Пешка
Шрифт:
Грендар хлопал в ладоши и орал: — друг давай цыганочку! Я плясал не только цыганочку, но русскую плясовую, а помогала мне всегда глазастая.
Глендар был счастлив и уснул прямо за столом, блаженно улыбаясь во сне как младенец. Маги постепенно разошлись, прихватив девушек. Данавар и советники валялись под походными столами не трезвея. Я так думаю они просто боялись протрезветь, ведь тогда надо будет думать что делать и как прекратить это охватившее глендара безумие войны, тут и до глубинных троп не далеко.
Посмотрев, что
Ночь прошла под прекрасное сновидение, я обнимал красавицу и был доволен, а когда проснулся, то увидел рядом с собой, ту самую бойкую девицу, что со мной танцевала. Девушка прижималась ко мне хрупким обнаженным тельцем и держала в объятиях своими крепенькими лапками. Хапужество у глендов было в крови. Я пошевелился, она открыла глазки, мурлыкнула и залезла с головой под одеяло.
Мое утро началось с приятных процедур, я был доволен, полон сил и задора. Поэтому отблагодарил глазастую по своему, как умел. Моя благодарность затянулась где-то на час. Наверное так на войну ходили только я и светлейший князь Потемкин. С войском выпивкой и с бабами.
Глендар еще спал, не покидая стол. Я растолкал его злого и похмельного, дал выпить эликсира и мы опять принялись праздновать начало священного похода. По устоявшейся традиции, советники быстро упились снова в зюзю. При этом второй требовал продолжение банкета, как только приходил в себя.
Девчонки опять пели, оркестр гремел басами, трубачи выдували медь, мы сидя на удобной спине голема пили и закусывали. Хирды браво маршировали, приняв с утра по чарке. Такая война им нравилась больше, чем когда они воевали без меня. Ближе к вечеру к нам подбежал воинский командир:
— Дальше территория противника и стоит сторожевой редут. Какие будут приказания? — вытянулся в струнку гленд.
— Остановиться и ждать моей команды праздновать первую победу вашего победоносного глендара. — ответил я.
Офицер посмотрел на победоносного главу клана, который безуспешно сражался с кружкой настойки и не мог ее побороть и согласно кивнул. А я ушел в скрыт и телепортами добрался до этого редута. Крепость готовилась к битве, ворота были заперты на стенах стояли черные солдаты.
— Мать честная! Точно негры! Я был сильно удивлен и подлетел поближе. Но оказалось это были не негры, это были лесные эльфары только черные как уголь. Я их насчитал сотню. Для обороны от четырех сотен гномов вполне достаточно. В руках у них были не луки а небольшие самострелы. На стенах стояли баллисты.
— Ну что же начнем наши победы, — сам себе сказал я и ушел в боевой режим. Действовал я просто, подлетал и бил кулаком в челюсть и так по всей стене, потом каждого усыплял. Когда защитники стен закончились, спустился во двор и начал избиение там. Потратив почти триста энеронов, я уложил всех противников, кроме командира. Его за шиворот вытащил из казармы и показал
— Видишь, твои солдаты повержены, — я обвел рукой двор и стены заваленные черными телами. — В ментале по крепости витал парализующий ужас. Шиза постаралось.
— Они все живы, у тебя есть время пока не стемнеет отсюда уйти вместе с ними. Со всех оставшихся я сниму шкуру на хромовые сапоги. Командир гарнизона стоял камнем, не веря случившемуся. Я отпустил его и сказал.
— Передай своему командиру. Что я иду на Вы.
Он в ступоре продолжал стоять и молчать. Для лучшего понимания я дал ему подзатыльник и спросил — у тебя кто командир?
— Гресса Ильридана, — ответил он потирая затылок и с со страхом посмотрел на меня. Но уже осознанным взглядом. Поморгал и не смело спросил: — А ты кто?
Я друг и гость глендара Грндара, мы пришли повоевать с вами и развеяться, но убивать мне не хочется, поэтому собирай своих черномазых и дуйте отсюда, не то куклус клан подойдет, вот он вас живыми не отпустит. Давай, давай поторапливайся, — подтолкнул я его в спину, скоро бойцы придут в себя и ими нужно будет командовать. Оружие знамена складывать у моих ног, кто попробует уйти с оружием, с того сдеру шкуру.
Постепенно солдаты приходили в себя, командир носился между ними, что-то объясняя и взоры всех обращались ко мне, одиноко стоявшему в центре двора. Вокруг меня кружилась клубами иллюзорная чернота, скрывая ноги. Я понимал что в их глазах я кажусь Темным властелином, а мне это только и надо было.
Тут один самый умный, или глупый стал разворачивать баллисту в мою сторону. Я вышел в боевой режим, прыгнул телепортом на стену и хорошим пинком послал его подальше и также вернулся обратно. Выход из ускорения и вместе со всеми кто пришел в себя, наблюдал полет орущего Икара. Он пролетел пол двора и упал, подняв кучу пыли.
— Не жилец, — сказал я, — пойдет на шкуродёрню.
Этот полет, и мой комментарий охладил все горячие головы. Сопротивление было подавлено на корню разлитым в воздухе ужасом, оно парализовало волю противника и сделало его беспомощным. Хотя это стоило мне изрядного количества энергии.
Дзирды уходили, понурившись, кидая мечи и арбалеты под мои ноги. Последним уходил командир, он бережно положил баннер своей сотни и не оборачиваясь ушел.
Я подождал пол часа. Увидел что летун зашевелился и застонал. Подошел к несчастному и стал его внимательно рассматривать. Такой же мелкий как лесные эльфары, черная кожа из-за которой я их принял за негров, длинные уши и красные большие глаза.
— Жить хочешь? — спросил я его, когда он с трудом поднял на меня свои глазищи. У него не было сил ответить, но он согласно моргнул. Будешь мне служить, если постараешься, может потом отпущу! — не терпящим возражения тоном приказал я, влил ему в рот эликсир и подлечил заклинанием. Через пять минут он был почти здоров.