Петля
Шрифт:
Он пытался представить себе, как история «Петли» входит в нормальное русло и как постепенно оправляется тот мир. Как вновь оживают изуродованные раковой опухолью кусты в пустыне. Как переворачиваются и начинают бегать по земле мыши, которых он видел в развалинах Уинсрока.
Он вспомнил, что в Уинсроке, на склоне горы, стояло единственное здоровое дерево и на нем цвел нежно-розовый цветок. Сконцентрировавшись на этом образе, он попытался представить
Он думал о том времени, когда пораженные мерзкой опухолью деревья вновь ярко зазеленеют. Он видел, как покрываются цветами иссушенные ветви. Если в «Петлю» вернется все ее разнообразие, мечты Такаямы станут реальностью.
Подул ветер, и небо прояснилось. В разрыве облаков появилось лицо смотрящего и тут же исчезло.
— Все будет хорошо! — громко прокричал в небо Такаяма. Он знал, что его услышали.
Послесловие автора
С тех пор как был написан мой первый роман «Звонок» [10] , прошло уже десять лет. На написание следующей книги, «Спираль», ушло три года, эта книга увидела свет в тысяча девятьсот девяносто пятом году. И только три года спустя появился новый роман. Мне кажется, я пишу медленно. Чем повергаю в неизбежное уныние всех редакторов.
10
Оригинальное название первой книги — «Ring»: звонок; кольцо (англ.).
Я не приступал к написанию этой трилогии уже с полностью готовой концепцией. Когда я закончил «Звонок», «Спираль» еще не родилась в моей голове, а когда была дописана «Спираль», то я и не помышлял о «Петле». Разве что очень быстро придумал название. Если первые две книги — «Звонок» и «Спираль», то последняя не может называться иначе чем «Петля».
Не важно, что я являюсь последователем одной из религий, просто мне кажется, что процесс создания книги сродни постоянному творению молитв. Повествование не строится постепенно и осознанно. Всплывающие где-то в голове образы я тяну оттуда силой собственных рук, и они выходят на поверхность, пройдя прежде через мое тело. Но, честно признаться, я совершенно не знаю, что будет в следующей строчке, и для меня, автора, совершенно не понятно, как рождается повествование.
Решив сделать основным местом действия американскую пустыню, осенью девяносто шестого года вместе с представителем издательства господином Хориути я на две недели отправился в Америку собирать материал.
Было ли это случайным совпадением?.. Я ведь уже давно придумал название «Петля», а тут неожиданно появилось еще одно значение этого слова.
Была и еще одна случайность. Когда я прочел книгу о создании искусственной жизни и решил встретиться с ее автором, господином Китано, единственным специалистом в этой области во всей Японии, оказалось, что его лаборатория находится в пяти минутах ходьбы от моего дома.
Такие совпадения сопровождали весь процесс написания «Петли».
Мне помогало большое количество людей. Очень много ценных советов я получил от старшего исследователя лаборатории, принадлежащей компьютерной корпорации «Сони». Если бы не его превосходный интеллект, мгновенно выдававший ответы на все мои идиотские вопросы, то, возможно, никакой «Петли» и не было бы. От всего сердца ему благодарен.
Также мне очень помогли доктор Икута Накано, ставший моим главным советчиком в области медицины, когда я писал предыдущий роман «Спираль», и лаборант исследовательского центра медицинского отделения университета Кэйо Синъитиро Имаи. Им я тоже выражаю свою благодарность.
Еще я глубоко признателен господину Дайтоки Хориути, который, несмотря на воспаление легких, астму и льющий как из ведра дождь, поднялся со мной на вершины гор для совершения молитв за успешное завершение «Петли». Благодаря его могучей поддержке с самого начала написания «Петли» был завершен этот путь от «Звонка» к «Спирали», от «Спирали» к «Петле».
Также спасибо редакторам всех изданий, каждый раз при виде меня эти люди говорили: «Вот Кодзи-кун, захочет — сможет!» Ваши слова очень важны для меня.
Поскольку за последние тридцать дней я совершил в общей сложности пять восхождений, жена и дочь очень соскучились по мне. Нет мне прощения. Я никуда не годный отец.
Кодзи Судзуки
17.12.1997