Певец меча
Шрифт:
– Но баска… время уходит.
– Время всегда уходит, – наклонившись, Дел подняла флягу и сделала глоток. – Когда ты поправишься, мы разделим еду и вещи и пойдем дальше.
– Вещи? – нахмурился я. – По-моему мы давно разобрались с вещами. Зачем что-то менять?
– Не наши вещи, их, – Дел пожала плечами. – У них больше нет лошади.
Я моргнул.
– Ты хочешь сказать… дальше мы пойдем впятером?
Дел поставила на место флягу.
– Прошло очень много времени с тех пор, как я последний раз проходила по Торговому Тракту. Гостиницы и поселения меняются как и люди, я уже не знаю, где их искать. Но я знаю, что если
Я думаю, что знал это с того момента, как мы их встретили, но почему-то притворялся, что починив повозку мы спокойно пойдем дальше. Помощь оказалась бессмысленной, поскольку не было лошади, чтобы эту повозку везти, а тащить ее на себе они не могли.
– Я посоветовала им, как только ты встанешь на ноги, собрать все, что может понадобиться, – рассказывала Дел. – Я сказала, что в ближайшем поселении они смогут купить лошадь и другую повозку, но с этой им придется расстаться, – она ударила по деревянному остову. – К тому времени, когда они найдут новую повозку, от этой ничего не останется. Воры обдерут ее как падаль. Дерево пойдет для костра…
– Но у них нет денег на лошадь и повозку…
– У нас есть, – спокойно сообщила Дел. – Я взяла деньги у борджуни.
Я обдумывал, чем нам это грозит. Я уже понял, что Массоу напоминал ей брата, так же как Киприана напоминала мне молодую невинную Дел.
И думаю, где-то в подсознании, я и не представлял, что смогу бросить их одних… ну по крайней мере не думал об этом всерьез.
– Что случилось, Дел?
Ее лицо превратилось в мраморную маску.
– Это я привела их, Тигр. Локи… Я так расстроилась в долине… вспоминая мою семью, – по-детски беспомощно Дел пожала плечами. – Их это и привлекает: сильные эмоции. Если бы я не потеряла контроль…
– Уже не имеет значения, – успокоил я ее. – Мы расправились с ними, правильно? Мы прогнали локи.
– Может быть, – не совсем уверенно согласилась Дел.
– А теперь нам придется возиться с этими, с Границы, – я кивнул. – Снова теряем время, баска.
– Да, – согласилась Дел. – А что еще нам остается?
Мне тоже нечего было ответить, когда я задавал себе этот вопрос.
15
– Вот это круг, – Дел показала на неровную линию, тщательно прочерченную в дерне. – А вот это меч, – она вынула из ножен Бореал. – И наконец, вот танцор, – она переступила через линию и встала в центре. – Это мир танцев мечей.
Я посмотрел на два сосредоточенных, серьезных лица. Лица светлые, гладкие, нетронутые Южным солнцем. Они успели уехать с Юга, прежде чем оно навеки выжгло на коже свою печать.
Массоу и Киприана с нетерпением ожидали каждого урока, впитывая все, что рассказывала им Дел и накрепко запирая это в памяти. Дел умела преподавать: она имела привычку спрашивать пройденное в самые неожиданные моменты и заставляла их постоянно повторять все, что они изучили. Они делали это охотно: Массоу – быстро и нетерпеливо, Киприана – сдержанно. Но в отличие от брата, который мог что-то забыть, у сестры была безупречная память.
Мы оставили повозку и отправились на Север пешком. Жар у меня спал, голова уже не казалась каменной, но осталась одеревенелость в костях и суставах. В окружении четырех спутников, каждый из которых был моложе меня и привычнее к Северной погоде,
За пять дней у нас выработался распорядок. Каждый без жалоб нес свою долю поклажи, поднимаясь и спускаясь с холмов, петляя по тропинке, и терпеливо переносил все тяготы путешествия, независимо от того, как и в чей адрес ему хотелось высказаться. Адаре трудности были не в новость и она быстро приспособилась. Ее дети, привыкшие, что многое делает за них отец, реагировали так, как и полагалось детям – относились ко всему как к интересному приключению. Массоу переполняла энергия, как и всех ребят его возраста. Старшая сестра выполняла все из желания понравиться взрослым и нуждалась в нашем одобрении.
Во второй половине дня мы останавливались и начинались уроки.
Адара ничего не говорила, глядя как день за днем ее дети постигали танец. Большая часть его была ритуальной. Дел не посвящала детей в искусство убийства. Она осторожно подбирала слова и прерывала случайные замечания Массоу во время кровожадных дискуссий. Она честно отвечала на все их вопросы, но учила их почитать сам танец, а не гордиться его кровавым результатом.
У Киприаны и Массоу был только меч отца и они учились по очереди. Дел не могла дать им Бореал, а я решил не проводить эксперимент и не выяснять, ожила ли яватма Терона. После незабываемого взрыва, когда я воткнул ее в землю, я предусмотрительно держал клинок подальше от чужих рук. Дел объяснила, что меч был вызван к жизни неправильно и не живет так, как Бореал, но я боялся, что и не полностью ожившая яватма может повредить мальчику или девочке.
Поэтому они занимались по очереди. А однажды Массоу, выйдя из круга, посмотрел на меня сияющими глазами.
– А почему ТЫ не танцуешь с Дел?
Я сидел на земле, наблюдая за процессом их обучения.
– Я постоянно танцую с Дел.
Киприана лукаво улыбнулась.
– Ты имеешь в виду… с мечом?
Я кинул на нее злобный взгляд. Она покраснела и хихикнула. Ей было пятнадцать лет, не девочка и не женщина, как раз что-то между ними. Она еще по-детски боролась с застенчивостью.
Аиды, вот и все, что мне нужно.
Дел криво улыбнулась.
– Может потанцуешь? Поможет быстрее поправиться.
Я не сомневался, что поможет. От холода и раны я стал медлительным и уже слишком долго не танцевал, а при моем образе жизни тренироваться нужно постоянно, независимо от того, какой ты мастер. Я вздохнул, заставил себя подняться и вытащил из ножен меч Терона.
Массоу просто засиял, когда ему позволили произнести традиционное приглашение:
– Войдите в круг.
– Иду уже, иду, – я подошел к изогнутой линии и вдруг заметил странное выражение лица Дел. – Баска?
Дел снова стала обычной.
– Ничего, – сказала она. – Ты готов?
Скорее всего нет. Я нацепил на себя слишком много одежды, а суставы отвыкли работать. День был мокрым, хотя и не дождливым, но я успел понять, что погода не имеет значения. Мои кости ненавидели Север.
– Тренировка или танец? – спросил я. Ответ на этот вопрос многое менял.
– Тренировка, – решила она. – Не думаю, что ты в состоянии танцевать.
Дерн промок, но ноги не скользили. Землю покрывала паутина веток и стеблей, что давало ногам неплохую опору. Я сразу оценил преимущество Северной обуви – в сандалиях я бы легко поскользнулся.