Пёс
Шрифт:
— Все! Все! — взмахнул руками Хильшер. — Не буду! Давайте работать! Кто возьмется на основе изученных документов реконструировать события тех дней?
— Вот это дело! — уловив перемену в поведении Хильшера, обрадовался Зиверс. — Узнаю твердую профессорскую хватку.
— Ладно, шутки в сторону, — Фридрих вновь был предельно собран. — Карл, ведь ты в нашем мире возглавлял подобный проект?
— Да. Цели и задачи проекта совпадают. Только, по всей видимости, здесь его удалось реализовать…
09.03.1935 г.
Германия. Берлин.
«Общество по Изучению Наследственности».
Рейхсфюреру СС Гиммлеру. Личный штаб, отдел «А». «Совершенно секретно». Тема записки: к вопросу о проекте «Круг Богини Смерти».
Дорогой Вольф! Вчера ко мне обратился бригаденфюрер СС Вейстхор, возглавляющий проект « Круг Богини Смерти».
Подписано:
Оберштурмбаннфюреру СС Зиверсу. «Общество по Изучению Наследственности». «Совершенно секретно». К вопросу о проекте «Круг Богини Смерти».
Дорогой Зиверс! Рейхсфюрер СС издал распоряжение о том, чтобы бригаденфюреру СС Вейстхору, возглавляющему проект «Круг Богини Смерти», в кратчайшие сроки предоставили все необходимое для его работы. Для создания мобильной группы, действующей на неподконтрольной нам территории, прошу Вас обратиться в Главное Управление Имперской Безопасности РСХА к группенфюреру СС Рейнхарду Гейдриху, который будет курировать ваш проект. Все необходимые распоряжения уже сделаны. Непосредственно разработкой и проведением операции будет заниматься шестое управление РСХА. Руководитель службы внешней разведки СД Хайнц Йост уже формирует группу захвата.
— Подписано личным референтом Гиммлера, — прочитав документ, Зиверс передал его Виллигуту. — Как-то не по-детски в этот раз взялись: курирует операцию непосредственно глава управления РСХА, разрабатывает лично начальник 6 управления!
— Завершающий этап! — щурясь, словно развалившийся на солнышке сытый кот, довольно произнес бригаденфюрер. — Слишком высоки ставки! Двенадцать хрустальных черепушек уже ждут своего часа…
— А ты уверен, что этот «Митчелл-Хеджес», именно то, что нужно?
— Как я могу быть в этом уверен? Вот когда он будет у меня в руках… Вспомни, сколько пришлось корпеть над остальными артефактами? Сколько фальшивок прошло чрез мои руки?
— Ты хочешь сказать, что все двенадцать черепов подлинные? — не поверил Вольфрам.
— Конечно же, нет! — усмехнулся Вейстхор, как будто оберштурмбаннфюрер сморозил несусветную глупость. — За тысячелетия использования артефактов они не могли остаться в неприкосновенности! Какие-то были разрушены, какие-то безвозвратно потеряны…
— Но тогда вся наша затея теряет смысл! — воскликнул Зиверс.
— А вот и нет! — с жаром возразил Карл. — За столь продолжительный срок использования черепов с них были сделаны тысячи копий. Подчас грубых и примитивных, эти пустышки я сразу отбраковывал. А подчас очень точных, с соблюдением всех пропорций… Эти точные копии пускай и не наделены всеми свойствами настоящих артефактов, но и они не просто произведения искусства! К тому же, есть у кристаллов одно замечательное свойство — они обладают собственной памятью! Впрочем, памятью обладают любые предметы, а тем более предметы поклонения больших масс людей… Параллельно проекту с черепами я разрабатываю еще один… Правда, он еще пока тут, — Карл постучал себя костяшками пальцев по лбу, — но вскоре я изложу свои мысли на бумаге… Для рейхсфюрера.
— И что это за проект? — заинтересовался Зиверс. — Я, как исполнительный директор «Наследия» имею право знать…
— Да, конечно, — согласился Вейстхор. Несмотря на свой высокий генеральский чин, он понимал, что должность управляющего «Анэнербе», пускай даже и носившего скромное звание оберштурмбаннфюрера, не пустой звук. Поэтому он не видел повода отказывать Зиверсу в просьбе. Так или иначе, он узнает о новом проекте первым, и не важно из каких рук. А так, возможно, и поспособствует в продвижении его по инстанциям. — Хочу поработать над эффектом «намоленных икон». Вам, Вольфрам, знакомо такое понятие.
— Приходилось слышать. Чудотворные иконы, мощи, мироточивые главы. Чудеса…
— Вот-вот, чудеса! Ведь что имеем изначально? Струганная дощечка, краски — ничего особенного. А на выходе — обыкновенное чудо! Хочу попробовать
— Так значит большинство наших черепов — подделки? — памятую заявление Виллигута, напрямую спросил Зиверс.
