Первый удар (сборник)

Уланов Андрей Андреевич

Из служебных ворот выкатился полицейский броневик с пожарным насосом на прицепе. Над броневиком колыхался беззвучный белый султан пара – рев гудка тонул в гаме побоища. Двое рабов, путаясь в цепях, бешено качали помпу. Карабинер в золоченой каске декуриона ворочал ствол водомета, разбрасывая тугой водяной струей толпу дерущихся…

…Спартак, оттащив помятого Мирчо в нишу, вытянул из-за второго поножа бутылку спирта и сунул горлышко в зубы румыну:

– Пей, товарищ!.. Так-то вот… И поганая же у нас все-таки работенка!..

4

…Страна эта велика, в ней много лесов с хорошей древесиной. Через всю страну протекает река Итиль и другая река, называемая Кара-Итиль, которая впадает в Итиль возле города Болгар. Теперь эта страна принадлежит племенам Вису, бледным и беловолосым, как Иблис, их прародитель. Однако в окрестностях города Казан, что в переводе значит «котел», и другого города, называемого Челны, что в переводе значит «лодки», еще живет много правоверных. Они прячутся в лесах и сражаются с неверными, где только могут, и убивают их. Когда же они не могут справиться с неверными, они быстро

скрываются в лесах…

Абуль-Хамид ал Гарнати ал Джадид. Книга путей и царств [23]

23

– Абуль-Хамид ал Гарнати ал Джадид (? —?) – знаменитый моисельманский географ и путешественник. Выходец из андалузских ренегадос (до обращения в моисельманство – Хулио Хименес). Прославился путешествием вокруг Европы, которое описал в монументальной «Книге путей и царств» (сохранилось 6 глав из 132). По свидетельствам современников, отличался крайне неуживчивым характером и большой разнузданностью; обычно имел от 2 до 6 любовниц и любовников одновременно (см.: Абдулатип Халимходжо. Борьба за моральный облик мусульманина в Объединенных Азиатских Эмиратах в период правления Душманбинской династии // Ислам тарихчы. Вып. 16. Душманбе-и-Шариф, 416. С. 214–221). По сообщению консула Хуссейнитского халифата в Самарканде Гасана бен Якуба Цинципера, был расстрелян из пушки ортодоксальными мусульманами-фанатиками у стен Шах-и-Зинда в период Большой Резни 160–173 гг. (см.: Хаммад бен Джафар Рабинович. Схватка за Средний Восток: моисельманство и фундаментализм. – Рамат-Ган, 460. С. 318–320). Тогда же, по всей видимости, погибла большая часть рукописи «Книги путей и царств».

По пыльному асфальту КамАЗовской трассы брела вереница людей в длинных белых рубахах, расшитых по подолу красными узорами. Вдруг в чахлой лесополосе взревели моторы, и на шоссе выкатилось с десяток мотоциклистов на красно-зеленых «Восходах». Передний, забренчав шашкой, соскочил с мотоцикла, поправил на макушке каляпуш [24] и, сбивая пыль с чапана [25] рукоятью нагайки, засеменил на кривоватых ногах к сразу остановившимся прохожим.

24

Татарский мужской головной убор, род тюбетейки

25

Верхняя одежда из грубого сукна, носилась поверх шубы, кафтана для защиты от ветра.

– Кая барабез? [26] – ласково спросил он.

– Ялабуга марте, [27] – ответил ему первый из вереницы, сжимая до побеления пальцев длинный посох с бело-голубым флажком.

– Кем буласез? [28] – мотоциклист обвел нагайкой остальных прохожих.

– Марий улына… [29] – севшим голосом ответил передний.

– Нинди кызык!.. – мотоциклист сдвинул каляпуш на лоб и деланно-озадаченно почесал затылок. – Финнча хайваннэр! [30] – радостно сообщил он своим спутникам. Те загоготали, хлопая себя по бедрам и выбивая тучи пыли из чапанов и жилэнов. [31]

26

Куда идем? (тат.)

27

До Елабуги (мар.)

28

Кто будете? (тат.)

29

Мы марийцы (мар.)

30

Как интересно… Финские скоты! (тат.)

31

Жилэн (джилян) – верхняя мужская одежда, род халата

– Ке те? [32] – дрожащим голосом спросил мариец.

– Без – Фаузиянын егетлэр! [33] – гордо сообщил мотоциклист, помахав кнутовищем в сторону своих соратников. Один из них между тем неторопливо потянул из сафьянового чехла СКС. [34]

– Уке, уке шол!.. [35] – испуганно загалдели марийцы, сбиваясь в кучу у обочины. Старший мотоциклист рассмеялся, вскарабкался на свой «Восход», крикнул: «Айдагыз, малайлар!» [36] – огрел нагайкой заднее колесо, и вся компания в треске моторов и облаке пыли канула обратно в лесопосадку.

32

Кто вы? (мар.)

33

Мы – джигиты Фаузии! (тат.)[80]

34

Самозарядный карабин Симонова

35

Нет, нет!.. (мар.)

36

Поехали,

ребята! (тат.)

