Первый среди равных. Книга II
Шрифт:
Шатун мягко развернулся на месте. Обойти его не получилось. Несмотря на свои габариты, двигался Аршавин, как громадная кошка. Ещё несколько ударов по корпусу, по ногам… Тянуться до головы противника смысла не было. Ратай возвышался надо мной, как настоящая гора.
Минут пять я использовал командира своей ближней дружины в качестве груши, выводя своё тело на пик напряжения. Оно пыталось найти способ облегчить свои мучения и закономерно тянулось к Источнику. Магия в теле любого адепта была неразрывно связана с его жизнью. Просто не все обращали внимание, что эта связь
Ещё в прошлой жизни я узнал, что всё намного интереснее. Особенно если умеешь правильно использовать не только доступную энергию, но и собственное тело. Доставшееся мне тело обладало двумя аспектами. Огонь чаще предназначался для атаки, а вода работала на защиту.
Через семь минут с начала поединка, тело наконец пришло в нужное состояние. Дыхание стало горячим, словно я готовился к трансформации. Источник окрасился энергией огня и я тут же ускорился. Вместо прежних прямолинейных атак начал действовать сложнее. Странные и зачастую дёрганые движения заканчивались не прямым ударом, а касанием или вовсе тычком. На лице Аршавина появилось задумчивое выражение, но прерывать поединок он не торопился.
На исходе десятой минуты мы разошлись в стороны. Я тяжело дышал, а Ратай выглядел так, словно недавно проснулся. При этом я был крайне доволен собой, хотя так ни разу и не смог пробить защиту противника.
— Ваша очередь, Николай Петрович, — произнёс я и вышел в центр круга. Перенастройка источника требовала времени, но я решил провести второй раунд в том же ключе. — Начинайте.
Шатун коротко кивнул и нанёс сокрушительный удар ногой. Я блокировал локтем и улетел к краю площадки вместе со своим блоком. Вот только Аршавина это не остановило. Спустя мгновение он уже был рядом. Я откатился в сторону избегая добивающего удар. Ботинок Ратая ударил в землю. Сверху обрушился ещё один удар. От него я уйти уже не успел, поэтому только напрягся всем телом.
Быстро вскочил на ноги. В плече пульсировала тупая боль, словно мне врезали ломом. Следующие несколько минут спарринга слились в одну сплошную попытку избежать новых травм. Тело отчаянно пыталось получить хоть какую-то поддержку, разум твердил, что это безумие и надо остановить тренировку. Это же только тренировка! Ратай прекрасно поймёт. Хотя бы передохнуть нужно!
Сплюнув кровавую слюну, поднялся после пропущенного удара и встал в стойку. Источник заполнил аспект воды. Можно было начинать.
Ратай прищурился и внезапно сменил тактику. Каким-то непонятным чутьем Аршавин уловил перемену в моём поведении и начал действовать осторожнее. Его удары стали быстрее и точнее, но при этом противник держался на расстоянии, хотя по условиям поединка атаковать в ответ я не мог. Но мне этого и не нужно было делать.
Очередной удар Аршавина прошёл мимо. Я сместился всего на пару сантиметров и осторожно проводил руку Шатуна. Он подался вперёд и ударил локтем, но снова неудачно. Так продолжалось ещё пару минут. За это время я не пропустил ни одного удара и полностью контролировал ситуацию.
— Кто вас обучал, ваша светлость? — когда прозвенел
— В сети всякого насмотрелся, — усмехнулся я. Теперь наступал самый сложный этап, когда в Источнике приходилось держать сразу два аспекта. Тут важен был баланс и я понимал, что долго выдержать такую нагрузку просто не смогу. — А на тренировки времени у меня было достаточно, Николай Петрович. Плюс кое-что сам придумал.
— Понятно, — с сомнением хмыкнул Ратай. — Предлагаю вам небольшой перерыв перед третьим раундом, ваша светлость.
— О нет, Николай Петрович! — выходя в середину тренировочной площадки, широко улыбнулся я. Внутри кипела гремучая смесь двух аспектов, которую мне очень трудно было удерживать в равновесии. Энергия требовала выхода, но я не собирался использовать магию. Задача передо мной стояла совсем другая. — Как раз самое время продолжить наш поединок.
— Что ж… — останавливаясь напротив меня, протянул Ратай. — Как скажете, Ярослав Константинович. Начинайте.
Глава 2
Баланс. Основа выработанного мной давным давно стиля боя полностью зависела от правильного баланса аспектов. Сейчас перекос в сторону огня достигал пяти единиц. Компенсировать его приходилось сознательно и это пожирало уйму сил.
Сближение. Резкий тычок пальцами в область бедра противника. Как сполох пламени. Источник попытался подключиться к атаке, но я не дал ему этого сделать. Аршавин легко уходит в сторону и бьет боковым в голову. Остаюсь на месте. Неестественно замираю посреди движения и перетекаю в другую стойку.
Ратай промахивается, но использует инерцию для удара с разворота. Приседаю и пропускаю руку противника над головой. Касание корпуса противника. Успеваю дважды, будто решил похлопать Шатуна по прессу. Снова перетекаю в другое положение.
Ратай начинает злиться. Не знаю сколько от своих возможностей он использовал раньше, но сейчас его скорость увеличилась раза в два. Я закрыл глаза и сосредоточился на пространстве вокруг. Каждая угроза полыхала красным. Варианты защиты растекались перед глазами синими разводами. Я создавал водоворот двух аспектов и затягивал в него Ратая. Ещё трижды мне удалось коснуться противника, а потом я понял, что больше не выдержу.
— Я всё, — только и успел произнести, а потом, как подкошенный, рухнул на землю. Успел увидеть, как в паре сантиметров от моего лица замер кулак Аршавина, а потом отключился.
В себя пришёл от ощущения прохлады и свежести. Когда открыл глаза, увидел задумчивое лицо Ратая, который обтирал меня мокрой тряпкой. Если бы на моём месте был кто-то из его бойцов, то вместо тряпки Аршавин бы просто вылил всё ведро. Хорошо, что со мной он так поступить не решился.
— Я в норме, — хрипло произнёс я. — Спасибо, Николай Петрович. Извините, что так неудачно получилось. Не рассчитал силы.