Пешечный гамбит
Шрифт:
— Но этим исключается элемент внезапности, — возразил Тлеймейси.
— Совершенно верно. Но вы, в отличие от меня, хорошо разбираетесь в тонкостях игры. Поэтому мое условие хоть ненамного, но уравняет наши шансы.
— Я согласен, — после короткого раздумья кивнул олит. — Второе условие?
— Сначала мы сыграем тренировочную партию. Другими словами, только вторая партия определит, кто возвратится домой, а кто останется здесь. Это допустимо? — Келли взглянул в потолок.
— Правила игры вы определяете сами, — ответил Слейч.
Келли
— Тлеймейси?
— Я не возражаю. Начнем?
Игра Келли понравилась, хотя в основном ему приходилось только защищаться. Стратегию Тлеймейси он понял уже к середине партии, а к концу мог предугадать почти каждый ход олита.
— Интересная игра, — заметил Келли, когда они расставили фишки перед следующей партией. — Она пользуется популярностью на вашей планете?
— Нет. В древности она помогала развивать логическое мышление. Вы готовы?
— Да, — ответил Келли. Во рту у него пересохло.
На этот раз он избежал ошибок, допущенных в дебюте тренировочной партии, и по мере заполнения доски получил позицию ничуть не хуже Тлеймейси. Склонившись над столом, мучаясь над каждым ходом, он забыл обо всем, кроме игры.
И тут Тлеймейси допустил серьезный промах, подставив левый фланг под двойную атаку. Келли незамедлительно этим воспользовался и четырьмя следующими ходами снял шесть фишек соперника.
Раздалось громкое шипение, и от неожиданности Келли подпрыгнул в кресле. Он взглянул на Тлеймейси, и победная улыбка медленно сползла с его лица. Олит не мигая смотрел на него. В полуоткрытой пасти блестели ряды острых зубов. Руки инопланетянина лежали на столе, и Келли видел, как когти появлялись и исчезали вновь.
— Э… что-нибудь случилось? — весь напрягшись, осторожно спросил Келли.
На мгновение над столом повисла тяжелая тишина, затем Тлеймейси закрыл рот и окончательно убрал когти.
— Я расстроился из-за допущенной ошибки. Давайте продолжим.
Келли кивнул и вновь взглянул на игровую доску, но уже не мог сосредоточиться. В голову лезли нехорошие мысли. Он полагал, что игра идет на обратный билет. Теперь получалось, что на карту поставлена и его жизнь. Вспышка гнева Тлеймейси означала одно: олит не собирался смиренно принять свое поражение.
Келли сопротивлялся как мог, но нить игры постоянно от него ускользала. Десять ходов спустя Тлеймейси полностью компенсировал свои потери. Келли исподтишка поглядывал на олита, гадая, не устроил ли тот заранее подготовленный спектакль. Не мог же он броситься на соперника, будучи пленником Слейча… или все-таки мог? Что, если честь значила для него больше, чем жизнь, а проигрыш представителю другой цивилизации означал бесчестие?
По спине Келли текли струйки пота. Возможно, Тлеймейси и не думал об этом… Но опять же, кто бы взял на себя смелость утверждать обратное? Реакция олита на допущенную ошибку не показалась Келли дружеской шуткой.
Решение созрело незамедлительно. Келли пришел к выводу, что несколько дней в Игровом
— Игра закончена, — сказал Слейч. — Тлеймейси, возвращайся в Транссферу и готовься к отлету. Келли Макклейн, иди в комнату отдыха.
Олит встал, попрощался с Келли, скрестив руки перед собой, и вышел из лаборатории. Келли облегченно вздохнул и направился к себе.
— Для начинающего ты играл хорошо, — раздался вслед голос Слейча.
— Благодарю, — пробурчал Келли. Теперь, когда зубы и когти Тлеймейси находились за крепкой стеной, он засомневался в правильности принятого решения. — Когда следующая игра?
— Приблизительно через двадцать часов. После доставки олита на его планету Транссферу придется перенастроить.
— Двадцать часов? — Келли застыл на пороге комнаты отдыха. — Одну минуту. — Он повернулся и пошел к нише, где стоял стол, но не сделал и двух шагов, как перед ним возник и тут же взорвался огненный шар.
— Эй! — Келли отпрянул назад. — Что такое?
— Подходить к Транссфере запрещается, — последовал резкий ответ.
— Еще чего! Если я должен торчать тут целый день, то могу хотя бы взять книги? Они в столе.
— Понятно, — ответил Слейч после короткой паузы. — Пожалуй, ты прав. Можешь подойти к столу.
Келли хмыкнул и осторожно двинулся к нише. Протиснувшись к креслу, он выдвинул ящики стола и достал три книжки в мягких обложках, полдюжины журналов, блокнот и две ручки. Выйдя из ниши, он показал свою добычу.
— Видите? Ничего опасного. Ни одной нейтронной бомбы.
— Иди в комнату отдыха. — Слейч не нашел в словах Келли ничего забавного.
За игрой Келли забыл, что пропустил ленч и обед. Теперь пустой желудок напомнил о себе. Следуя указаниям Слейча, Келли нажал несколько кнопок в настенном пульте, рядом открылся люк, и землянин получил поднос с едой, безвкусной, но быстро утоляющей голод. Настроение Келли улучшалось с каждой ложкой. Поев, он взял одну из книжек и завалился на кровать. Но вместо того, чтобы раскрыть ее, уставился в потолок и задумался.
Реальность происходящего уже не вызывала у него никаких сомнений. Не было надежды и на побег из Игрового центра. Единственный путь лежал через Транссферу, механизмы управления которой находились за металлической стеной. К тому же его знаний вряд ли хватило бы для того, чтобы привести их в действие. Впрочем, Слейч обещал вернуть его на Землю. Судя по всему, он выполнял обещания, данные другим пленникам Центра, и у Келли не было оснований не доверять стрифу. Правда, предложенная ему игра существенно отличалась от той, в которую играли люди, побывавшие тут ранее, но Тлеймейси говорил, что олитам уже приходилось встречаться с представителями иных цивилизаций, после чего их отправляли домой. То есть победа в следующей игре скорее всего гарантировала ему отъезд на Землю.