Пешки ноль-А
Шрифт:
Женщина все еще лежала, отвернувшись к стене. Тогда Госсейн оценивающе посмотрел на мужчину. Значит, источником информации будет Юриг.
Гигант отвечал на его вопросы без колебания. Планета состоит из тысяч больших и малых островов. Только люди на трейлерах, предсказатели, могут свободно перемещаться по всей планете. Остальное население живет на островах. Каждый остров населен определенной национальной группой. Между островами существует торговля, небольшая миграция, но на ограниченном уровне из-за многочисленных торговых и миграционных препятствий.
Госсейн внимательно слушал.
Эти две системы развивались в изоляции от главного течения галактической цивилизации. И обе теперь были брошены в вихрь войны, охватившей такое обширное пространство, что под угрозой уничтожения оказались все планетные системы.
Госсейн продолжил расспросы.
– Кажется, вы не любите предсказателей. Почему? Гигант перевел взгляд с прутьев решетки на стену под окном.
– Издеваетесь? – сказал он.
Его глаза сузились в раздражении и вернулись к решетке.
– Я не издеваюсь. Я действительно не знаю.
– Они высокомерны, – резко сказал Юриг, – они предсказывают будущее, и они безжалостны.
– Последнее действительно звучит неприятно, – сказал Госсейн.
– Они все сволочи! – взорвался Юриг. Он с трудом глотнул. – Они поработили других людей. Они воруют идеи людей, живущих на островах. Из-за умения видеть будущее они выигрывают каждое сражение и подавляют любое восстание. Слушай, – Юриг прижался к решетке и заговорил серьезно, – я видел, тебе не понравилось, когда я сказал, что Лидж принадлежит мне. Мне плевать, нравится тебе это или нет, но, понимаешь, не стоит жалеть никого из них. Я видел, как женщины, вроде этой, сдирают кожу с островитян, – его голос стал язвительным, а потом злым, – и получают от этого наслаждение. Эта женщина пошла против Фолловера по своей личной причине. И первый раз за все века, по крайней мере я о таком не слышал, один из нас имеет возможность отплатить предсказателю. Разве можно не воспользоваться этим?
Впервые после того, как она легла, отвернувшись к стене, женщина шевельнулась. Она села и посмотрела на Госсейна.
– Юриг забывает сказать одну вещь, – начала она. Гигант взревел.
– Ты разговариваешь с ним! – неистовствовал он. – Я выбью твои зубы, как только получу такую возможность!
Женщина вздрогнула, не было сомнения, что она испугалась угрозы. Когда она заговорила снова, ее голос дрожал, но в нем слышалось открытое неповиновение.
– Он собирается убить вас, как только решетки будут убраны.
Лицо Юрига стало задумчивым.
– Для тебя достаточно, прекрасная леди. Это погубило тебя.
Женщина побледнела, но продолжала.
– Я думаю, Фолловер хочет посмотреть, как вы будете защищаться. – Она посмотрела на него с надеждой. – Вы сможете что-нибудь сделать?
Этот вопрос Госсейн настоятельно задавал сам себе. Ему хотелось успокоить женщину, но он подавил в себе это желание. Он не должен забывать, что за этими мрачными стенами был бдительный наблюдатель,
– Вы можете что-нибудь сделать, – повторила женщина, – или Фолловер зря беспокоится?
– Я хотел бы знать, – поинтересовался Госсейн, – какое мое действие вы предвидете? Что я сделаю?
Ее ответ доказывал, если это нуждалось в доказательствах, что они вели далеко не академическую дискуссию. Лидж неожиданно разрыдалась.
– О, пожалуйста, не держите меня в неизвестности. Эти угрозы сводят меня с ума. – Она со слезами на глазах покачала головой. – Я не знаю, что произойдет. Когда я смотрю в ваше будущее, картина расплывается. Единственный, с чьим будущим происходит то же самое, это Фолловер. Но с ним все ясно, он вне фазы. – Она вытерла слезы тыльной стороной ладони.
– Послушайте, – серьезно сказал Госсейн, – я хочу помочь вам, но смогу ли я это сделать, зависит от ваших ответов на мои вопросы.
– Да? – Ее глаза расширились, губы приоткрылись.
– Можете ли вы хоть что-нибудь рассказать о моем будущем?
– То, что я вижу, не имеет особого значения.
– Но что это? – Он почувствовал раздражение. – Мне надо знать.
– Если я скажу вам, это внесет новые факторы и может изменить будущее.
– Но, может, его надо изменить.
– Нет. – Она покачала головой. – После того, что я вижу, дальнейшая картина размыта. Это дает мне надежду.
Госсейн с трудом сдержался. Но, во всяком случае, кое-что прояснилось. Значит, должен быть использован его дополнительный мозг. Похоже, предсказатели теряют свою способность именно в этих случаях. Однако их дарование восхищало Госсейна. Как-нибудь попозже он должен узнать, каким образом неврастеники вроде этой женщины предсказывают будущее.
– Тогда скажите, – настаивал Госсейн, – когда это случится?
– Через десять минут, – ответила Лидж. Госсейн ошарашенно замолчал. Наконец, он спросил:
– А имеется ли какая-нибудь транспортная связь между Алертой и планетами других звезд?
– Да. Без всякого предупреждения, без предварительного обсуждения с нами Фолловер приказал всем людям на трейлерах занять места на военных кораблях какого-то Энро. На Алерту уже прибыл корабль с транспортной связью.
Госсейн внутренне вздрогнул, но не подал вида, что потрясен. Он представил себе пророков на каждом корабле Энро, предсказывающих действия всех кораблей противника. Как обычные люди смогут бороться с такими сверхлюдьми? Из слов Джанасена он знал, что Фолловер сотрудничает с Энро, но это был лишь один индивидуум. Здесь же были миллионы. Он спросил, внутренне содрогаясь:
– А сколько… сколько вас?
– Около пяти миллионов, – ответила Лидж.
Цифра была меньшей, чем он предполагал, но это не принесло ему чувства облегчения. Пяти миллионов было достаточно для порабощения галактики.
– И что же, все согласились? – с надеждой спросил Госсейн.
– Я отказалась, – уныло сказала Лидж. – И я не единственная. Я выступала против Фолловера в течение пяти лет и этим подала пример. Но нас меньшинство.
Госсейн заметил, что четыре минуты из десяти прошли. Он вытер влажный лоб и заторопился.