Шрифт:
Симон Кресс жил один в полуразрушенной усадьбе среди сухих скалистых холмов в пятидесяти километрах от города. Соседям, которым он мог бы оставить своих животных, когда по делам он надолго отлучался из дома, у него не было. Сокол-стервятник не доставлял особых хлопот, он жил в гнезде на заброшенной колокольне и сам добывал себе пропитание. Пищуху Кресс выгнал наружу и предоставил собственной судьбе — пусть маленькое чудовище обжирается скальниками, улитками и птицами. Серьезную проблему представлял аквариум с самыми настоящими пираньями. В конце концов он просто бросил туда говяжий окорок. При основательной
К сожалению, в этот раз он задержался основательно. По возвращении все рыбы подохли. Исчез и сокол-стервятник, его сожрала пищуха, забравшись на колокольню. Симон Кресс был раздражен.
На следующий день он полетел глиссером в Эсгард — путешествие длиной около двухсот километров. Первый по величине город Бальдура обладал самым старым и большим космопортом планеты. Кресс любил показывать своим друзьям необычных и дорогих животных, а Эсгард — это то место, где можно купить что угодно.
Но в этот раз ему не везло. Хозяин «Ксенолюбимчиков» свернул свои дела, а в «т`Эферан — Продажа Домашних Животных» ему попытались всучить еще одного сокола-стервятника. «Таинственные воды» не блистали ассортиментом, кроме акул, пираний и паукообразных кальмаров. Все это уже было, а Крессу хотелось чего-нибудь новенького.
Сумерки застали его на Радужном бульваре, лежащем в непосредственной близости от космического порта и окаймленной рядами фирменных магазинов, занимавшихся импортом. Большие магазины привлекали длинными красочными витринами с товарами разложенными на войлочных подушках и соблазнительно выделяющихся на фоне темных таинственных штор. Между ними теснились маленькие магазинчики со всякой рухлядью — узкие ободранные забегаловки, витрины которых ломились от наваленного как попало всевозможного внебальдурского хлама.
Потом, уже рядом с портом, он наткнулся на небольшой магазинчик. Прежде Кресс никогда здесь не проходил. Магазин занимал небольшое одноэтажное здание, втиснувшееся между эйфория-баром и борделем — Храмом Сестер Тайны. Чем дальше, тем подозрительнее становился Радужный Бульвар. Витрину магазина заполнял необычный захватывающего вида туман, то бледно-красный, то серый — похожий на настоящий, то снова золотисто-красный. Подсвеченный изнутри, туман клубился и закручивался вихрями. Из тумана на Кресса наплывали какие-то предметы — машины, произведения искусства и другие товары, которые он не определил, так как не успевал приглядеться как следует. Туман кружил вокруг них очень хитроумно, показывая фрагмент то одной, то другой вещи, потом снова покрывая все. Это интриговало.
Пока он любовался, туман начал формироваться в буквы. По одному слову. Кресс остановился и прочитал:
ВО И ШЕЙД. ИМПОРТ. АРТЕФАКТЫ. ИСКУССТВО. ЖИВОТНЫЕ И ДРУГОЕ.
Буквы задержались. Сквозь туман Кресс заметил какое-то движение. Это было для него достаточно. Этого и слова ЖИВОТНЫЕ в рекламе. Он перебросил свою прогулочную пелерину в другую руку и вошел в магазин.
Внутри он почувствовал себя дезориентированным. Помещение казалось огромным, значительно превышающим размеры фасада. Подсвеченное мягким светом, оно казалось тихим и спокойным. Потолок представлял собой звездную панораму со спиральными туманностями, очень темную и реальную, необыкновенной красоты. Нежная подсветка прилавков подчеркивала очертания выложенных предметов. Низко лежащий туман застилал пол наподобие
Высокая, худая и бледная, одетая в практичный серый комбинезон и странную маленькую шапочку, сильно сдвинутую на затылок.
— Вы ВО И ШЕЙД? — спросил Кресс. — Или только продавщица?
— Яла Во, к вашим услугам, — ответила она. — Шейд не встречается с клиентами. Мы не содержим продавцов.
— У вас довольно большой магазин. Странно, что я никогда о нем не слышал.
— На Бальдуре мы открыли свой филиал совсем недавно. Но у нас есть магазины и на других планетах. Что вы хотите купить? Произведения искусства? Вы коллекционер? У нас есть скульптуры вырезанные из хрусталя, с планеты Нор Т`алюш.
— Нет, — сказал Симон Кресс. — Это меня не интересует. Я зашел присмотреть себе какой-нибудь талисманчик.
— Живой?
— Да
— Иноземный?
— Естественно.
— Мы можем предложить вам пересмешника из миров Цели. Маленькая, милая обезьянка, не только научиться говорить, но и подражать вашему голосу, его модуляциям, а также вашим жестам и мимике.
— Миленькая? — возразил Кресс. — Самая обычная? Только не это. Мне бы хотелось чего-нибудь экзотического. На самом деле необычного. И совсем не миленького. Не терплю маленьких зверей. Сейчас у меня живет пищуха, она завезена со Скота и стоит больших денег. Иногда я подкармливаю ее кошачьим дерьмом — последним словом я выражаю свое отношение ко всем миленьким созданиям. Понятно?
Во загадочно улыбнулась.
— А вы когда-нибудь сталкивались с животными, которое оказывало бы своему хозяину божественные почести?
Кресс скривился.
— О, время от времени. Я ищу только развлечений и не нуждаюсь в поклонении.
— Вы меня неправильно поняли, я имею в виду божественную честь в буквальном смысле этого слова, — сказала она, все еще загадочно улыбаясь.
— О чем вы говорите?
— Я считаю, что у нас есть возможность удовлетворить вас. Пожалуйте за мной.
Она провела его в тумане, между светящихся прилавков по длинному переходу под фальшивыми созвездиями. Они оказались в другой части магазина перед большой пластиковой емкостью.
Аквариум, — подумал Кресс.
Во подозвала его жестом руки. Он подошел ближе и понял свою ошибку. Это был террариум. Внутри, поблескивая нерешительным багрянцем, располагалась миниатюрная пустыня площадью около двух квадратных метров… Скалы из базальта, кварца и гранита. В каждом углу террариума стоял замок. Кресс посмотрел внимательно и сделал поправку. Стояло только три замка. Четвертый уже осыпался, покрылся трещинами и напоминал сказочные руины. Остальные, не такие уж загадочные стояли, как новенькие. На их стенах в округлых портиках сновали маленькие создания. Кресс прижал лицо к пластику.
— Насекомые? — спросил он.
— Нет. Эта форма жизни значительно сложнее и разумнее пищухи. Песочники — так мы их называем.
— Насекомые, — произнес Кресс, отходя от террариума. — Меня не интересует насколько они сложны.
Лицо его скривилось.
— И пожалуйста, не пытайтесь одурачить меня сказками о разумности насекомых. Простейшие нервные узлы…
— У них общее сознание, — перебила Во. — Для каждого замка. В этом террариуме находиться на самом деле только три организма. Четвертый умер. Посмотрите, замок уже разрушен.