Пес войны
Шрифт:
Словно оступившись на идеально выложенной тротуарной плитке, Тимур остановился. Неловко ухватившись за чугунный узор, оглянулся. Во взгляде блуждали боль, недоумение… А когда на темном фоне сплошных кедровых стволов появилась фигура Хасана, вразвалочку направлявшегося к нему, губы скривились в блеклой ухмылке человека, слишком поздно осознавшего смысл происходящего…
— Что же ты, собака… в поясницу?! — прошептал он подошедшему вплотную убийце. — Неужели не мог сразу в сердце?..
— Почему же не мог? Мог! — блеснул тот золотом коронок. — Просто торопиться мне некуда, понимаешь?..
Он
Спустя пару минут, когда Хасан вдоволь наслушался стонов и насладился предсмертными страданиями жертвы, прозвучал последний — пятый выстрел…
Вечером того же дня в офис позвонила горничная Тимура и со слезами в голосе сообщила о смерти хозяина. Сейчас возле его особняка уже во всю хозяйничали оперативники с криминалистами…
Стоящая напротив Газырова вторая на сегодняшний день бутылка почти опустела. Откинувшись на спинку огромного кожаного кресла и уронив голову на грудь, он сидел неподвижно, вспоминая молодость и давнюю дружбу с Тимуром. Конечно же, Руслан все понимал. И то, что это убийство — дело рук Хасана, и, самое ужасное — то, что другого пути разрешения нависшей проблемы все равно не было. Нет, он не оправдывал чудовищного поступка бесчувственного изверга Хасана, но какое это имело теперь значение?..
Внезапно дверь кабинета чуть приоткрылась…
— Руслан Селимханович, — робко позвал помощник — расторопный кавказец лет двадцати восьми.
— Чего тебе? — очнулся тот, подняв на молодого сородича остекленевшие и полные печали глаза.
— Извините, я бы не стал беспокоить… но звонит ваш брат… из Очхоя.
— Брат? Пусть Люба немедля соединит…
Он готов был наброситься на помощника за его внезапное вторжение, да, услышав про Джаруллу, моментально остыл, расслабился…
— Да-да, Джарулла, говори! Отлично слышу! — широко улыбался и громко кричал в трубку Газыров.
Сизый табачный дым, струившийся от переполненной пепельницы, добавлял в тяжелый воздух прокуренного кабинета, полупрозрачного, белесого тумана.
— Брат, дорогой! Я тоже очень рад! Давно не был, ты прав… Ну, что ты! Куда уж сейчас ехать-то — у вас такое творится! Новости страшно смотреть — столько крови, столько смерти… Вишь как они за полевых командиров взялись!.. К очередным выборам дело идет… Ну, рассказывай, как вы там вы все?
Уже позабыв о смерти Тимура, Руслан Селимханович преобразился и подобрел. Он кивнул помощнику, дозволяя войти в кабинет, и даже плеснул ему коньяка в собственную рюмку…
— Какой дальний родственник?.. Кто-то из рода Даутовых? Нет… Так, я его знаю? — пожилой чеченец в некотором замешательстве жестом подозвал молодого человека и показал на ручку и бумагу, — да-да диктуй, записываю…
Быстро что-то чиркнув на листке, седобородый кавказец продолжал слушать собеседника. Помощник, находившийся все время рядом, наблюдал, как шеф
— Ну что ты, брат! Какой я большой человек?! Обычный… И все наши законы прекрасно помню, не сомневайся — от шахады до шариата… — Руслан Селимханович уже не улыбался, лицо посерело и сделалось озабоченным, — все будет нормально, не беспокойся. Встретим и поможем… Как там здоровье нашего уважаемого отца?..
Поговорив еще пару минут со старшим братом, президент компании медленно положил трубку на аппарат, и долгое время сидел молча, уставившись в одну точку. Стараясь не обращать на себя внимания, помощник курил возле открытого окна. Около трех лет, работая на Газырова, и уже неплохо изучив его характер, сейчас он осознавал: неожиданно появились какие-то серьезные сомнения и вопросы. Теперь босса лучше не трогать — в такие моменты ему требовалось немного покоя и времени. Хотя бы несколько минут, в течение которых обязательно найдется ответ и будет принято единственно верное решение, позволяющее если не устранить возникшую проблему полностью, то хотя бы приостановить ход ее развития. Так случалось не раз в их слабо прогнозируемой и, зачастую, рискованной деятельности…
За последние годы сложившегося бизнеса, к ним на Дальний Восток нередко наведывались с Северного Кавказа родственники и давние друзья. Кому-то позарез нужен был новый импозантный автомобиль, кто-то приезжал повидаться или отдохнуть на экзотическом побережье. Но с тех пор, как маленькая республика вступила на путь вооруженного конфликта с могущественным соседом, частые турне закончились.
Тем загадочнее и тревожнее прозвучал этот междугородний звонок, предупредивший о скором визите какого-то незнакомца…
Ранним и прохладным весенним утром, Газыров с помощником и четырьмя охранниками, прохаживаясь по железнодорожному перрону, ожидали прибытия поезда «Москва-Владивосток». Влажный порывистый ветер со стороны расположенного по соседству морского вокзала заставлял встречающих, поеживаясь, то и дело посматривать на часы.
— Странными загадками и почему-то испуганно говорил по телефону Джарулла… Много говорил и ничего конкретного! Если бы ехал действительно родственник, он обязательно назвал бы его и не делал из этого тайны, — Руслан Селимханович достал из кармана длинного кожаного плаща пачку сигарет.
— Возможно, серьезное дело задумал… — то ли спросил, то ли предположил помощник, поднося горящую зажигалку к сигарете босса, — по телефону о важных делах сейчас говорить не принято…
«Брат и в мирное-то время серьезными делами не увлекался, — подумал Газыров, вспоминая, как тот всю жизнь проработал за гроши на построенной недалеко от родного поселка нефтенасосной станции, — хотя, чем шайтан не шутит? Сейчас там война… Нефтепроводы, возможно, перекрыты, а работу предлагают только полевые командиры… Но для Джаруллы это не самый лучший вариант — какой из него воин Аллаха!? Возможно, посчастливилось, и брат нашел нормальный бизнес?..»