– Ме тендан порылыкдан огына мондо! [37] – облегченно прокричал им вслед старший паломник, и вереница людей в длинных белых рубахах снова побрела по КамАЗовскому шоссе, направляясь к святыне Великой Суоми – Ананьинскому могильнику.

5

…В январь 153. шел я в полуостров Таврика при. Здесь дает оно три народоплемени, которые соседонароды есть. Это есть греки, которые города Херсонес, Пантикапей, Евпаторию, Феодосию, Киркинетиду и др., между которых Херсонес и Пантикапей наибольшие и наикрасивейшие есть, имеют; тавротатары, которые Судак как столицу имеют; а также готы, которые в Крымских горах, где от древнего времени их столица Мангуп, которая также Новое Феодоро называется, находить себя имеет, живут. В севере полуострова лежит город Перекополис, который крепкая и сильная крепость на границе с Высокой Страной есть, в котором все три народо– племени совместно живут…

Подстрочный перевод книги Sigizmund von B"osestein «Die Reise in Tawrika, Hochland, Bulgarien, Grossfinnland und andere Lander» [38]

37

Мы не забудем вашей доброты! (мар.)

38

Сигизмунд фон Безештайн (106–169 гг.) – барон Восточной Марки Центральноевропейской Священной Империи, военный деятель и путешественник. Родился в 106 г. в замке Безештайн-ам-Мангельбах, третий сын фельдмаршала Зигфрида фон Безештайна. По окончании Зальцбургской военно-музыкальной академии им. В. А. Моцарта участвовал в VI Галльском походе. Получил звание региментсфюрера и Железный Крест за сражение при Нанси. Командовал Зальцбургским панцергренадерским полком во время VII и VIII Галльских походов. Отличился при подавлении IV Багаудского восстания в Лотарингии (ныне Западная Марка Центральноевропейской Священной Империи). Был сопредседателем военно-полевого суда на Процессе Трехсот Друидов. По выходе в отставку по состоянию здоровья (в 151 г.) увлекся географией. Предпринял путешествие в Восточную Европу, результатом которого явилось издание книги «Путешествие в Таврику, Хохляндию, Булгарию, Великую Финляндию и другие страны». Умер в 169 г. во время подготовки к путешествию в Африку от последствий вирусного гепатита, которым переболел в Кабардинской Булгарии.[81]

– …Мудрость, богиня, воспой Фемистокла, Ахиллова сына,Славный, который для Таврики благодеяний содеялСтолько…

– затянул слепой аэд, перебирая клавиши рояля. Базилей Фемистокл снисходительно улыбнулся, щелкнул пальцами, и темнокожий раб проворно, но аккуратно разлил в нитролаковые килики [39] разведенное розовой водой вино из дюралевой ойнохойи. [40]

– Славная массандра! – сказал, отхлебнув из килика, Сфенелай.

39

Столовая посуда, широкая чаша на высокой ножке; служила для питья вина.

40

Столовая посуда, род кувшина; служила для подачи на стол разбавленного вина.

– Под стать твоим апельсинам, – ответил любезностью на любезность базилей. – Метрополия всегда славилась апельсинами, но «Гефра» – превыше любых похвал.

– Льстец! – ухмыльнулся купец. – Был бы спрос… Ну, и как варвары?

– Без перемен. С тавро-татарами и неофеодорийскими готами живем мирно. А вот хохлосы… Дикари! Чудовища! Шестнадцать раз пытались пробиться на Полуостров – и все мало. Ладно, хоть берут не уменьем, а числом. Взвода гоплитов морской пехоты довольно, чтобы разогнать сотню-другую этих их… э-э… «сичевиков». Экзарх Перекополиса – опытный стратег, снарядов хватает, федераты дерутся стойко – благодарение богам, Перешеек все еще в наших руках.

– Да хранит вас Афина Паллада! – воскликнул Сфенелай, метко плеснув вином в треножник перед иконой «Агиа Афина». – Кому сейчас хорошо? Вам плохо, нам не легче. Вот ты говоришь – «апельсины», «Гефра». А знаешь, чего стоят эти апельсины? Конвои прорываются в Понт едва не с боем – османы совсем закрыли Пропонтиду. Падишах ломит такие пошлины… – Сфенелай прижмурился и покрутил курчавой головой. – Впору топить товар в Геллеспонте, право, это будет дешевле, чем везти его дальше!

Он повертел в пальцах опустевший килик и вопросительно глянул на базилея. Тот, спохватившись, снова щелкнул пальцами, и массандра забулькала из дюралевого носика.

– Теперь житье одним евреям, – печально сказал Сфенелай, пригубив вина. – Кстати, что у вас с Одессой?

Темнокожий раб, наполнявший свежим вином ойнохойю, подпрыгнул от ужаса и с плеском утопил эмалированный киаф [41] в огромном фаянсовом кратере. [42] Базилей Фемистокл с каменным лицом в два глотка опустошил килик.

– Иудеи!.. – только и сказал он. – Вот разберемся с хохлосами, тогда…

41

Столовая посуда, род черпака; служил для переливания вина из кратера в ойнохойю.

42

Кратер – столовая посуда, крупный глубокий сосуд с широким горлом; служил для смешивания вина с водой перед подачей на стол (греки традиционно пили вино разбавленным).