"Первый" Том 6
Шрифт:
– А если все пять сработают?
– Еще того лучше. Чем больше людей Прохорова там в Воркуте засветятся, тем лучше.
– Судью тебе не жалко?
– Нет. Заслужил. Мерзкий тип. Кроме того, есть приличный шанс, что он еще и на всю страну прославится. Так он в результате и в Верховный Суд попадет. Председателем. Это уж, как повезет. В любом случае, слава такая, на весь мир – это для него некая гарантия.
Беспредела над ним учинять не будут нигде и никогда. Да и деньги придут. Если миллиард людей твое имя
Дело это сейчас самое важное и перспективное, но о безопасности не забывай – всех наших сразу после окончания этой операции отправь за границу, да и сама на время к родне съезди. Отчеты все мне пересылай сразу, но на меня особо не рассчитывай. Только в экстренном случае. Дел очень много накопилось. Очень. У меня все.
– Подожди, хоть минуту. Такое дело, я еще долго в себя прийти не смогу. Это же в историю войдет. В мировую. Мы ее изменим. То есть ты.
– Там видно будет. Это у тебя сейчас эмоции, ты все обдумай и действуй. Общаться будем сообщениями в почте. Так быстрее. Все. Пока. Удачи.
– Пух, ты тут? Где мы?
– Не знаю. Темно. Сейчас на карте посмотрю. Странно, мы в Столице, но почему-то темно и вонь жуткая. Что случилось?
– Я кису хотела освободить.
– Это я понял еще до того, как ты клетку с пантерой открыла. Зачем? Куда бы она убежала? Вокруг огромный город, ее же убьют теперь.
– Не убьют. Я не дам. Киса, ты моя лапочка.
– Она что, здесь? Рядом?
– Да, руку мне лижет. Симпапуля.
– А почему я ее не вижу, я имею в виду глаза. Они же должны светиться в темноте.
– А я откуда знаю? Вот у нее и спроси.
– Эх. А ты не знаешь, что там случилось? В кабаке.
– Неа.
– Лизка, я же по голосу чувствую.
– Я, в самом деле, не знаю. Когда тот придурок на меня с кисой какой-то амулет направил я печать сломала.
– Какую еще печать? Я ни на клетке, ни на пантере ничего с печатями не видел.
– Он на полу валялся и я его подобрала. А тут такое дело, нужно было что-то сделать и быстро. Ну вот.
– Что, ну вот? Я же рядом стоял. Пол был грязный, но печатей там не было точно.
– Это еще в лаборатории Афанасия. Все побежали и я побежала, а он мне под ноги сам попался. Свиток. Не пропадать же добру? Я тогда испугалась.
– Ты? Испугалась?
– Я за дом и имущество Афанасия, а потом забыла его отдать.
– И ты сломала печать на том свитке? Там же на столе лежали заготовки, это же незаконченное было. Он же нам объяснял, что это опасные вещи. Туда уже энергия была закачена. Мана. Что с нами будет? Куда мы попали? Что с тем кабаком случилось?
– Падите ниц, презренные.
– Пух, это еще кто?
–
– Не видишь, я ее и так обняла. Не рычи так, малышка.
– Малышка? Да она центнер весит. И что я должен увидеть? То есть как?
– Я король и повелитель всех разумных.
– Слышь ты, король. Не скажешь – куда это мы попали?
– Сначала – ниц.
– Вот козел. Пух, что такое ниц? Где-то я это уже слышала.
– По-моему, он хочет, чтобы мы легли.
Глава 21
– Здесь? Дебил. Я же пропахну вся, под ногами что-то скользкое, а запах убить может. Я – тоже, если мне еще кто-то скажет, что я лечь должна.
– Плебеи, если вы не окажете мне знаков почтения, то я низвергну вас вон. Во тьму внешнюю.
– Ладно. Давай. Я согласная. Здесь тоже тьма, но еще и вонь, а там, надеюсь, хотя бы воздух будет почище.
– Простите, уважаемый, вы не подскажете нам, где это мы оказались?
– Невежи. Это мое царство и я здесь король.
– Слышь ты, король, а где твои подданные? Тихо что-то.
– Я король в изгнании. Меня предали враги нашего народа.
– И кто твой народ? А враги кто?
– Это самые разумные и могущественные существа во всей вселенной.
– Что-то я сильно в этом сомневаюсь. От разумных и могущественных должно пахнуть лучше. Король, а ты свет можешь сделать?
– Зачем? Я и так все вижу, а на вас мне плевать.
– Пух, а ты?
– Сейчас. Я уже достал. – Пух щелкнул обычной механической зажигалкой и в руке у него зажегся огонек. Слабое колеблющееся пламя осветило мрачный сырой тоннель.
– Блин. Гоблин. – Лизка едва успела удержать рванувшуюся пантеру и то, только потому, что до этого ее обнимала. Гоблин, который, скорее всего, преувеличивал свою способность видеть в темноте, и для которого появление черной пантеры стало сюрпризом, исчез. Банально удрал.
– Пух, я пока Кису держала, не заметила, куда король свалил.
– Я тоже. Но это же тоннель и варианта только два. Мимо нас он не пробегал, значит – он перед нами. Скорее всего, он сюда пришел оттуда и где-то там, в глубине его жилище. А нам нужно в другую сторону.
– Почему? Пошли, посмотрим, как гоблины живут. Вдруг достижение получим? Ой.
– Что ой? Лизка, ты же пантеру выпустила.
– Я случайно. Ну, почти. Пусть побегает на свободе, вдруг гоблин вежливым станет?
– Эх.
Пух опять тяжело вздохнул, с упреком посмотрел на Лизку, поднял зажигалку повыше над головой и пошел вперед, вслед за умчавшейся пантерой. Лизка сразу пристроилась рядом.
– Пух, а как получилось, что мы в Столице и не в Столице одновременно? Это какая-то хитрая магия Афанасия? Крутой маг, надо будет к его свиткам присмотреться.