввысь башенок с ясно различимыми отверстиями бойниц.
– Сплошное укрепление... – задумчиво произнес Иван. – Против кого древние строили свои цитадели?
– Спросите у Урмана, – посоветовал галактлейтенант. – Он лучше других разбирается в артефактах и руинах.
– А вас они совершенно не интересуют? – спросил Столетов.
Лейтенант пожал плечами.
– У нас другие задачи. Нет времени любоваться красотами или проводить исследования. Вообще это все цветочки, дальше в горах и не такое увидите. Одно скверно – слишком уж там опасно.
У древнего портала дежурило подразделение в пять человек.
Больше людей Кречетов выделить не мог, гарнизон Арасты не был укомплектован и на треть. В таких условиях надежно перекрыть все проблемные направления на огромных территориях равнины, учитывая частые отказы техники, – задача нереальная, вот и приходилось действовать небольшими группами.
...Четыре боевые планетарные машины, тяжело бронированные, покрытые специальным многослойным составом, предохраняющим автоматику от губительного воздействия излучения центрального энергетического сгустка системы, застыли в капонирах, перекрывая секторами обстрела тщательно выровненное, лишенное каких-либо укрытий пространство километровой зоны отчуждения, окольцовывавшей древнюю постройку.
Капитан Горин находился на командном пункте, двое галактлейтенантов дежурили на наблюдательных постах, двое отдыхали, только что сменившись.
Настроение у галакткапитана было паршивым. Что-то угнетало, подспудно давило на психику, с самого утра его терзали смутные и не обоснованные показаниями приборов предчувствия, словно вокруг витало некое, недоступное для автоматических систем напряжение, – так воздух сгущается перед грозой, обещая скорый ливень.
Вроде бы все в порядке и реального повода для беспокойства нет, но Горин привык доверять интуиции и в полном смысле не находил себе места, пытаясь логически вычислить источник неприятного ощущения. Вообще-то дежурство у портала считалось едва ли не отдыхом – с момента его обнаружения с той стороны прибывали лишь транспорты, эвакуирующие криогенные камеры с потерпевших крушение колониальных транспортов эпохи Великого Исхода. Никаких попыток силового прорыва реликтовых сервомеханизмов за истекший год не фиксировалось.
Сегодняшний день начался как обычно.
С утра неподалеку садилась «вертушка», чуть позже появилась БМК группы Шершнева,
Что же так саднит на душе? – подумал Николай, осматривая окрестности.
Отвесные стены скал, темный разлом ущелья, голое, пыльное плато, испятнанное руинами логрианского города, мертвая тишь вокруг, лишь ниже, над лесом, на пологих склонах предгорий, кружат чем-то потревоженные стаи птиц.
Капитан перенацелил один из сканирующих комплексов, пытаясь понять, что или кто потревожил пернатых обитателей леса?
Явление странное, можно сказать – необычное. Еще минут пять назад в безветренном зное полудня не было видно ни одной птахи, а тут неведомая, но неодолимая сила выгнала их из спасительной тени, всполошила, заставила подняться выше крон и кружить, сбиваясь в плотные, растущие на глазах стаи...
Взглянув на голографический монитор тактической подсистемы, где уже сформировалась модель лесного массива со всеми отслеженными в зонах эффективного сканирования сигнатурами, Горин невольно вздрогнул.
Под сенью деревьев приборы обнаружили целую реку аномального тепла, в которую со всех направлений вливались своеобразные ручейки...
В первый момент галакткапитан не сообразил, что наблюдает за массовым бегством животных, которые неслись в направлении горного массива, будто обезумев, забыв о пищевых цепочках, – при детальной развертке стало ясно, что традиционные хищники и их жертвы бегут бок о бок, спасаясь от непонятной и потому еще более зловещей опасности.
Пожар? – промелькнула мысль, но Николай тут же отверг возникшее предположение. Горизонт просматривался прекрасно, но ни дыма, ни огня над лесом не видно, да и сканеры молчат...
Определив направление движения животных, Горин немного успокоился – живая река, устремившаяся в горы, не задевала позиций его группы, но сам факт их внезапного панического бегства настораживал.
Известно, что в некоторых ситуациях животные чувствуют приближение какой-либо стихийной катастрофы задолго до того, как признаки грядущего катаклизма начинают фиксировать приборы.
– Внимание всем! – Галакткапитан машинально коснулся нескольких сенсоров, поднимая тревогу и одновременно отсылая только что полученный файл сканирования на базу, благо передатчики работали сегодня без сбоев.
В следующий миг он ощутил легкий толчок, словно земля и камень шевельнулись под ногами.
Землетрясение?
Секунду спустя знойную тишину внезапно разорвал тоскливый, заунывный вой.
На КП появился заспанный, встревоженный Алехин, за ним показался галактлейтенант Корер. В глазах офицеров читался немой вопрос, на который Горин пока не мог ответить.
Он молча указал на сферу стек-голографа тактической подсистемы.
К вою теперь примешивались встревоженные голоса птиц, громкие вопли крупных животных сотрясали воздух, кроны крайних деревьев, расположенных под обрывом, вдруг мелко завибрировали, словно на них налетел порыв ураганного ветра, и вдруг по лесу прокатилась зримая волна: деревья стало клонить к земле, они сгибались, некоторые не выдерживали и ломались с громким треском.