Пешка
Шрифт:
Я впервые за день улыбнулась и зашла в компьютер. Мое сердцебиение ускорилось, тело охватил приятный трепет, когда я действительно осознала, что задумала.
Мои размышления прервал громкий свист, и я перевела взгляд на Финча, который недоуменно наблюдал за мной.
«Чему ты радуешься?» – показал он жестами.
Я сверкнула улыбкой.
– Я рада, потому что у меня появился план.
«Какой?» – в его взгляде читалась надежда.
– Коллеги родителей ничего мне не скажут, ведь я не одна из них. Так что придется мне присоединиться
Глаза Финча округлились.
«Как?»
– Мне еще нужно поразмыслить над деталями.
Например, как получить первое задание. Ни один связной не даст работу одинокому охотнику-новичку, а ты не можешь считаться настоящим охотником за головами, пока не получишь свое первое официальное задание.
«Я могу помочь?»
– Конечно! Я без своего партнера как без рук, – я задумалась на минутку. – Будешь управлять домашним штабом, пока я на заданиях. И мне нужна будет помощь с подготовкой к работе. Это самое важное.
Финч выпятил свою тощую грудку.
«В этом я хорош. Я помогал маме с папой».
– Знаю. Из нас выйдет крутая команда.
Я подняла ладонь, и он дал мне «пять» – точнее, «четыре» в его случае, так как у спрайтов было по четыре пальца на каждой руке.
Я вернула внимание к компьютеру. Поскольку никто не даст мне работу, оставался лишь один вариант. Открыв мамину таблицу, я посмотрела на последние два задания. Тут же вычеркнула торговца гореном. Я ничего не знала о том мире, и нужно совсем выжить из ума, чтобы браться за четвертый уровень в одиночку. Третий не многим лучше, но либо он, либо ничего.
Я кликнула на него, чтобы открыть заметки с подробностями. Гоблин уже месяц вел активную деятельность в этом районе, и, судя по нескольким случаям, когда его видели, подозреваемый жил в Проспект-парке. Одна команда уже пыталась – безуспешно – поймать его, прежде чем работу передали моим родителям. В заметках я обратила внимание на слова «смотровая площадка». Должно быть, мама с папой считали, что нора гоблина находится в той части парка. Если они окажутся правы, это значительно сузит мой круг поиска и не надо будет днями напролет бродить по парку.
Я откинулась на спинку кресла, мысленно перечисляя все, что мне было известно о гоблинах. Они жили одни, в норах, вырытых между корнями крупных деревьев. Эти отъявленные воришки не могли устоять перед блестящими, сверкающими предметами, особенно драгоценностями, и славились тем, что копили свои сокровища.
Я вспомнила давнюю новость о норе гоблина, обнаруженной под гигантским дубом в Северной Каролине, который упал во время бури. Серебра и золота нашли так много, что ими можно было заполнить кузов небольшого пикапа: от ювелирных изделий до столовых приборов, сервизов и серебряной урны – все предметы, которые числились украденными в городе за последние десять лет.
Гоблины являлись такими искусными ворами и оставались на свободе, потому что двигались с невероятной скоростью и мастерски сливались с окружающей обстановкой. Можно смотреть на них в упор и даже не знать об этом. Они не опасны, если только их не загнать в угол, а значит, если мне каким-то чудом удастся найти гоблина, нужно быть готовой ко всему.
Радуясь, что
Осознав, что почерпнула все, что только можно из этих книг, я закрыла их и встала. Полдень уже наступил, а значит, у меня оставалось меньше шести часов до захода солнца. Гоблины вели дневной образ жизни, так что застать их можно было только до заката.
Я покопалась в снаряжении и с помощью Финча собрала все необходимое и спрятала в старый школьный рюкзак. Затем надела одну из маминых кожаных курток с подкладкой, потому что они были удобными и теплыми, а также придавали мне уверенности, в которой я очень нуждалась. Оставив Финчу тарелку ежевики и пообещав вернуться до темноты, я, как настоящий охотник за головами, отправилась на свое первое задание.
Быстро найдя парковочное место неподалеку от парка, я приняла это за знак, что день будет удачным. Натянув шерстяную шапку и перчатки, подхватила рюкзак и вышла из машины.
Погода выдалась прохладной, поэтому я шла в ускоренном темпе, мысленно прокручивая свой план. Он казался достаточно простым, и Финч помог мне его придумать, но я боялась, что упустила из внимания что-то важное. Будем откровенны: если бы гоблинов было легко поймать, они не считались бы «тройкой», и та, другая, команда уже сдала бы его Агентству. Скорее всего, меня ждал грандиозный провал, но стоило хотя бы попытаться.
Папа часто водил меня гулять в Проспект-парк, так что я в точности знала, где находится смотровая площадка, и припарковалась рядом с ближайшим входом. Несмотря на мороз, день стоял ясный и солнечный, так что в парке было много народа. Я бы предпочла сделать это без зрителей, но люди уже давно привыкли к виду охотников на задании.
Вскоре я уже поднималась по ступенькам на смотровую площадку, и все внутри трепетало от предвкушения. Мне не верилось, что я действительно это делаю. Конечно, в более юные годы я фантазировала, как отправлюсь на крупные задания вместе с родителями, но никогда всерьез не планировала идти по их стопам. Если бы они не пропали, сейчас я искала бы работу, оставив поимку гоблина им.
На полпути я наткнулась на желтое ленточное ограждение: дорогу перекрывало упавшее дерево. Некоторое время я смотрела на него, размышляя, что делать дальше. Затем поправила лямку рюкзака, подняла ленту и прошла под ней. Знаков, что вход воспрещен, нигде не висело, так что фактически я не нарушала никаких законов, так ведь?
Я никогда не ходила сюда одна, и без людей это место выглядело каким-то грустным и заброшенным. Зато отсюда открывался прекрасный вид. Деревья давно сбросили листву, так что ничто не закрывало мне обзор на бруклинские крыши и озеро внизу. А еще там царила тишина. Не такая, как за городом, но непрерывные звуки городской жизни звучали намного приглушенней. Я понимала, почему гоблин захотел тут обосноваться.