— Копии, — поправил Карл, — очень хорошие копии. А вследствие того, что эти копии использовались в различных культовых обрядах на протяжении длительного времени, они мало чем отличаются от оригиналов. Память и эффект «иконы». Хотя, — не стал отрицать Виллигут, — без нескольких настоящих черепушек ничего бы не получилось. Но у нас их целых четыре! Два черепа из тибетских монастырей, один — мексиканский, найденный солдатом императора Максимилиана, и один из Египта. Четыре из двенадцати! А если еще и этот последний… Ладно, не буду загадывать!
27.12.37 г.
Третий Рейх.
Орденский замок СС
Вевельсбург.
— Так вот ты какой! — шумно выдохнул Виллигут, бережно доставая из раскрытой коробки набитой белоснежной ватой ценный артефакт. Добыть его оказалось не таким уж и простым делом. Профессионалы из СД гонялись за ним больше двух лет. Этот Митчелл-Хеджес оказался поистине неуловимым путешественником. Он затевал раскопки в джунглях Амазонки, затем неожиданно срывался с места и срочно перебирался в Египет, Грецию, Россию. Несколько раз агенты СД в периоды кризисов Митчелл-Хеджеса, когда он враз лишался своих баснословных капиталов, предлагали ему продать артефакт. Но известный археолог делал большие глаза и говорил, что вообще не знает о чем идет речь. В конце концов, оказалось, что череп все время хранился у его приемной дочери Анны. Вот у нее-то и экспроприировали артефакт агенты шестого управления РСХА. Дипломатической почтой таинственный череп был доставлен в Германию, лично в руки семидесятилетнего колдуна Вейстхора. Даже беглого взгляда на идеально отполированный горный хрусталь оказалось достаточно для оценки уникальности артефакта. Этот череп настолько превосходил изяществом своих собратьев, насколько современный автомобиль превосходит деревенскую телегу. Артефакт, найденный Митчелл-Хеджесом, оказался настоящим шедевром! Едва Карл прикоснулся к прохладному минералу, в его голове зазвучали неизвестные голоса, а перед глазами закружился хоровод ярких картинок: залитые ярким солнечным светом джунгли, циклопические каменные пирамиды, не похожие ни на что ранее виденное, вереница туземных лиц, костлявых пальцев, что держали череп в своих руках… Виллигут одернул руки — видения исчезли, но голоса еще некоторое время продолжали звучать в его голове. Вскоре стихли и они. Сила артефакта вызывала невольное уважение и восхищение. С другими черепами тоже происходило нечто подобное, только для того, чтобы рассмотреть их картинки и услышать голоса, нужно было погрузиться в транс, либо заснуть рядом с артефактом. А чтобы вот так, без подготовки… Такого с Виллигутом еще не случалось, хоть он и считал себя сильным медиумом. А череп действительно тот самый, тринадцатый, концентрирующий в себе всю силу Круга Богини Смерти. Удача наконец-то повернулась к нему нужным местом! Срочно к астрологам! Пусть сделают расчет наиболее благоприятного времени для эксперимента…
«Во истину сегодня великий день! Это надо отметить!» — подумал Виллигут, закрывая коробку с черепом. Пританцовывая на ходу, он покинул помещение лаборатории.
18.02.38 г.
Третий Рейх.
Орденский замок СС
Вевельсбург.
Главный церемониальный зал Вевельсбурга выглядел в этот знаменательный день мрачновато-торжественно. Лишенная электрического освещения мгла, разгонялась лишь чадящими факелами, в изобилии разбросанными по древним каменным стенам. Лениво колыхались в теплых потоках воздуха многочисленные имперские штандарты и знамена, наполняя подобием жизни фантастических животных и птиц, шитых на полотнищах золотыми нитками. В центре зала на хрустальных подставках-колоннах, покоились оскаленные черепа, собранные со всего света неугомонным бригаденфюрером СС Вейстхором. Двенадцать черепов составляли идеальный круг, в центре которого на таком же хрустальном постаменте, только на локоть выше остальных, расположился череп найденный Артуром Митчелл-Хеджесом. Но, если все остальные артефакты смотрели хрустальными линзами глазниц в центр круга, то Митчелл-Хеджес был поставлен в специальное углубление постамента на «попа» и смотрел в потолок. Вокруг постаментов носился взмыленный пожилой колдун, отдавая последние распоряжения помощникам, превшими в честь торжественного дня в черной эсэсовской парадке. Смахнув со лба капли пота, Виллигут сделал несколько пометок в толстой тетради, которую ни на секунду не выпускал из рук.