Петербург

А. Башлачев

Звенели бубенцы, и кони в жарком мыле Тачанку понесли навстречу целине. Тебя, мой бедный друг, в тот вечер ослепили Два черных фонаря, подвыпитых, в пенсне. Там шла борьба за смерть, они

дрались за место И право наблевать за свадебным столом, Спеша стать сразу всем, насилуя невесту, Стреляли наугад и лезли напролом.

Сегодня город твой стал праздничной открыткой -Классический союз гвоздики и штыка. Заштопаны тугой суровой красной ниткой Все бреши твоего гнилого сюртука. Подрагивал удар московского набата На брачных простынях, что сохнут по углам. Развернутая кровь, как символ страстной даты, Мешается в вине с грехами пополам.

Мой друг, иные здесь -- от них мы недалече, Ретивые скопцы, немая тетива. [Колечные] дворцы простерли к небу плечи, Из раны бьет Нева, пустынны рукава. Подставь дождю щеку -- в следах былых пощечин Хранила б нас беда, как мы ее храним. Но память рвется в бой и крутится, как счетчик, Снижаясь над тобой, и превращает в нимб.

Вот так скрутило нас, и крепко завязало Красивый алый бант окровленным бинтом, А свадьба в "воронках" летела на вокзалы, И дрогнули пути, и разошлись крестом. Усатое "Ура!" чужой

недоброй воли Вертело бот Петра в штурвальном колесе. Искали ветер Невского, да в Елисейском поле, И привыкали звать Фонтанкой Енисей.

Ты сводишь мост зубов под рыхлой штукатуркой, Но купол лба трещит от гробовой тоски. Гроза, салют, и мы, и мы летим над Петербургом, В решетку страшных снов врезая шпиль строки. Летим сквозь времена, которые согнули Страну в бараний рог и пили из него, Все пили за него, а мы с тобой хлебнули За совесть и за страх, за всех за тех, кого

Слизнула языком шершавая [аркада], За тех, кто не успел проститься, уходя. Мой друг, сними штаны, и голым Летним садом Прими свою вину под розгами дождя. Поправ сухой закон, дождь в мраморную чашу Льет черный и густой осенний самогон. Мой друг "отечество" твердит, как "Отче наше", Но что-то от себя послав ему вдогон.

За окнами салют, царь Пушкин в новой раме. Покойные не пьют, да нам бы не пролить. Двуглавые орлы с побитыми крылами Не могут меж собой корону поделить. Подобие звезды по образу окурка. Прикуривай, мой друг, спокойней, не спеши... Мой бедный друг, из глубины твоей души Стучит копытом сердце Петербурга.